Танцовщикам Института танца понадобилось чуть больше месяца работы с хореографом для того, чтобы осуществить еще одну постановку Пал Френака – данс-спектакль CSAJOK (Ксаёк) – премьера которого недавно состоялась на сцене ТЮЗа. Ассистентка и танцовщица труппы Френака – Каталина Юхач – специально для этого прилетела в Екатеринбург и, конечно, не с пустыми руками. Ее сопровождали опыт и готовый материал, однако для пущей убедительности, Каталина просила екатеринбургских танцовщиков поискать новые характеры для уральских “крутых девчонок” (именно так дословно с венгерского переводится csajok). И вот, в нашей афише появился данс-спектакль, исследующий женское бессознательное и проникающий в его страхи, грезы, привитые обществом установки.
Интересно, что два месяца тому назад Проектное бюро “Танцтрест” своей постановкой “Во рту бы выросли грибы” первыми заговорили о девичьей тоске и воздушных мечтаниях. Тогда танцовщицы кружили в белоснежных свадебных платьях, скользили по паркету, застывали в декадентских позах и на пять голосов все повторяли: “ах, если бы…”. Прелестницы, сами будто мираж, они выдумывали еще более призрачную, хрупкую жизнь и наслаждались ею в своих мечтах, таких бессмысленных, таких необходимых. Потому что иллюзии (как и пресловутый торт со сливками) – роскошь, в которой вредно себе отказывать. Вздохи и шуршание подолов закрутили клубок общеупотребительных стереотипов про принца и “я сама всего добьюсь”, про известность и ее обратную сторону, про каждодневную борьбу за красоту, диктат глянца… В той постановке хореограф Андреа Болл иронизировала над штампами, скудоумием, утилитарным применением женщины, и оставляла за своими героинями право на возвышенность и красоту.
Постаравшись, красоту можно найти и в данс-спектакле CSAJOK, но у Френака она болезненна, где-то на грани с отвратительным и страшным. Блуждая в лабиринтах женского подсознания, французский хореограф не находит укромных уголков, где свежесть, журчание воды и покой. Он выстраивает отталкивающие сцены со скрежетом звуков, балансированием танцовщиков на краю белых блюдец–ванн и провоцирующей, надломленной чувственностью. Саунд и мизансцены ускользают от логики, чужды здравомыслию, они воздействуют на внутреннюю, подкожную память и вызывают не всегда приятные ощущения. Как после страшного сна: картинка рассыпается и звуки исчезают, а тревога остается. Во всем, что касается выразительности, Френак оставляет за собой полную свободу: подчас он утрирует, доводит образ до крайности, рисует шаржи. И тогда воплощать женское начало на сцену выходит мужчина в кирзовых сапогах и пачке.
Спектакль CSAJOK касается важных, смыслообразующих моментов в жизни каждой женщины. Но даже самые прекрасные идеи в мире бессознательного приобретают уродливые, зловещие формы. Символом материнства становится не одухотворенная женщина с ребенком на руках, но безликий, корявый репродуктивный организм. Как знать, может быть палеолитическим венерам тоже хотелось иметь глаза, рот и стройную фигуру, а вместо этого приходилось защищать свой род и пребывать в постоянном состоянии беременности. В одном из эпизодов данс–спектакля героини выбегают на сцену безобразно пузатыми, в безразмерном белье, вмещающем невероятное количество пластмассовых пупсов. Желая вернуться к привычным формам, девушки с легкостью освобождаются от тяжелой ноши – они раскидывают как-бы-младенцев по сцене и оставляют их так лежать вплоть до самого занавеса. Подобным образом японская фотохудожница Мива Янаги в своем проекте Midnight Awakening Dream раскидывала в кадре одежду, сумочки и туфли, чем пробуждала в модницах неприятные, пугающие ощущения и заставляла холодок пробежаться между лопаток. Объекты чаяний, любви и обожания, в многократном повторении, превращались в хаотичные груды бесполезного хлама.
Мир, создаваемый движением, танцем, у Френака лишен абсолютного начала, лишен идеалов. Не только луна, оказывается, что всё имеет свою темную, часто противоположную парадной, сторону. Именно из тех глубин появляется неизменное желание женщины быть соблазнительной и, в то же время, почти святой.
В сентябре 2004 года на сцене Кукольного театра состоялась премьера пьесы Бориса Акунина “Чайка”. Спектакль держится в репертуаре и сегодня: второй сезон актеры театра борются с модернистским текстом и ищут убийцу.
На недавно прошедшем показе первых документальных фильмов, выпущенных Кинокомпанией «Страна», режиссер Марина Казнина представила свою работу «Под небом, выпитым до дна» о поэте Борисе Рыжем. Премьера стала хорошим поводом для того, что бы поговорить с автором о кино и этом фильме.
На днях в вечернем Екатеринбурге можно было видеть странную картину, развернувшуюся перед ТЮЗом: скучившихся людей относило то вправо, то влево, а то вверх по лестнице. Это Фестиваль творческих дуэтов "Формула II" осваивал public art по-зимнему.
В минувшее воскресенье, 11 декабря, украинская группа Океан Ельзи открыла в Екатеринбурге свой тур по российским городам в поддержку нового альбома GLORIA. Получился настоящий праздник музыки под светящейся аркой.
«Некоторые люди, наблюдавшие за тем, как я пишу свои работы, говорят: «Но ведь нормальный человек не может стоять десять часов и рисовать квадратики» – делилась с журналистами художница Светлана Бакланова, приехавшая в Екатеринбург на открытие своей выставки «Новая женщина для мужчин. Эволюция отношений»
Подвижничество Русского музея настойчиво реализуется в конкретных проектах в нашем городе. На следующий день после того как выставка «Спасибо, Урал!» покинула Екатеринбургский музей изобразительных искусств, в его стенах открылась новая экспозиция. На этот раз Государственный Русский музей представляет искусство «малой» формы. Коллекция акварели и рисунка С. С. Боткина – это история развития русской графики с конца VIII века и до начала XX.
Лидер, солист и композитор группы АукцЫон Леонид Федоров и известный джазовый музыкант, контрабасист Владимир Волков на этот раз приехали в Екатеринбург, чтобы представить свой новый альбом "Таял"
В первый понедельник сентября Екатеринбургский филиал Государственного центра современного искусства презентовал свою программу с озадачивающим названием «АРТ-ЛИКБЕЗ: Приоткрытые понедельники»
В день открытия нового театрального сезона Институт танца показал свой нежный данс-спектакль ELYON. Elyon носит имя Бога, любит воду, синий цвет и не боится обнажаться перед зрителями.
Танцовщикам Института танца понадобилось чуть больше месяца работы с хореографом для того, чтобы осуществить еще одну постановку Пал Френака – данс-спектакль CSAJOK (Ксаёк) – премьера которого недавно состоялась на сцене ТЮЗа. Ассистентка и танцовщица труппы Френака – Каталина Юхач – специально для этого прилетела в Екатеринбург и, конечно, не с пустыми руками. Ее сопровождали опыт и готовый материал, однако для пущей убедительности, Каталина просила екатеринбургских танцовщиков поискать новые характеры для уральских “крутых девчонок” (именно так дословно с венгерского переводится csajok). И вот, в нашей афише появился данс-спектакль, исследующий женское бессознательное и проникающий в его страхи, грезы, привитые обществом установки. 
Постаравшись, красоту можно найти и в данс-спектакле CSAJOK, но у Френака она болезненна, где-то на грани с отвратительным и страшным. Блуждая в лабиринтах женского подсознания, французский хореограф не находит укромных уголков, где свежесть, журчание воды и покой. Он выстраивает отталкивающие сцены со скрежетом звуков, балансированием танцовщиков на краю белых блюдец–ванн и провоцирующей, надломленной чувственностью. Саунд и мизансцены ускользают от логики, чужды здравомыслию, они воздействуют на внутреннюю, подкожную память и вызывают не всегда приятные ощущения. Как после страшного сна: картинка рассыпается и звуки исчезают, а тревога остается. Во всем, что касается выразительности, Френак оставляет за собой полную свободу: подчас он утрирует, доводит образ до крайности, рисует шаржи. И тогда воплощать женское начало на сцену выходит мужчина в кирзовых сапогах и пачке. 
Спектакль CSAJOK касается важных, смыслообразующих моментов в жизни каждой женщины. Но даже самые прекрасные идеи в мире бессознательного приобретают уродливые, зловещие формы. Символом материнства становится не одухотворенная женщина с ребенком на руках, но безликий, корявый репродуктивный организм. Как знать, может быть палеолитическим венерам тоже хотелось иметь глаза, рот и стройную фигуру, а вместо этого приходилось защищать свой род и пребывать в постоянном состоянии беременности. В одном из эпизодов данс–спектакля героини выбегают на сцену безобразно пузатыми, в безразмерном белье, вмещающем невероятное количество пластмассовых пупсов. Желая вернуться к привычным формам, девушки с легкостью освобождаются от тяжелой ноши – они раскидывают как-бы-младенцев по сцене и оставляют их так лежать вплоть до самого занавеса. Подобным образом японская фотохудожница Мива Янаги в своем проекте Midnight Awakening Dream раскидывала в кадре одежду, сумочки и туфли, чем пробуждала в модницах неприятные, пугающие ощущения и заставляла холодок пробежаться между лопаток. Объекты чаяний, любви и обожания, в многократном повторении, превращались в хаотичные груды бесполезного хлама. 
