Михаил Козырев считает, что фильм про музыкантов из Екатеринбурга не удался.
Михаил Козырев считает, что фильм про музыкантов из Екатеринбурга не удался.

В интернете не перестают появляться рецензии на фильм «Про рок» екатеринбургского режиссёра Евгения Григорьева. Кино снимали шесть лет, оно вышло на экраны 7 октября этого года. В основном зрители в восторге от фильма, ленты социальных сетей пестрят хвалебными отзывами, картина завоевала несколько наград на кинофестивалях. Но есть и другое мнение.


Журналист Михаил Козырев (сам — уроженец Свердловска) тоже посмотрел «Про рок» и раскритиковал его на своей странице в Facebook. По его мнению, молодые музыканты показаны в фильме неудачниками, а Владимир Шахрин, Сергей Бобунец и Александр Пантыкин, которые выступают в роли продюсеров, не умеют распознавать талант. Публикуем его монолог без сокращений.


«Посмотрел фильм «Про Рок». Хронометраж ровно уложился в перелёт Москва — Екатеринбург. Грусть. Вот главное ощущение после фильма. И такое ещё: слава богу, я в это дело не ввязался. Картина по сути — эпитафия русскому року. Надпись на могиле. Фильм начинается с конкурсного отбора молодых уральских групп, авторитетное екатеринбургское жюри (Шахрин, Бобунец, Пантыкин) отмечают три группы (Cosmic Latte, «Городок чекистов» и ещё одну с именем «Джо» в названии), режиссёр раздаёт им камеры, и дальше мы наблюдаем, что происходит с артистами в течение нескольких лет.


Точнее — ничего не происходит. Одни медленно спиваются, другие женятся-разводятся-меняют составы, третьи просто всё просирают. Печальное и унылое зрелище (которое, конечно, можно было бы сократить по хронометражу вполовину, мысль-то понятна с самого начала). Из плюсов я отмечаю безжалостное отношение режиссёра к самому себе: в какой-то момент он показывает в картине долгожданную премьеру своего предыдущего фильма на каком-то фестивале и беспощадно фиксирует уходящих из зала зрителей и спящую аудиторию. После этого режиссёр впадает в запой, и это камера тоже документирует. То есть как бы лузер снимает фильм про лузеров.



Ещё одна забавная линия картины — это то, как мои уральские друзья-приятели серьёзно изображают из себя стратегов-продюсеров, авторитетно консультируя молодых артистов, объясняя им, как стать звездой. Наблюдать за этим забавно. Так и хочется хлопнуть кого-нибудь по плечу и спросить «Why so serious?»


Возвращаясь к отборочному конкурсу юных дарований, хочу лишь добавить, что много лет моя жизнь представляла из себя именно подобный бесконечный отборочный конкурс. И как же я счастлив, что теперь мне не надо этим заниматься! Беспрерывный поток бездарной графомании может быстро похоронить хоть какую-то любовь к музыке. Вынужден констатировать: увидеть и распознать талант — это тоже талант. Он или есть, или нет. Очевидно, что у отборщиков он, скорее всего, отсутствовал при всём моём к ним уважении. Были выбраны группы, с которыми по любому куплету-припеву всё понятно сразу. Без шансов. Без вариантов.


Думаю, что картина не вдохновит ни одного парня или девушку взять в руки гитару и попытаться петь. Что, конечно, обидно. В такое время живём. Но я верю в то, что вердикт «музыка сдохла» не окончательный. Придёт другая волна. Фильм заканчивается на финальном концерте «Смысловых Галлюцинаций», группа распадается. Я бы, конечно, дал в конце какую-нибудь надежду: «Сансара», «Курара», «ОбеДве», «АлоэВера», OQJAV или Миша Лузин... Но фильм ставит беспощадный диагноз: «нет проРока в моём отечестве».»