Сегодня в правительстве РФ рассматривается проект постановления, которое, будучи официально принято, позволит государству регулировать цены на электроэнергию в случае излишне резкого их роста. На всякий случай напомню. С начала 2007 г. в России идет либерализация рынка электроэнергии. В первую очередь либерализация коснулась оптового рынка, на котором энергию покупают крупные предприятия и компании, перепродающие энергию в розницу (энергосбытовые компании). На этом самом оптовом рынке планомерно снижается количество энергии, продаваемой по регулируемым ценам, и соответственно, растет доля энергии, реализуемой по ценам, сформированным рыночными механизмами (спрос-предложение). Согласно планам реформы российской электроэнергетики, с начала 2011 г. Федеральная служба по тарифам (ФСТ) должна полностью отказаться от установления тарифов на оптовом рынке электроэнергии, то есть вся энергия будет торговаться только по свободным рыночным ценам. Сегодня же доля энергии, реализуемой на свободном рынке, составляет 50% и выше.
Немного углубимся в прошлое… Все мы помним, что произошло в стране, когда 1 января 1992 г. было отменено государственное регулирование цен на товары. Они (цены) тут же выросли в разы, а то и на порядки. К моменту начала либерализации рынка электроэнергии государственная политика в области ценообразования на электричество была уже более взвешенной, и грандиозного скачка не случилось. То есть, в свободном сегменте рынка цены поначалу стали расти (что логично после многолетнего искусственного занижения цен), зато потом в дело вступили рыночные механизмы, и образовалось некоторое равновесие. Точнее, цены стали реагировать на ситуацию на рынке и ходить не только вверх, но и вниз. Мы это увидели на практике уже в первую зиму функционирования оптового рынка (зима 2006/2007 года). Зима была необычно теплой. И рынок это увидел. Несмотря на ожидания, цены вверх не пошли. В дальнейшем всякое снижение спроса на электроэнергию сопровождалось снижением цены. Причем, что важно, снижение цены происходило не в ущерб для производителей. Механизм прост: при избытке предложения со стороны генерации, загружаются работой в первую очередь наиболее эффективные станции, производящие самую дешевую энергию (ГЭС, АЭС, современные угольные и газовые станции). Если же спрос растёт, то в работу включается постепенно всё более и более дорогая генерация (вплоть до мазутных ТЭЦ). Практически уже не может быть ситуации, когда дорогая генерация находится в работе, а дешёвая генерация (доступная в этом же узле) – простаивает.
Как заметил Анатолий Чубайс: «Рынок оптимизировал работу энергосистемы так, как не удавалось, ни в советское, ни в наше время. Рынок обеспечил загрузку самых эффективных станций и минимизировал загрузку неэффективных».
Туда-сюда. В прошлое и обратно
За все то время, когда на энергорынке действует сегмент свободного ценообразования, цены на нем, как правило, были выше, чем в регулируемом сегменте. Но именно, КАК ПРАВИЛО. В некоторые периоды свободные цены были ниже регулируемых. Вот что говорит руководитель информационно-аналитического отдела Энергогруппы «АРСТЭМ» Александр Филатьев: «Нельзя утверждать, что нерегулируемая цена на электрическую энергию всегда выше регулируемой. При условии ощутимого превосходства предложения над спросом нерегулируемая цена становится ниже. Это наблюдалось многократно в первой половине 2009 года на фоне существенного спада потребления».
Сходную мысль высказали специалисты ОАО «Свердловэнергосбыт». Они заметили, что по результатам работы в первом полугодии 2009 г. нерегулируемая цена на электроэнергию для Свердловэнергосбыта сложилась на 10% ниже регулируемой цены на оптовом рынке.
Как мы уже знаем, снижение цены произошло, потому что при снижении объемов продаж энергии, из работы вышли станции, вырабатывающие наиболее дорогую энергию. Логично предположить, что если остановится энергоблоки вырабатывающие дешевое электричество, то на локальном рынке их место займет более дорогая генерация, что неминуемо приведет к росту цен. Собственно, именно это произошло в результате аварии на Саяно-Шушенской ГЭС. Энергосистемы Сибири лишились 4,2 ГВт мощности. Возникший дефицит можно было заполнить только гораздо более дорогой электроэнергией местных тепловых станций. В результате сразу после аварии цены в регионе подскочили чуть ни в полтора раза. Разумеется, местные потребители и губернаторы тут же забили тревогу, мол, бюджеты и производители несут убытки.
Посмотрев на это, Минэнерго и ФСТ предложили возобновить в полном объеме государственное регулирование цен на электроэнергию. Правда подобный возврат в славное советское прошлое предлагается сделать не на совсем, а только на время. Пока ситуация не придет в норму. Уже упомянутый проект постановления правительства подразумевает включение механизма госрегулирования цен в случае слишком резкого их роста. Причем есть ограничение: период силового управления рынком длится не более месяца, после чего рынок опять вступает в свои права.
То есть все-таки речь идет не о тотальном возврате к социалистической экономике, а о неких скачках: то у нас рынок есть, то нет. Но даже в таком формате возврат госрегулирования выглядит весьма спорно.
Во-первых, вызывает сомнение правомочность правительства затевать подобные игры. Закон об электроэнергетике запрещает госрегулирование цен с 2011 г. Постановление правительства не может отменить закон - попросту закон обладает несоизмеримо большей юридической силой. А значит, через два года сегодняшние инициативы любителей порулить рынком гарантированно обратятся в прах. Либо нужно менять закон. А это уже может быть воспринято, как попытка поворота реформы энергетики вспять. А это уже приводит нас следующему пункту сомнений (см. «Во-вторых»).
Во-вторых, инвесторы, имеющие сегодня в собственности электростанции, имеют четко оговоренные обязательства по увеличению выработки электроэнергии (за счет модернизации имеющихся мощностей и ввода новых). Однако пересмотр условий работы рынка электроэнергии может трактоваться как форс-мажор, что снимет с инвесторов обязательства по вводу новых мощностей. Это будет иметь серьезные, возможно катастрофическе последствия для устойчивости электроснабжения страны.
В-третьих, при установлении цен на электроэнергию ниже рыночного уровня мы с большой вероятностью столкнемся с тем, что генерирующие компании начнут нести убытки. Например, как в случае с Саяно-Шушенской ГЭС, когда ее место на рынке заняли станции, вырабатывающие дорогую энергию. Если продиктованная им цена не покроет затраты (например, на дорогущий мазут) – это обернется недоремонтами, снижением надежности работы энергоблоков и вплоть до банкротства генерирующей компании. Сами понимаете, что это только усугубит проблемы энергосистемы.
…Конечно, можно долго стенать о проблемах потребителей, вынужденных переплачивать за резко подорожавшее электричество. Но пытаться решить их проблемы командно-административными методами – это тупиковый путь. Тем более, что сам рынок может предложить немало механизмов, избавляющих потребителей от ценовых скачков (или ощутимо снижающих эти риски). Это могут быть и срочные контракты (фьючерсы и форварды), и сугубо страховые инструменты, и переход на более гибкий график использования электроэнергии. Да и мало ли что ещё. Может, усилия властей лучше в эту сторону направить?
