4 апреля суббота
СЕЙЧАС +5°С

В Екатеринбурге, как и во многих других городах России, до сих пор в ходу "старые" методы ликвидации мусора: он просто складируется на полигонах и свалках и практически не перерабатывается. Ближе к Новому году в России будет принят закон, который может кардинальным образом изменить эту систему: предполагается, что утилизацию мусора будут оплачивать сами жители.

 

О том, что в этом случае ждёт столицу Среднего Урала и когда в Екатеринбурге появится свой мусороперерабатывающий завод, порталу E1.RU рассказал председатель Комитета по экологии и природопользованию администрации города Егор Свалов.

 

– Свалки бытовых отходов – одна из самых острых проблем в стране. Куда сейчас попадает бытовой мусор из Екатеринбурга?

 

– У нас два муниципальных полигона: Широкореченский и Северный, возле посёлка Садовый в районе Верхней Пышмы, он принадлежит МУП "Спецавтобаза". Вывозим мусор и на полигоны ближайших городов: в Верхнюю Пышму, Арамиль. 

 

На наши полигоны машины заезжают по ключам, напоминающих домофонные. Автомобиль взвешивается, едет на полигон, выгружается, пустой едет вниз, опять взвешивается. В зависимости от веса груза предъявляем счёт. Дальше всё разравнивается, утрамбовывается, через определённый период слой просыпается той же землёй или песком, чтобы избежать пожаров.



– В Екатеринбурге с 2011 года работает мусоросортировочный завод. Какая часть мусора попадает туда?

 

– Мусоросортировочный комплекс рассчитан на переработку в районе 200 тысяч тонн отходов в год. Мы планируем, что в этом году подойдём к 120-150 тысячам тонн в год. Привозим в лучшем случае 25% отходов, 10-12 % от этого выбирается и идёт на вторичную переработку. В итоге около 3% всего мусора идёт на переработку. Это очень мало. Захоранивается почти весь мусор.

 

Существует три способа попадания мусора на завод: первый – отходы везут в общей мусоровозке, потом мусор выгружают и сортируют; второй – организации заключают договор на вывоз бумаги, картона и плёнки; и третий – это раздельный сбор мусора во дворах, где стоят контейнеры оранжевого и зелёного цветов. В идеале у управляющей компании должно быть два договора или, по крайней мере, один договор с организацией, но два мусоровоза, которые приезжают отдельно за оранжевым и зелёным контейнерами. С зелёным он сразу едет на полигон, с оранжевым – на мусоросортировочный комплекс. В этом случае качество мусора, который приходит на мусоросортировку, лучше, а качество выборки не 10%, а может быть и 20%. 

 

– Часть отходов всё же попадает на мусоросортировочный завод, что с ними происходит после выборки по фракциям?

 

– Всё прессуется в брикеты, чтобы меньше места занимать. Потом продаётся мусороперерабатывающим заводам по всей России. У нас контракты с Москвой, Подмосковьем, Пермью, Казанью.

 

– А в Екатеринбурге и Свердловской области кто-нибудь ещё этим занимается?

 

– У нас в городе Арамиль достаточно серьёзное производство по пластику, но там не всё. Каждый вид отходов направляется на своё направление. Там делают лавочки, скамейки, детские площадки, заборчики, столбики, но из определённого вида пластика. На севере есть переработка по бумаге. Есть несколько предприятий, которые перерабатывают автомобильные покрышки. Собирают, размалывают, отбирают железо отдельно, а крошка идёт на завод, где из неё делают добавки в асфальт, какие-то напольные покрытия. Говорить, что в городе вообще ничего нет, категорически нельзя. Правильнее – "недостаточно".

 

– В какую сумму примерно оценивается строительство мусороперерабатывающего завода в Екатеринбурге?

 

– Год-полтора назад немецкая фирма предлагала строить завод за 700 миллионов евро. Я даже боюсь представить, сколько это может стоить. Было подписано соглашение между правительством Свердловской области и компанией Mitsubishi на строительство мусоросжигательного завода в районе Титановой долины или Нижнего Тагила, стоимость около 4 миллиардов рублей. Если японцы до санкций год назад готовы были вложить миллиард, то остальные деньги в любом случае ложатся либо на бюджет, либо на каких-то инвесторов. У нас есть сложности с зарубежными кредитами и с получением технологий.

 

– Такие суммы властям Екатеринбурга и Свердловской области потянуть будет непросто. Кто может вложиться в строительство завода?

 

– Для начала надо определиться с технологией, и исходя из неё рассчитывать средства. Есть сжигание, а оно уже уходит, поэтому эти технологии пытаются нам внедрить, продать. Я думаю, мы только в следующем году как раз посвятим анализу и подбору лучших технологий, а потом уже выберем эту лучшую технологию, которая будет у нас прописана в каких-то стратегических документах. Затем будем искать инвесторов. Бюджеты всех уровней должны вкладываться, инвесторы, наши и иностранные, крупные промышленные предприятия.

 

Сейчас стоимость сбора и транспортировки устанавливается управляющей компанией и заложена в услуге "содержание жилья". Планируется, что после принятия федерального закона об отходах производства и потребления сбор и вывоз отходов будут выделены отдельной строкой в квитанциях, и платежи будут направлены на сортировку, переработку мусора. Возможно, эти платежи будут аккумулироваться, как сейчас фонд капитального ремонта домов, чтобы потом их нельзя было потратить на другие цели. Если будет такая же процедура продумана по этим деньгам, то это будет гарантия определённого инвестирования средств в строительство мусороперерабатывающего завода.

 

– А как обстоят дела в Европе с утилизацией отходов?

 

– Они там перерабатывают от 80% до 90-95% всего мусора. К этому европейцы шли десятилетиями. У нас до сих пор нет федерального закона, он сейчас только обсуждается, где появляется понятие вторичной переработки, вторсырьё, раздельный сбор мусора. У нас даже на уровне законов этого пока нет. У нас одно из стратегических направлений – это строительство мусороперерабатывающего завода, который закроет достаточно серьёзные объёмы мусора.

 

– Допустим, у нас появился мусороперерабатывающий завод. Остаётся жителям внедрить культуру по раздельному сбору мусора. Насколько это реально?

 

– Да, реально. И такой опыт уже имеется. У нас есть дворы, где стоят оранжевые контейнеры и зелёные, где-то стоят ещё жёлтые контейнеры – это для сбора ртутьсодержащих лампочек. Они наполняются не так быстро, как хотелось бы, но в любом случае наполняются. Два бизнесмена стали ставить сетки, бункеры исключительно для пластиковых бутылок. Там специальное отверстие, чтобы мешок с мусором не затолкать, сверху оно закрыто сеткой. Они собирают бутылки, сами прессуют и продают на сторону. Эти бутылки уже не попадают на свалку, не попадают на мусоросортировку, но они в любом случае идут на переработку вторсырья.

 

– Что будет, если не переработать отходы?

 

– Ещё какой-то период времени, и мы просто-напросто будем жить в поясе из свалок. У нас же есть большая проблема несанкционированных помоек – это недобросовестные коммерсанты, подрядчики, перевозчики, которые  везут и выбрасывают мусор в лесах. Проблема в том, что каждого за руку не поймаешь. Где-то вышли собственники земельного участка, вбили колья, трубы, поставили шлагбаум. Таким образом, доступ в лес был закрыт.

 

– Как бы Вы в целом оценили экологическую ситуацию в Екатеринбурге?

 

– Экологическая ситуация в любом крупном городе, конечно, сложная в силу наличия промышленных предприятий и из-за выбросов в атмосферу. Самая большая проблема, на мой взгляд, это выбросы автомобильного транспорта. Они и воздух загрязняют, и почвы, и воду. По уровню озеленения я бы не сказал, что мы катастрофически теряем – у нас лесов много. К сожалению, застройка идёт, проблемы доставляют чёрные лесорубы.

– Жители Екатеринбурга жалуются на пыль, витающую в воздухе. Как с ней бороться?

– Пыль – это, в первую очередь, выхлопные газы от автомобилей, сгоревшее отработанное топливо, разреженные газоны, которые на колёсах тащатся на дороги, то, что выпадает из атмосферы на землю. Как бороться: мыть, пылесосить по мере возможности. Мы купили специальную технику, которая механизирована на сбор мусора. Механизм есть, но до идеала нам далеко.

– Каким образом, по-вашему, можно решить эти проблемы?

 

– Нужно деревья сажать, улучшать качество топлива и автомобилей, людей пересаживать на общественный транспорт и уменьшать число автомобилей, строить больше очистных сооружений, ливневой канализации. Необходимо очистить те же самые русла рек, наших озёр, прудов, потому что они уже загрязнены. С 2003 года у нас действует программа по выносу промышленных предприятий за пределы города, это сыграло положительную роль.

 

Понимаете, прийти и просто на глаз этого понять нельзя, сколько и чего выбрасывается, какой процент. У нас, к сожалению, сейчас нет муниципального экологического контроля. Его перевели на уровень выше – на федеральный уровень, областной. Нужен муниципальный экологический контроль, но если его вернуть, то нужно возвращать полномочия и право штрафовать. Необходимо набрать людей, специалистов, нужно купить лаборатории, передвижные, стационарные. Это огромные деньги, и главное – нужно найти тех людей, которые будут в этом вопросе компетентны. Сейчас со стороны государства внимания экологии уделяется больше, чем раньше, поэтому у меня надежда достаточно радужная, что ситуация изменится.

Фото: Наталья КУЗНЕЦОВА / E1.RU

Автор

оцените материал

  • ЛАЙК0
  • СМЕХ0
  • УДИВЛЕНИЕ0
  • ГНЕВ0
  • ПЕЧАЛЬ0

Поделиться

Поделиться

Увидели опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter

Пока нет ни одного комментария. Добавьте комментарий первым!