Елена Чекалова – телеведущая, кулинарный критик, жена Леонида Парфенова – бросила работу, чтобы посвятить себя занятиям с дочерью Машей, у которой обнаружилась тяжелая форма дислексии. Учителя советовали отдать ее в спецшколу для умственно отсталых... Сегодня Мария Парфенова – лучшая студентка своего курса в британском университете.
Первый класс
До того, как мы отдали Машу в ближайшую от дома школу, я и не подозревала, что у нее дислексия. Она была милым домашним ребенком, с которым мы занимались по мере сил. До школы она не очень хотела учиться читать и писать, и я на этом не особенно настаивала.
В середине сентября меня вызвала в школу Машина учительница. Я пришла и услышала от нее ужасный текст: «Ваша девочка не тянет, она не сможет учиться в нашей школе с нормальными детьми. Ее следует перевести во вспомогательную школу». Еще порекомендовала мне постоянно ругать и наказывать дочь за нерадивость и лень.
Я не понимала, что происходит. Эта пожилая опытная преподавательница внушала мне, что мой ребенок очень ленив и поэтому делает по 13 ошибок на страницу... Первый класс для нас превратился в кошмар. Дошло до того, что у Маши одно лишь упоминание школы вызывало рвоту!
Однажды эта учительница заболела, ее заменила другая – молодая и современно мыслящая. Через два дня она вызвала меня и сказала, что у Маши – тяжелая форма дислексии.
Дислексия
Я повела Машу в психологический центр, который мне посоветовала эта молодая преподавательница. И действительно, у дочери обнаружились «существенные трудности в приобретении навыков устной и письменной речи». Это значит, что ей очень сложно давалось вхождение в письменную речь. Однако ее интеллектуальное развитие было совершенно нормальным!
Эта новость заставила меня углубиться в чтение специальной литературы. Выяснилось, что дислексия свойственна скрытым левшам: их правое полушарие более развито по сравнению с левым. Это эмоциональные, творческие натуры, им требуется больше времени, чтобы сконцентрироваться. Они мыслят трехмерными образами, картинками. А Маша у нас – явная левша, она с первых дней в школе пыталась писать левой рукой.
Новая школа
Я поняла, что в обычной государственной школе дочке учиться будет трудно, поэтому решила искать другую, с индивидуальным подходом.
Сначала пришли в Европейскую гимназию. Директор поговорила с Машей, дала ей написать диктант, в котором дочь сделала 12 ошибок. Меня пригласили в кабинет и при дочке объявили: «Мы берем тебя, Маша, потому что у тебя родители – очень уважаемые люди». Я выслушала все это, поблагодарила… и ушла из гимназии, чтобы больше туда не возвращаться.
Мы отдали Машу в частную школу «Золотое сечение», атмосфера в которой нам сразу очень понравилась – в ней нет палочной системы. Вы можете представить себе уровень преподавания в этой школе, если сейчас там литературу ведет Дмитрий Быков (известный писатель и публицист – прим. ред.).
К каждому ребенку – индивидуальный подход. Одна из ее руководителей – Елена Гвирцман – сказала дочери: «Ты замечательная, умная и талантливая девочка, а все остальное – пустяки». С Машей занимался логопед. С помощью специальных упражнений он учил дочь связывать образы, которыми она мыслит, с буквами.
Я ушла с работы, когда поняла, что у Маши такая проблема. И до восьмого класса читала ей учебники – она воспринимала учебный материал на слух. Были попытки нанимать гувернанток и нянь, чтобы переложить обучение на них. Но усердно заниматься с ребенком хватит терпения только у родной матери!
Общими усилиями нам удалось вытянуть Машу. Но главное, ей стало интересно ходить в школу, учиться. Мы перевели ее на экстернат в московской школе, чтобы она за один год смогла закончить 10–11-й классы. И Маша сдала ЕГЭ по русскому языку на четыре, написав одно из лучших изложений в классе. Это была фантастическая победа!
Бакалавриат
На семейном совете мы решили, что Маша, как Иван, наш старший сын, поступит в один из европейских вузов. Он учился в Миланском университете. Поэтому Маша продолжит обучение в школе при Британском совете в Милане – там мы снимали сыну маленькую квартирку.
Но для поступления в любой европейский университет одного российского аттестата о среднем образовании мало. Поэтому Маша прошла тестирование в школе при Британском совете. По его результатам я получила письмо, в нем говорилось о том, что у Маши невысокий уровень знаний. Я честно им ответила, что дочь – дислексик. И первое время ей там действительно было тяжело. Обучение в этой школе строится по британской системе, в которой к детям-дислексикам особое отношение. Помимо прочего им дается больше времени на выполнение контрольных работ, чтобы они смогли сосредоточиться.
Западная система
Вообще, вся западная система образования строится на том, что ученик пишет эссе, по которым преподаватели оценивают его знания. И это в результате очень помогло Маше. Но вначале было очень трудно. В первые месяцы я снова получила письмо, что Машин уровень знаний не соответствует их стандартам. Но дочь очень старалась и в течение двух лет много училась. Дело осложнялось тем, что преподаватель истории, который вел ее класс, ненавидит Россию. И поэтому он постоянно занижал оценки моей дочери. Как-то раз я отнесла Машино эссе, за которое она получила низкий балл, преподавателю Московской экономической школы (МГУ). Он сказал, что эта работа сделана на хорошем уровне.
В качестве выпускных экзаменов Маше нужно было написать 8 курсовых по разным предметам. Естественно, на английском. Все экзаменационные работы пишутся в классе, где ученику никто не помогает. Потом их запечатывают и тут же отправляют на проверку в общеевропейскую комиссию. Это уровень бакалавриата – третьего курса МГУ.
Мы не ждали, что Маша получит высокий балл за эти работы и поступит в приличный вуз. В качестве запасного варианта даже предложила ей рассмотреть одну известную европейскую гастрономическую школу… Но этого не потребовалось: дочь получила 36 баллов из 42 возможных. В результате смогла поступить в престижный английский City University London на курс «Политология и масс-медиа».
Университет
Маша прекрасно справилась в первый год обучения в университете. Признана студентом первой категории –она написала лучшие курсовые работы на своем потоке! По ее словам, ей сейчас легко учиться благодаря опыту обучения в школе при Британском совете. Все-таки их учебный план составлен очень грамотно.
Заключение
Окончив первый курс, Маша на лето приехала домой и решила поработать. Ее приняли в медиа-холдинг, где она занималась презентацией новых проектов. И успешно!
…По некоторым данным, в России до 20% детей – дислексики. Но у нас в стране пока нет образовательных программ для них. Как будто и проблемы такой нет! В этой ситуации только любовь и терпение родных могут помочь таким детям.
Советы от Елены Чекаловой
• Не отчаивайтесь, ведь дислексия – это не диагноз! Известно, что дислексиками были Леонардо да Винчи, Альберт Эйнштейн, Стив Джобс и принцесса Диана.
• Не сравнивайте своего ребенка с другими. Сопоставление будет всегда не в пользу вашего малыша. Лучше видеть его достоинства.
• Возможно, вам придется уйти с работы, чтобы все свое время посвящать ребенку. Но, как только вы увидите результаты своего труда, вы будете вознаграждены!
• Найдите школу, в которой вашему ребенку будет комфортно и интересно учиться.
• Научите ребенка печатать на компьютере, это поможет ему развить моторную память, плюс текстовая программа Word подчеркивает написанное с ошибкой слово. Это именно тот случай, когда компьютер – помощник!
Мария Парфенова «Прямая речь»
В начальной школе учительница не понимала, что со мной, считая меня не очень развитым ребенком. Самым ужасным испытанием для меня стало чтение вслух перед классом. Мало того что я читала медленнее одноклассников (нужно читать со скоростью 120 слов в минуту, я же успевала максимум 80), так еще не могла объяснить текст, который только что прочла… Сейчас чтение на английском языке не вызывает у меня ужаса, но я по-прежнему испытываю некоторые сложности, читая русские тексты. Просто в английском вузе меня никто не заставляет читать вслух! Здесь очень серьезно относятся к проблеме дислексии, но не как к болезни. В моем университете такими студентами, как я, занимается отдельный департамент. Кроме того, у нас учатся более 100 человек, которые передвигаются на инвалидных колясках. Еще здесь есть «Центр студента», в который можно обращаться с любой учебной проблемой. Со штатным психологом можно обсудить все свои переживания. Также в университете регулярно проводятся исследования по профориентации студентов. Выяснилось, например, что у меня высокий уровень аналитических способностей, которые чаще проявляются у историков.
В школе при Британском совете и в City University London для каждого студента-дислексика оборудована специальная комната, в которой есть техника для воспроизведения записей лекций. И ты можешь прослушивать их столько раз, сколько нужно. К каждому из нас «приставлен» учитель, который при необходимости прочтет вслух учебные тексты.
В библиотеке я могу брать книги на более длинный срок, чем другие студенты. Нам дается на 25% больше времени для написания эссе и курсовых. И никто не оценивает их на грамотность! Главное – суть и смысл. Нам разрешается сдавать работы и написанные от руки (лично мне удобнее писать самой экзаменационные работы), и отпечатанные на принтере – как кому привычнее.
В университете дислексики носят желтый стикер с таким текстом: «Посочувствуйте студенту, он – дислексик». Однажды я решила посчитать, сколько человек его носят. Выяснилось, каждый 15-й из встреченных мною!
Фото: из личного архива героев
Опубликовано: Домашний Очаг — Январь 2012
