Урбанист Дхирендра Тадани нашёл у уральской столицы слабые места.
Урбанист Дхирендра Тадани нашёл у уральской столицы слабые места.

Архитектор из США Дхирендра Тадани получил 13 наград в области архитектуры. Теперь он приехал в Екатеринбург, чтобы передать частицу своей мудрости студентам Школы главного архитектора.


Вместе с бывшим главным архитектором Екатеринбурга Тимуром Абдуллаевым и директором Музея истории Екатеринбурга Сергеем Каменским эксперт прогулялся по центру и Уралмашу, услышал увлекательные истории об их жизни и развитии и сразу отметил, чего не хватает уральской столице, чтобы сделать жизнь её обитателей более комфортной и интересной.


Маленькую персональную лекцию о своём взгляде на градостроительство в применении к Екатеринбургу Дхирендра Тадани провёл для корреспондента E1.RU.


— В Екатеринбурге сразу я обратил внимание на уличную сетку. Обычно в российских городах она радиальная, а здесь решетчатая. Скорее, она напоминает об Америке, в России я такого ещё не встречал. Это красиво, но удобно ли? Могло бы быть удобно. Одна из ваших проблем — это масштабы. Дороги в Екатеринбурге слишком широкие. Следовало бы строить больше дорог, но меньших по ширине.


«Стройте не дома, а пространства»: архитектор из США выписал Екатеринбургу рецепт светлого будущего


В крупных кварталах у людей очень мало вариантов, как дойти из точки А в точку Б. Автомобили тоже вынуждены ехать всегда одной дорогой, а, если на пути авария, объехать её не получится. Другое дело, когда тот же квадрат прошит улицами вдвое чаще. Тогда у пешеходов и водителей уже не два, а восемь путей из точки А в точку Б. Ещё больше внутренних улиц — ещё больше вариантов. К тому же людям приятнее ходить по небольшим улочкам. Власти же пытаются сэкономить и строят только магистрали. Так, в Индии строят несколько больших дорог, чтобы тратить меньше. Но в этом нет смысла, вместо двух 4-полосных улиц можно построить четыре двухполосных, затраты будут теми же.


Белая башня впечатлила эксперта.
Белая башня впечатлила эксперта.


Урбанист даже зарисовал легенду Уралмаша в блокноте.
Урбанист даже зарисовал легенду Уралмаша в блокноте.


Что касается зданий в Екатеринбурге — мне понравилась Белая башня. Но отдельные объекты — это не главное. Что главное? Объясню на примере. Перед картинной галереей Уффици во Флоренции есть улица. Это пространство, где вы можете гулять и чувствовать себя комфортно. Место определено зданиями, хотя само оно пустое. Это своеобразный негатив: улица выглядит как комната, объектом является пространство, а не здания вокруг него. Это тот случай, когда пространство, где нет никаких объектов, важнее самих объектов. Современная тенденция — создавать именно городскую среду. Здания должны выглядеть как обои, небо — прочитываться как потолок: вы знаете, в некоторых дворцах на потолке рисуют небо.


Галерея Уффици во Флоренции — пример правильно организованного пространства. В Екатеринбурге такого не встретишь.
Галерея Уффици во Флоренции — пример правильно организованного пространства. В Екатеринбурге такого не встретишь.


А теперь другой пример. Вот дом Ле Корбюзье. Он уникален, его архитектуру ставят в пример. И всё же, это одинокий объект, он не создаёт среды. Я вовсе не отношусь к тем, кто не любит Ле Корбюзье, я считаю, он был великим человеком: он всё делал неправильно, но был великолепен. Его идея была блестящей: здание, сквозь которое может двигаться природа. Но теперь под колоннами, где должны были расти деревья, стоят машины, там парковка.


«Жилая единица» Ле Корбюзье в Марселе — объект в вакууме.
«Жилая единица» Ле Корбюзье в Марселе — объект в вакууме.


Я видел пространства, организованные как комнаты, в Москве. Там есть такие улицы, похожие на галереи. В Екатеринбурге такого нет, здесь утеряна идея уличного пространства. Дом — это клетка, он маленький. Но когда вы выходите наружу, то вы попадаете на большую улицу, где совсем неуютно. Нужно, чтобы само городское пространство было «теплее». Оно не будет таким, если кругом отдельных зданий будет гулять ветер. Когда люди проводят активную жизнь вне своих квартир, они становятся частью сообщества. Живой диалог необходим, чтобы рождались идеи, чтобы горожане узнавали новое. Город должен вдохновлять их.


Если бы мои друзья собрались приехать в Екатеринбург, я посоветовал бы им начать знакомство с городом с реки, с Плотинки. В любом случае нужно начинать с центра — это место, откуда всё начиналось. Там тоже есть проблема: там, где гуляют туристы, здания используются не слишком активно. Нужно интегрировать их в среду, это очень важно. Сейчас застройка слишком изолирована. А ещё башни Екатеринбурга. Высотные дома — это инженерные феномены, но я их не люблю.


Высотки способствуют изоляции своих жильцов.
Высотки способствуют изоляции своих жильцов.


Причин тому несколько. Во-первых, изоляция. Человек, который живёт в небоскрёбе, теряет контакт с городом. Я считаю, что не стоит строить здания выше пяти этажей: человек должен видеть улицу из окна, чтобы жить её жизнью: мать должна видеть ребёнка, который возвращается из школы, жена — мужа. В высотках люди оторваны друг от друга.


Вторая причина — это большая нагрузка на коммуникации — водопровод, транспортную сеть... Думаю, высотные здания строят только из-за жадности. У вас компактный город, это правда, и всё равно достаточно пустого места, чтобы строить. Квартал за рекой («Макаровский квартал». — Прим. ред.) — там 11 и больше этажей. Зачем? Вам открывается вид на высотки на горизонте, у вас нет контакта с рекой. Гораздо увлекательнее было бы смотреть на других людей, что они делают, во что одеты. Неважно, к какой культуре вы принадлежите, вы должны сидеть на балконе или у окна и видеть жизнь. Улица — прекрасное место для общения.


«Архитектор должен думать о людях», — считает Дхирендра Тадани.
«Архитектор должен думать о людях», — считает Дхирендра Тадани.


Об этом я и рассказываю студентам. После обучения все они думают, что они очень умные, но на деле они мыслят однобоко. Школа — это хорошо, но нужно быть открытым новым идеям, принимать вызовы. Что сейчас утеряно, так это человек в городе. Когда вы рисуете картину, вы создаёте нечто, что понравится одному и не понравится другому. Не так важно, как воспримут ваше творение. Но на ткани города вы работаете для людей.


Иногда архитектор думает, как бы ему выразить себя. А стоило бы поставить себя на место человека, который будет жить в доме, который ты проектируешь. Спросить себя: как я доберусь до работы? Где посмотрю кино? В какую школу будет ходить мой ребёнок? Или вы построите клетку, где можно только смотреть телевизор? Не так уж и просто донести до студентов, что архитектор обязательно должен думать о людях.