Улыбающийся японец с фотокамерой в руках - образ хорошо знакомый, неизменно служащий всему 
миру поводом для шуток и острот. Однако эта комичная рифма, зацепившаяся за макушку айсберга, обслуживает исключительно поверхностное любопытство. Что же скрывается под водой? Или тайна японского человека с фотоаппаратом.
Сегодня нелегко себе представить, что Япония вплоть до 19 века была изолирована и наглухо закрыта от всего внешнего мира, и только голландская фактория в Нагасаки худо-бедно обеспечивала некоторую связь с западной цивилизацией. Спорадические международные контакты на этой земле привели к тому, что где-то в середине позапрошлого века японцы впервые увидели фотоаппарат. И, похоже, это была любовь с первого взгляда. Быстро переняв у западных фотографов основы ремесла, местные мастера стали открывать собственные студии. По всей стране стихийно разрастались клубы и общества любителей фотографии. Очень рано, на правительственном уровне, здесь задумались о защите авторских прав, регистрации и хранении негативов. И еще, Япония стала первым государством, признавшим фотографию искусством.
Наряду с пестованием национального художественного мастерства, производственные силы страны неустанно стремились к постоянному 
усовершенствованию выпускаемой фототехники. Непродолжительный период ученичества, с курируемыми правительством поездками в Австрию для знакомства с производством оптических приборов, закончился вместе с 19 веком. Уже в шестидесятые японская камера была признана лучшей в мире, и с тех самых пор знаменитые бренды крепко держатся на заслуженных передовых позициях.
Так, с одной стороны технический прогресс, с другой - природная любовь к фотографии способствовали тому, что простые в обращении и относительно недорогие фотоаппараты стали неотъемлемой частью жизни среднего японца. Постепенно в стране, где рождается солнце, оформилась устойчивая и благодатная среда любителей-дилетантов. А такая ситуация, с крепкой обоймой середнячков, всегда выигрышна, и сулит появление настоящих талантов. Вот таланты и не замедлили появиться. Япония обрела еще один повод для гордости. Выставка, с названием "Современная японская фотография" в Доме Метенкова, была посвящена как раз таким одаренным людям с фотокамерой.
Выставка японских фотохудожников в Екатеринбурге появилась благодаря стараниям Станислава Белоглазова, директора известной в городе фотошколы, который самостоятельно привез работы из Москвы. Музею оставалось только с радостью поддержать инициативу и предоставить свои площади. Благодаря общим усилиям, все те, кто время от времени любит наведываться в Дом Метенкова, могли, впервые в уральском климате, подивиться на работы Нориаки Йокосука (авторские отпечатки), Синтаро Суда, Рёичи Саито, Мичие Каибара, Юкинори Токоро и Сатоси 
Минакава.
Нориаки Йокосука - фотограф именитый, в профессиональных кругах почитаемый. К сожалению, с недавнего времени уже покойный. Какой-то критик назвал его "гением рекламной фотографии", но, насколько хороши его снимки, стимулирующие покупательскую активность, местной публике увидеть не пришлось. Вместо тех работ, за которые Нориаки Йокосука получал призы, на выставке были представлены вещи, что называется, сделанные для себя. Это творческие работы-размышления, поиск смыслов и адекватности форм. Говорят, что он резал свои слайды ножницами, накладывал изображения друг на друга, использовал соляризацию, заострял цвет и контрастность. И как вы думаете, для чего? Нет, готового ответа не существует. Существуют убедительные фотографии высшей ирреальности, населенной печальными ками* и рассказывающие о них языком фотопластики.
Любой, кто когда-либо интересовался искусством икэбана, сможет без труда сформулировать его несложные принципы. Во-первых, нужны три обязательных элемента композиции, предметы, которые станут олицетворением неба, земли и человека. Во-вторых, составителю необходимо припомнить все свои раздумья о жизни и подытожить личную позицию. Ну а затем, играя на соотношении заготовленных цветов и сучков, остается только выразить свои думы и ответить на вопрос о месте человека в этом мире. Все как в колдовских рецептах: немного счастья, немного слез, красок, легкости утреннего ветерка… Вот и отлично, только причем тут 
фотография? Да, думаю, орудуя ножницами Нориаки Йокосука в последнюю очередь задумывался об икэбана, однако в его работах присутствует тот же цветочно-сучковый принцип. Три основные элемента и лепка композиции. В результате появляются "букеты" из чувств и эмоций, со считываемой авторской работой мысли.
Он выплескивает пятна цвета, подспудно (или нарочито?) выражая свою принадлежность к великой традиции. Ведь когда-то, а точнее в начале прошлого века, живописность была доминирующим направлением в японской фотографии. Снимки специально раскрашивались вручную, а над каждым экземпляром работала целая группа художников, поочередно добавлявших свои цвета.
Легкость обращения с яркими красками можно почерпнуть так же в работах Сатоси Минакава. Это постановочные фото, достигающие некой запредельности, без конкретной привязки к месту. Сатоси Минакава нравится фланировать где-то между мирами. Он ищет идеальный образ для передачи эффекта двусторонности. Вот, к примеру, детская. Художник намеренно затушевывает наше дежурное умиление и вытаскивает на поверхность отталкивающие черты. Получается микс из того, что манит и пугает. "У каждой вещи две стороны" - будто бы хочет доказать автор, преломляя изображение насупившегося недоброго ребенка стеклом зеркала. Видите, в зазеркалье все выглядит по-другому: агрессии и малыша уже почти нет, они растворились в порхании бабочек.
Фотографии Юкинори Токоро - еще один пример постановочного мастерства. Фотохудожник прячет свои модели за цветочными гирляндами и стеклянными пластинами, а мужчин наряжает в Джеймсов БОмоНДОВ. Тесные костюмы, черные очки, непроницаемые лица. Что это, ирония над западным фетишем или все же над собой?
Девушки в срезанных кудрях, испачканные и обмотанные веревкой - центральные персонажи работ Мичие Каибара. Думается, это очень мужская фотография и мне бы лучше здесь помолчать. Может быть, только замечу, что истовая, почти вековая, цензура в конечном итоге положительно сказалась на подходе к непростой теме, а так же на художественной изобретательности фотографии. Не известно, как уж там задумывалось, но если бы пришлось выбирать между "до" и "после", я бы остановилась на втором. Такие эти девушки поломанные, что кожей ощущаешь - все уже произошло.
Снимки Рёичи Саито можно было бы назвать балканскими зарисовками. На них изображена мирная тихая жизнь, со своими ежедневными обязанностями. Дровосеки рубят деревья, козы, тоненькой струйкой по дороге, виляющей между гор, спешат по козьим делам. Это жанровые сценки, случайные и "подправленные", всегда 
теплые от улыбок и морщинок, вокруг нестареющих глаз.
Всего только несколько работ Синтаро Суда убедительнее слов доказывают, что это человек, которому нравится просто бродить по городу с фотоаппаратом. Он подлавливает своих уставших, озадаченных, прячущихся от снега под зонтом, героев на улице. Здесь живая жизнь. Что может быть прекраснее?
*Ками в японской мифологии - это такие боги, что олицетворяют абстрактные представления. А так же в древности еще почитались ками-духи, которые наличествуют у любых предметов и явлений природы.
Источник фото: metenkov.narod.ru
