Кирстен Ричи более 30 лет работает в области городской инфраструктуры.
Кирстен Ричи более 30 лет работает в области городской инфраструктуры.

В Екатеринбурге недавно побывала американский архитектор Кирстен Ричи. Кирстен работает директором по устойчивому дизайну в компании Gensler, проектировавшей небоскрёбы в Шанхае, международный аэропорт Сан-Франциско, офисы Google и Oracle. На Урал её позвали поделиться опытом на форуме высотного строительства 100+ Forum Russia.


Перед отъездом корреспонденты Е1.RU прогулялись с американской гостьей по уральской столице и узнали, что архитектор из США думает о строительстве Храма-на-воде, сносе телебашни и парковке на площади 1905 года.


– Кирстен, вы впервые в Екатеринбурге, как вам наш город?


– Я прилетела в Екатеринбург в два часа ночи и первое, что увидела, был аэропорт, правда, оценить его я не успела. Утром в отеле, когда я проснулась и подошла к окну, то приятно удивилась. Екатеринбург оказался намного больше, чем я ожидала. Меня удивило то, что в городе много высоток, и они славные. Понравилось, что в городе так много водного пространства – есть пруд, который притягивает людей и становится местом встреч и прогулок. Это чудесно!


Кирстен рассказывает, что количество высоток в Екатеринбурге её приятно удивило.
Кирстен рассказывает, что количество высоток в Екатеринбурге её приятно удивило.


– А есть что-то, что не понравилось?


– В Екатеринбурге есть проблема – это город неудобный для пешеходов. Например, на берегу Городского пруда со стороны "Динамо" очень хорошая пешеходная зона, но там нет места, где можно нормально присесть. У вас до сих пор приоритет в пользу машин. Я много езжу по миру, и, например, многие города в Китае более продвинуты в этом отношении. В некоторых мексиканских городах всё, пожалуй, примерно как у вас и в Челябинске. Ситуация в целом меня немного удивила – я ждала от вас большего в смысле доступности городской среды. Есть, конечно, некоторые успехи, но всё равно город заставлен машинами, и их приходится обходить.


Кирстен отметила, что Екатеринбург заставлен машинами, что неудобно пешеходам.
Кирстен отметила, что Екатеринбург заставлен машинами, что неудобно пешеходам.


– Как, например, здесь на площади 1905 года?


– Да, я не понимаю, почему эта площадь в центре города с таким прекрасным видом используется как парковка? Здесь ещё вопрос в том, насколько эффективно вы используете эту землю в центре города. Вместо парковки можно было бы открыть какое-нибудь кафе или сделать зону для пешеходов. То, что я вижу здесь сейчас, это довольно грустно. Но, если вы избавите площадь от машин, не стройте здесь очередное здание. Это ещё один важный момент – иметь в городе открытые пространства. Людям важно, чтобы у них были места для встреч и чтобы там был солнечный свет и деревья.


Кирстен считает, что на площади 1905 года лучше убрать парковку и сделать зону для пешеходов.
Кирстен считает, что на площади 1905 года лучше убрать парковку и сделать зону для пешеходов.


Кстати, я заметила удивительную особенность – екатеринбуржцы, когда паркуются, заезжают в "карман" задним ходом, чтобы потом было проще выезжать. У нас же в Америке люди не тратят на это время, а сразу заезжают в "карман". Ещё я заметила, что у вас в городе очень пыльные машины. И коллеги сказали мне, что вы серьёзно изучаете этот вопрос. Быть может, решить проблему поможет посадка деревьев.


"Я ждала от вас большего в смысле доступности городской среды", – говорит Кирстен.
"Я ждала от вас большего в смысле доступности городской среды", – говорит Кирстен.


– Как вам наши дороги, общественный транспорт?


– На меня произвела впечатление дорога из аэропорта до города, она очень хорошая. Что касается транспортных проблем, то, обедая в "Высоцком", я увидела, что даже днём у вас есть достаточно длинные пробки. Это меня удивило. Что касается общественного транспорта, то одна из задач города – сделать так, чтобы приехавшие люди могли быстро понять, как работает транспортная система. Как работает общественный транспорт у вас, я признаюсь, не поняла.


Метро у вас маленькое, но в принципе неплохое и гостеприимное. Хорошо развита трамвайная сеть города. Очень приятное впечатление производит то, что многие вагоновожатые – женщины.


Мы рассказали Кирстен про идею строительства Храма-на-воде...
Мы рассказали Кирстен про идею строительства Храма-на-воде...


… и показали видеопрезентацию.
… и показали видеопрезентацию.


– У нас на Городском пруду хотят сделать остров и построить на нём Храм-на-воде. Многие жители против, так как считают, что он изуродует линию пруда. Что вы думаете?


– Оу, почти как на Красной площади. Ещё на "Диснейленд" немного похож (смеётся). Здесь очень сильно помогла бы 3D-визуализация, чтобы понять, как изменится вид на пруд с набережной, когда по ней гуляешь. 3D-визуализация также ответит на вопросы: получится ли увидеть за новым храмом Храм-на-Крови и другие достопримечательности? Не загораживает ли новый храм их? Мы, архитекторы, любим все эти 3D-модели зданий, но тут важно посмотреть именно то, как Храм-на-воде вписывается в среду. Вода – это очень привлекательное для людей место, и желание построить храм на воде – понятно. Люди будут проводить там много времени, и, возможно, этот объект будет привлекателен для туристов. Но в целом скажу, что это довольно амбициозный и сложный проект.


– Говорят, что наша Плотинка похожа на набережную в Вашингтоне? По-вашему, это так?


Кирстен подтвердила, что Плотинка похожа на набережную в Вашингтоне.
Кирстен подтвердила, что Плотинка похожа на набережную в Вашингтоне.


– Сходство, естественно, есть. Но те здания, которые стоят перед телебашней, загораживают её, и если в Вашингтоне до монумента можно легко дойти, то у вас всё наоборот.


Специально для Кирстен мы распечатали фотографию с видом на монумент Вашингтона, который напоминает вид на телебашню с Плотинки.
Специально для Кирстен мы распечатали фотографию с видом на монумент Вашингтона, который напоминает вид на телебашню с Плотинки.


– Кстати, эту недостроенную телебашню хотят снести. Многие протестуют, так как считают, что она символ города. Вы бы что посоветовали?


– С башней можно сделать много вещей. Но для начала нужно понять, действительно ли она значима и ценна для истории города. Если да, тогда нужно её сохранить и найти способ рассказать её историю. И, конечно, нужно помнить не только о том, сколько будет стоить реконструкция, но и содержание башни.


Вы вот показываете мне церковь, которая слегка диссонирует со всем, но ведь Екатеринбург – это про металлургию, самоцветы. То есть я жду чего-то такого, что покажет ваши богатства, ремёсла. С любым памятником должно быть так же. То есть он должен выражать и показывать, кто вы такие. Вы отличаетесь от Москвы, Петербурга и других городов, и эти отличия хотелось бы увидеть.


"Нужно понять, действительно ли телебашня значима и ценна для истории города", – говорит Кирстен.
"Нужно понять, действительно ли телебашня значима и ценна для истории города", – говорит Кирстен.


– Вы сказали, что удивились, что в Екатеринбурге столько высоток. По-вашему, Екатеринбург нужно продолжать застраивать небоскрёбами, или же всё-таки пусть лучше развивается малоэтажное строительство?


– У нас в Америке если раньше все хотели иметь за городом дом и машину, то сейчас люди ориентированы на то, чтобы жить в центре, где развитая городская инфраструктура с музеями, ресторанами, развлечениями. Им не хочется тратить время на дорогу домой, поэтому спрос смещается в обратную сторону.


Считаю, что в Екатеринбурге должен быть баланс между высотками и малоэтажками. На мой взгляд, пример одной из самых удачных застроек жилых кварталов – это Париж. Дома от 4 до 6 этажей, первые этажи отведены под публичное пространство – кафе, рестораны, магазины, офисы. А над ними живут люди. Прелесть в том, что, когда, например, пропадает электричество, вы всё равно без труда дойдёте до своей квартиры. С высотками, как нас научил ураган "Сэнди", всё сложнее. Тогда люди, жившие в небоскрёбах, просто не могли попасть домой на неработающих лифтах. Поэтому мне кажется, что роль высоток – офисы, отели, развлечения, возможно, какие-то обслуживающие предприятия, но большинство людей должно жить в более низких зданиях на 4–5 этажей.


Кирстен считает, что в Екатеринбурге должен быть баланс между высотками и малоэтажками.
Кирстен считает, что в Екатеринбурге должен быть баланс между высотками и малоэтажками.


– Вы видели русские квартиры? Как они вам?


– Да, я была в гостях у одного из своих коллег, который живёт в Екатеринбурге недалеко от американского консульства. Меня удивило то, что у вас в домах очень много балконов с остеклением. В штатах балконов немного, и их не принято застеклять. Это бросилось в глаза. Также удивительно, что у вас при входе в квартиру принято снимать обувь.


– Чем вам запомнится Екатеринбург, с чем будет ассоциироваться наш город?


– Надо сказать, что, приехав сюда в два ночи и увидев из окна Городской пруд и открытые пространства, я подумала, что это чудесно. И вам нужно стараться сохранить это. Что ещё? Хорошо, что городу удаётся привлекать инвестиции и строить новые здания. Потому что это показывает, что город изменяется и развивается, не стоит на месте. Инновации и перемены – это хорошо. Но важно, чтобы эти изменения вписывались в историю города и отражали его идентичность.


Мне понравился фасад Ельцин-центра с металлической поверхностью – просто прекрасно. У нас в Сан-Франциско начали строить похожие здания, и я подумала – надо же, никогда не видела ничего подобного, а потом приехала к вам и сильно удивилась! Это чудесно и как раз очень хорошо отражает дух Екатеринбурга.


Кирстен очень понравилось здание Ельцин-центра.
Кирстен очень понравилось здание Ельцин-центра.