Традиция совмещать харчевню с гостиницей уходит корнями в смутное далёкое прошлое. Это прошлое настолько туманно, что не стоит и пытаться понять, что же открылось в первую очередь. Был ли построен трактир, чтобы путники могли впиться в пенную шапку прохладной пивной кружки после трудного дня пути, или хозяин постоялого двора завел стряпуху, чтоб накормить проснувшихся гостей завтраком – кто знает?
Строились заведения, дороги обрастали заведениями самого разного толка – от самых простецких до шикарно-презентабельных.
Со временем на месте приземистых деревянных избушек с кольями коновязи выросли гигантские лепестки из стекла и бетона и масштабные особняки. Грудинка, пожаренная румяными ломтями в пузырьках шипящего сала вместе с деревенскими яйцами, плавно отошла в прошлое, уступив место шведскому столу и континентальным завтракам с обязательным апельсиновым соком.
Социальное деление, конечно же, осталось. В городах приезжему можно найти ночлег на абсолютно любой вкус и, главное, - кошелёк.
В Екатеринбурге среди прочих на этом фоне выделяется самый заметный проект, который честолюбивые арабы наверняка назвали бы «Бурж Аль ШОС» - отель «Хайятт Екатеринбург».
Вот в его ресторане «Cucina» и поужинаем.
Подъезжая к этому торжеству победившей буржуазии, легко попасть в плен ассоциаций.
Вспоминается старый добрый фильм «ТАСС уполномочен заявить»: элегантные резиденты зарубежных разведок, дамы различных степеней эмоциональной активности и социальной ответственности, внимательные глаза обслуживающего персонала и тихий шёпот агентов внешнего наблюдения в различные предметы обихода: от запонок до сигаретных пачек с антеннами.
Всюду жизнь, толкотня, горы дорогих чемоданов у стойки ресепшена, в баре бегают запыхавшиеся официантки, торопясь принести уставшим путешественникам чего-то крепкого для бодрости…
Увы, войдя через вращающиеся двери, убеждаешься, что заблуждался.
Никого нет.
Пустенько в лобби-баре и в холле, и только стайка юношей-охранников вертится поодаль с любопытством глазея на вошедших: надо же, люди…. Прямо из-под земли вырастает девочка с наушником на проводочке и мило интересуется целью визита. Тут главное не замешкаться и бодро отрапортовать, поскольку на дне глаз девушки за тонким льдом хорошо натренированного радушия таится некоторое сомнение и подозрительность – а не стибрят ли что? Нужно сразу признаться, что пришли покушать.
Тогда нас проводят до лифта и отправят в недолгое странствие на 4 этаж.
До сих пор не удалось понять алгоритм принятия решения персоналом – одних гостей ресторана туда провожают охранники, другим же удается доехать самостоятельно. Тайна сия велика есть.
Выйдя из лифта, сразу же попадаем в ласковые руки метрдотеля, который проводит и усадит. Сразу совет – выберите столик, который находится посередине ресторана, ближе к окну, напротив балконной двери – не прогадаете. Именно оттуда открывается не лишенный приятности вид на городскую набережную. Во всех остатних случаях вид вряд ли может удовлетворить даже не очень притязательного до видов гостя.
С одной стороны обзор полностью закрывает стеклянный кубик Законодательного собрания и высокий, но слегка недостроенный, жилой домик, с другой – остатки надежд на окончание строительства так называемого Сити. Так как обтянуть баннером такую ахабазину достаточно затруднительно, то и смотрится это всё чрезмерно урбанистично.
Хотя, конечно, нельзя исключить возможности, что много-много серого бетона могут улучшить аппетит какому-нибудь оригиналу.
«Всё бывает – и жук свистит, и бык летает».
Присев и положив на колени салфетку (кстати, из странного сукна - салфетка постоянно норовит соскользнуть на пол), насладимся сервисом.
Меню невелико и это, наверное, даже хорошо.
В силу небольшой деформации восприятия, вызванной довольно частым посещением общепита, поневоле начинаешь с сомнением относиться к толстым талмудам на столах – невозможно объять необъятное. И от краткости – сестры таланта – интуитивно ждёшь проработанности и концептуальности до мельчайших деталей. А когда не находишь, начинаешь удивляться.
Что, к примеру, делает в списке блюд средиземноморского ресторана салат оливье, да ещё и с крабами? Борщ? Бефстроганов? Если хотелось подчеркнуть русский колорит – сделать бы специальное предложение на отдельном листочке…
Впрочем, люди опытные, наверняка знают, что делают, им тут жить, а мы случайно зашли.
Закажем что-либо на аперитив, промочить горло с дорожки.
Заказанную водку приносят в узкой и длинной рюмке, все 100 граммов. Водка студеная до глицериновой густоты. Свежевыжатый грейпфрутовый сок к водке – наоборот, затейливо тёплый. Наверное, у них так принято.
Юноша-официант внимателен и предупредителен, вот только видно, что с гостями он встречается достаточно редко. Не хватает опыта. А потому немножко нервничает, звенит приборами.
Слава Богу, через некоторое время всё, наконец, заказано, записано в блокнотик, из блокнотика вслух прочитано и утверждено. Можно оглядеться.
Людей нет. То ли поразъехались после шособриков, то ли просто дорогу не знают. Стройными рядами стоят соусы в шкафах, разграничивающих ресторанное пространство, тихо спят копчёные каракатицы в коробочках. Если в "Кучине" ещё есть какая-то жизнь: дяденька с сигарой испытывает на прочность потолочные вытяжки, очевидно, их побеждая, молодые люди пробуют десерты, потрясённые тишиной и пафосом подачи, то в соседнем "Нобл-Хаус"– шаром покати.
С одной стороны оно, конечно, хорошо – в некоторых случаях уединения в ресторанах остро не хватает, с другой ощущение «ненамоленности» места не покидает ни на секунду. Кажется, вот только что открылся ресторан – и ты в него зашёл. Сначала забавно, а потом настораживает.
От философского к земному - принесли закуски.
«Кроке-месье»
Классическое блюдо. Тост, смазанный маслом и поджаренный, на нем сыр, ветчина, снова сыр, еще тост и сыр сверху. Казалось бы, дело исключительно нехитрое и легко выполняемое даже и в домашних условиях. Однако всё не так просто.
Сыр. Абы какой не подойдёт. Сыр должен быть в меру созревшим и богатым на вкус, даже немного острым.
Хлеб. Должен быть поджарен именно в той степени, чтобы быть хрустящим снаружи и мягким внутри.
Гарнир. Легкий салат из зелени с заправкой из оливкового масла и бальзамического уксуса.
Не скажу, что кроке – месье в исполнении повара «Кучины» идеален. Но близок к этому. Картошка-фри, поданная вместе с салатом, сначала удивила – не гамбургер ведь – но потом оказалась удивительно уместна.
На всякий случай заказал хамон серрано в качестве добавки к тосту – и последний заиграл совсем благородными красками. Выбор иберико был бы перегибом, а вот серрано с его простым крестьянским вкусом в качестве аккомпанемента – вполне удачен.
Маринованный лосось, гарнированный сметаной и икрой.
Сочетание простое и очевидно выигрышное. Однако верхний слой в рыбе был присолен более меры. В целом – приятно, но без нежности, которой ждёшь. Даже грубовато.
Хотелось бы большей интеллигентности от подобного сочетания исходных продуктов.
Так, чтобы положить кусочек в рот, закрыть глаза – вот она, Скандинавия.
Со Скандинавией не получилось. Максимум – музей скандинавского исскуства с показом документального фильма.
Телятина на гриле с соусом беарнез и фрикасе из грибов.
Было сомнение. Телятина, мясо, весьма требовательное к мастерству повара, не прощает ошибок. И потому, когда юноша-официант спросил про степень прожарки, чуть вздрогнулось. Сочетание готовности с прожаркой подразумевает очень высокую степень подготовленности человека, который его готовит. Тут недостаточно выдержать нужную температуру и соблюсти время, нужно почувствовать Душу мяса.
Несмотря на все страхи – получилось. Медиум удался, переход от посветлевших поджаренных краёв к розовому и истекающему нежным соком центру куска просто идеален.
Поданные отдельно фрикасе из грибов и беарнез были как нельзя кстати. При практически полном отсутствии специй в грибах и телятине, соус дополнял и то и другое умеренной сливочной пряностью.
Рекомендую.
Чаепитие
Выслушав просьбу о чае, официант принес шкатулку с коробочками и попросил выбрать.
Сам процесс выбора был замечателен. Честно говоря, редко удается действительно выбрать по чайной карте то, что сейчас ляжет на душу. С запахами это сделать гораздо легче.
Чай заваривается в небольших френч-прессах и удивительно приятно завершает трапезу. Под чай подбирается и диджестив, мысли возникла сразу. как только почувствовал запах лапсанг сушонг. Конечно, ром. Очень хорошо.
Выходя из отеля, чувствовал себя прекрасно. Даже то, как подали самбуку – в нарушение всех канонов ее пришлось тушить не перевернутым бокалом а блюдцем - формат стакана не соответствовал бокалу, даже туалет, до которого нужно ехать на лифте и непонятно, куда девать использованные салфетки, вид на недострой и чрезмерное внимание персонала – всё это как то… простилось.
Будем надеяться, что выправятся официанты и охранники, что станет обжитее, появятся графины под водку и бокалы под самбуку, закончатся стройки и на огромном козырьке всё-таки сделают летнее кафе.
Оно там будет – как влитое.
