Опасаясь нарушить неловкими своими словами магию то ли спектакля, то ли сновидения “Nebbia” (в пер. с ит. «Туман») Даниэле Финци Паска, в рамках Чеховского фестиваля показанного в Екатеринбурге, думаю не ухватится ли за хвост ассоциаций?
Природа сна — что о ней известно? Немногое. А вообще, есть один чудесный рецепт. В фильме «Наука сна» Мишеля Гондри Стефан Миру колдует над собственным сновидением: «… возьмем набор случайных мыслей, добавим картины пережитого дня, смешаем их с воспоминаниями о прошлом, любовью, дружбой, прочими отношениями, подкинем песни, услышанные за день, увиденные образы и… что-нибудь личное». «Ключ приготовления, — раскрывает тайну герой Берналя, — в хрупком сочетании различных ингредиентов».
Даниэле Финци Паска по рождению — итальянец; возможно в изложении своих мыслей он не столь поэтичен и говорит более земным языком, однако предмет разговора кажется мне знакомым: «“Театро Сунил” — кухня, заимствующая и соединяющая элементы разных культур и разных искусств. Это как если бы мы изо дня в день готовили цыпленка, и нам надоело готовить его одним и тем же способом, и тогда мы попробовали добавить в блюдо новых специй, травок, используемых в кухнях других народов, и блюдо у нас получилось вкуснее».
Сегодня в сравнении постановочного искусства с искусством повара я не нахожу ничего странного. Хрупкое сочетание ингредиентов, как и доброе расположение, как и любопытство экспериментатора — залог успеха не только в кулинарии, но и на сцене. «Очень многое я узнал, глядя, как готовит моя бабушка», — говорит Даниэле, и, сидя в забитом под завязку зале (пустующих кресел на его спектаклях просто не бывает), начинаешь подозревать, что бабушка же научила внука рецепту легкокрылого счастья.
“Nebbia” — это взлетающие над батутом акробаты, это звук бьющего пробкового дождя, это следы рассекающих воздух белохвостых комет, одновременное вращение нескольких дюжин тарелок, осевших на тонких шестах, это гурьба вывалившихся на авансцену актеров, трогательно машущих вам платочками… Галерея картин, коробка слайдов, которые с нежностью перебираешь в памяти, чтоб заново восхититься.
Индус, с шапкой вьющихся волос, с телом без костей, могущий и пополам сложиться, и корпус свой на 180 градусов развернуть, красавица с аккордеоном, пластичный филиппинец — воздушный гимнаст, «танцующий» с луной на эластичных лонжах, бородач, добряк и весельчак, потчующий зал рассказами и шутками, подставной карлик, хлопающий в ладоши, маленькая клоунесса, виртуозно выполняющая самый сложный трюк, — на сцене странствующие комедианты, неподалеку бросившие свою кибитку и устроившие на первой встретившейся им площади праздник. Именно такие ощущения оставляет игра актеров «Театро Сунил» (швейцарского театра, возглавляемого Даниэле Финци Паска уже 25 лет), и артистов квебекского Цирка «Элуаз», приглашенных для участия в проекте.
Прекрасные голоса, атлетические тела, артистизм самого высокого порядка. Цирковые артисты, без страховки (!) выполняя сложнейшие акробатические номера, ни на минуту не перестают улыбаться. Их сияющие лица будто говорят: «Всё, что мы вытворяем, легко и чертовски приятно!». “Nebbia” заражает восторгом карусельного детства, когда велосипед, качели и батут на школьном дворе спасали от бед при любой погоде.
Сложно сказать — зрение, слух или разум с большей силой приветствует кружение, творящееся на сцене. “Nebbia” — услада и утешение, «верую» глядящего на мир человека.
 |
 |
|
|
|
«В наших краях туман такой густой и падает так стремительно, что не видно и собственного носа, — на два голоса и пяти спутанных языках рассказывают веселый Гонсало и меланхоличный Стефано, — поэтому, провожая даже незнакомого человека, в нашей деревне машут платочком, ведь в таком тумане он может и не вернуться». И этот пример братского участия нет, не трогает — воодушевляет. Чего еще проще: достать платок и взмахнуть пару раз рукой, спасти заблудившуюся душу, такую, например, как дурачок Стефано. «У Стефано туман — в голове, но золотое сердце — так говорила моя бабушка», — басит бородач. — «Он любит всё белое: снег, балетные пачки, носовые платки, тарелки». На это каждый, испытывающий похожие чувства, сходу может продолжить речь примерами из своего списка (мои: яичная скорлупа, облака, простыни хлопающие на ветру, пенистые «барашки» на гребне волны). Это наши маяки, добрые приветы, вытягивающие из пустоты любого тумана.
