7 мая пятница
СЕЙЧАС +3°С

Мать погибшей модели Юлии Лошагиной: "Дочь хотела переписать всё имущество на меня и развестись"

На суде обвиняемый в убийстве жены екатеринбургский фотограф Дмитрий Лошагин задал несколько неприятных вопросов своей тёще.

Поделиться

Сегодня в Октябрьском суде Екатеринбурга состоялось первое открытое заседание по делу Дмитрия Лошагина. E1.RU решил не строить доводы и не занимать чью-то сторону в процессе: будь то фотограф или родные его супруги-фотомодели, полуобгоревший труп которой нашли в лесополосе под Первоуральском. Мы предлагаем читателям ознакомиться с расшифровкой допроса Светланы Рябовой, матери погибшей Юлии. И самим сделать выводы.

"Ушла потусить"

Гособвинитель: Светлана Викторовна, расскажите, что вам известно по обстоятельствам дела.

Рябова: 19 числа (августа. – прим. ред.) у моей дочери был День рождения. Я позвонила, поздравила её. После вечеринки в Екатеринбурге она собиралась приехать в Нижний (Нижний Тагил. – прим. ред.) на три дня, потому что моего сына, её брата, должны были забрать в армию. И произошло следующее. Наступило это самое 22-е, затем 23-е… Я ей (Юле Лошагиной. – прим. ред.) набираю, абонент недоступен. И так весь день. Я начала волноваться, но никому ничего не сказала. 24-го созвонилась с сыном Михаилом, и он сказал: "Мам, я очень волнуюсь, потому что Юля не выходит "ВКонтакте". Мы с дочерью не то чтобы часто созванивались, но номер, который я набирала, был у неё очень давно, она начала работать с пятнадцати лет, и в Москву её приходилось отправлять, и в Москве, и по этому телефону я её могла вызвонить хоть со дна океана. И узнать, где моя дочка и что с ней. И вот, короче, я не буду врать, число я не помню, когда я набрала Дмитрия. В общем, с Дмитрием мы никогда так сильно не общались. Мы с ним, может, это не имеет отношения к делу, но я хочу сказать, мы с ним не любили друг друга. Началось всё с того, что он задавил собаку Юлину. У нее была китайская хохлатая. Это было ровно два года назад до Юлиной смерти. Я считаю, что это произошло совершенно случайно. Он пододвинул сиденье автомобиля, под которым сидела собака. И он её задавил. Я на него тогда бросилась: ты её убил, ты её убил, хотя редко ругаюсь на людей. Но это отступление от темы. А дальше, не помню какого числа, я его набираю: "Дима, здравствуй". Он мне отвечает: "Здравствуй, но ты же знаешь, что Юля запрещает нам с тобой общаться". А я уже тогда боялась, на каком-то подсознательном уровне, что он её закрыл, что он её обижает. Боялась ему в чём-то перечить. Спрашиваю: "А что случилось, почему её телефон недоступен", а он: "Ты знаешь, у нас была вечеринка, и она ушла потусить". Я говорю: "Как потусить, Дим, ты мне объясни…". А он: "Ну, она же собирается и уходит, куда хочет, и я уже привык к этой жизни". Но… знаете, я знаю немножко другое о своей дочери. Начинают люди только жить. Юля едет по работе. А у неё прослушивающее устройство в чемодане. Неприятно, согласитесь? За что, почему? И каждый шаг он её контролировал. И эти разборки постоянные, ревновал. Но мне она жаловалась мало. В основном своему брату Мише. И это был мой первый звонок Дмитрию. А потом был второй звонок, третий. Потом он сказал: "Да отвяжитесь вы от меня, я сам разберусь, не шумите, уберите сообщения из "ВКонтакте". Потом не помню, кто кому звонил тогда, он говорит: "Она приехала, её Audi стоит у подъезда, я сейчас быстро в квартиру поднимусь". "Наша сучка нагулялась и приехала", – так сказал. Он поднимается, перезванивает и говорит: "Она убежала, она ушла".  И тут меня начинает трясти. Я говорю: "Дим, ты что такое говоришь: "потусить ушла, я разберусь", вызывай ментов, всё, хватит!".  А он отвечает: "Ты знаешь, я об этом что-то не подумал". И тут я понимаю, что-то тут какая-то муть, ну, страшная муть. И на следующий день с утра, я не спала всю ночь, звоню опять ему. И он начинает на меня орать. И я на него тоже. А он кидает трубку. Всё уже, скандал натуральный. Я ему говорю: "Слушай, у тебя же там везде камеры". А он мне матом отвечает.

Судья: И что было дальше?

Рябова: Это было уже, кажется, 2-е число, когда мне позвонили из Первоуральска. Сказали, нашли труп девушки, надо съездить на опознание. Я, если честно, поначалу ехала не к своему, конечно, ребёнку. Начала звонить Диме и кричать: "Нашли труп под Первоуральском". На что он начал писать SMS-сообщения: "Я не могу, у меня сейчас презентация, я занят"… А уже в полиции мне сказали, что у Юли хорошие очень зубы, всего две пломбы, а по следу от пирсинга я поняла, что это уже мой ребёнок.

Гособвинитель: Скажите, а кто обратился в отдел полиции?

Рябова: Сын. Я же не думала, что она вот так вот погибла. Думала, что он (Лошагин. – прим. ред.) закрыл её где-то. Поэтому, если честно, боялась писать заявление. А к Мише приехал друг на машине. И они решили съездить в полицию и подать заявление. Ну, я их и благословила. 31-го, по-моему.

"Я жить с ним не буду, это была ошибка…"

Адвокат Лошагина:

– Юля часто была в Нижнем Тагиле?

Рябова: Да. Часто. Она училась в Тагильском университете заочно.

Адвокат Лошагина: У вашей дочери были подруги?

Рябова: Практически не было. Из подруг была Алёна Гуляева из Нижнего Тагила, потому что они с первого класса учились вместе. А приятельницы, конечно, были.

Адвокат Лошагина: А у вас с дочерью были доверительные отношения?

Рябова: Очень. Хотя проблемы, честно скажу, в стиле "отцы и дети" тоже были. Как-то в июле, она приехала ко мне и утром говорит: "Мам, на тебя бы всё переписать, слушай". Я ей тогда ответила: "Ты вообще поняла, что сейчас сказала?". А она мне: "Ну, в жизни всякое случается". Почему она это сказала, я не знаю. Она вообще в последнее время говорила странные вещи: "Мам, ты не бойся, скоро останешься одна, я уеду в Прагу, папа умрёт раньше… и надо привыкать жить одной".

Адвокат Лошагина: Вы заявляли, что Юля с мужем жили плохо. Вы это взяли из её рассказов или откуда-то ещё?

Рябова: Юля, наоборот, вначале скрывала то, что я знала, допустим, от сына. Ну, я же мать, я же чувствую своих детей.

Адвокат Лошагина: А о синяках на руках Юли и о том, что её муж распускал руки, вы от кого узнали?

Рябова: От неё в том числе. Она звонит мне однажды и кричит: "Мама, он меня бьёт!".  Я ей тогда сказал: "Юля, давай приезжай домой".  А то, что он (Дмитрий. – прим. ред.) говорит, что она пошла потусить, я в это вообще не верю. Этого не могло быть, у неё такая работа, что если бы она начала тусить, про неё бы поползли всякие слухи, сплетни.

Адвокат Лошагина: Вы говорите, что они хотели развестись. Причина-то развода в чем была?

Рябова: Ну, как бы получается, что жизни-то никакой нет.

Адвокат Лошагина: Это ваши выводы?

Рябова: Ну, если ребёнок говорит: "Мама, я жить с ним не буду, это была ошибка".

Адвокат Лошагина: Дочь просто сказала: "Я жить не буду"?  

Рябова: Нет. Но мы на эту тему говорили очень кратко. Когда у них всё было "хреново", она его брала в храм. Через год после этого собирались венчаться. Я спрашиваю: и что. А она: "Мам, не знаю пока".

Адвокат Лошагина: Вы сказали, что у неё подруг не было. Но, возможно, друзья были?

Рябова: В смысле, мужчины? Ну, знаете, откуда, ведь она была замужем. А когда приезжала в Нижний, то была всегда у нас. Я ей настолько доверяю, она настолько правильная по жизни девчонка, что за ней не надо было следить: куда, с кем, зачем пошла. Ей люди говорили: "Юль, беги!". А она отвечала: "Мам, пускай это изойдёт всё от него! У меня такая работа, так что мне вот этого не надо: сегодня вышла замуж, а завтра побежала на развод подала". Поэтому я вам ещё раз говорю: она не могла никуда пойти тусить!

Адвокат Лошагина: О каких бы то ни было своих поклонниках она рассказывала?

Рябова: Каких поклонниках? Нет…

Адвокат Лошагина: А ваше мнение, Дима Юлю любил?

Рябова: Я не знаю.

"Деспотичность Лошагина" как мотив для убийства

Адвокат Лошагина: Вы знаете, в чём обвиняется Дмитрий? Это обвинение обоснованное?

Рябова: Думаю, да.

Адвокат Лошагина: А какие соображения, мотивы, цели этого убийства?

Рябова: Если честно, мотив – это его деспотичность, холеричность. Я не говорю, что Лошагин взял специально, запланировал и убил Юлю. Нет. Это произошло, случилось. Ну, а если махал раньше руками, то думал, что выдержит и сейчас. Но за что? За что? Девчонке, в которой весу-то 48 килограммов, сворачивать шею? Мог бы ей сказать: "В 24 часа – вон из дома!"

Обвиняемый Лошагин: Вам известно, кем работала ваша дочь?

Рябова: Фотомоделью.

Обвиняемый Лошагин: А до того, как мы поженились? Вам известен вид её деятельности?

Рябова: Я вам ещё раз объясняю. У меня ребёнку было 28 лет. Она была совершенно адекватным человеком. И ловить меня на фразе, была она моделью или фотомоделью не надо, понимаешь? Всё, я ответила. И ты…

Обвиняемый Лошагин: Я задал конкретный вопрос: известен ли вам вид её деятельности?

Рябова: Дмитрий, прости меня, Христа ради, ты хочешь, ты хочешь…

Обвиняемый Лошагин: Я ответа не услышал.

Рябова: Я ответила. Я не в камере. И ловить меня на фразах не надо. Это была моя дочь, и я всё про неё прекрасно знаю.

Обвиняемый Лошагин: У Юли был гражданский муж Дамир?

Рябова: Был.

Обвиняемый Лошагин: Вы видели синяки у Юли от Дамира?

Рябова: Видела.

Обвиняемый Лошагин: Вы готовили лжесвидетелей для процесса?

Рябова: А там не было свидетелей. Там была Юля, я и адвокат.

Обвиняемый Лошагин: А вам известно, что Дамир Юлю пальцем не трогал?

Рябова: Да что вы говорите! А то, что возле моего дома, когда на помощь Юле выбежал Евгений? И нам было стыдно, что на Юлю распускает руки мужчина. Так вот Евгений – прямой свидетель. Он был. Есть вопросы?

Обвиняемый Лошагин: Давайте поговорим о другом свидетеле. О каком? О бывшем сотруднике милиции Юрии, который выбивал для вас долги. Который был свидетелем того, что Дамир, якобы, приставлял нож к горлу Юли у стоматологической клиники в городе Екатеринбурге.

Рябова: Лжесвидетеля не было. Был свидетель.

Обвиняемый Лошагин: То есть свидетель Юрий, бывший сотрудник милиции.

Рябова: Конечно! И, кстати, это не мой знакомый.

Обвиняемый Лошагин: Я не ожидал такого ответа.

Рябова: Это не мой сотрудник, это ваш сотрудник.  А с чего вы решили, что мне кто-то выбивал долги? Вы о чем сейчас говорите? Вы зачем сейчас врёте?! Вы что придумываете?!

Обвиняемый Лошагин: Я вопросы задаю.

Судья: Потерпевшая Рябова, я понимаю ваше эмоциональное состояние. Вы сегодня немножко перешли границу. Кричать ни на кого не надо.

Рябова: Хорошо, Ваша Честь. Простите.

Всё имущество модель хотела подарить маме

Обвиняемый Лошагин: Когда Юля говорила вам о переписи имущества, она какое имущество имела в виду?

Рябова: Ты прекрасно знаешь всё сам. Квартиру, которую она покупала на свои деньги и на которую я ей добавляла. До брака. Но суть в том, что вы вместе её продали. А Юля была не столь глупа, и она понимала, что дело идёт к разводу, поэтому хотела переписать квартиру на меня. Но мы не успели это сделать. Затем второй вариант. Я была очень удивлена, когда ты вступил в наследство (после смерти жены. – прим. ред.), но ты тогда был не осуждён, то есть все деньги – четыре миллиона, которые заработала Юля до тебя. Ты два миллиона взял. Твоя супружеская доля. По закону ты прав. А чисто по-человечески, может, тебе больше всех надо: сначала убить, а потом взять деньги, чтобы платить адвокатам…

Обвиняемый Лошагин: К сути вопроса. Вы отвечали на вопрос…

Рябова: На какой вопрос? Что бы ты хотел услышать?

Обвиняемый Лошагин: Про имущество, которое она хотела переписать на вас.

Рябова: Я тебе ещё раз объясняю: вообще всё. Так и сказала, всё, что принадлежит мне.

Обвиняемый Лошагин: Всё, у меня нет вопросов.

Судья: Вам конкретно со слов Юли из иных источников было известно, что она намерена инициировать развод с подсудимым? То есть расторжение брака.

Рябова: Я так поняла, что она не хотела быть инициатором. Я так поняла, что бизнес у неё был модельный и ей не нужен был скандал.

Судья: Ваше умозаключение на чём строится? На словах дочери или на ваших умозаключениях?

Рябова: На словах дочери и умозаключениях.

Судья: В чём конкретно выражались слова дочери?

Рябова: В том, что он (Дмитрий. – прим. ред.) гуляет с "Мисс Екатеринбург", в том, что отношения были ужасные, в том, что дальше с ним жить не может.

Судья: Какие конкретно слова о том, что она намерена или хочет расторгнуть брак с подсудимым, она вам высказывала? Или только это ваши умозаключения?

Рябова: Вы знаете, вы меня сейчас поставили в такой тупик. Непосредственно она мне не говорила: я подам на развод. Я поняла так, что она ждала, когда на развод подаст Дмитрий. Это моё умозаключение. 

Следующее судебное заседание состоится завтра, 10 сентября, в 11:00. 

Фото, видео: Артём УСТЮЖАНИН / E1.RU; пресс-служба СУ СКР по Свердловской области. 

ФОТОГАЛЕРЕЯ: В Екатеринбурге проходит суд по делу Лошагина

По теме (9)

оцените материал

  • ЛАЙК0
  • СМЕХ0
  • УДИВЛЕНИЕ0
  • ГНЕВ0
  • ПЕЧАЛЬ0

Поделиться

Поделиться

Увидели опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter
Хочешь быть в курсе событий, которые происходят в Екатеринбурге? Подпишись на нашу почтовую рассылку

Пока нет ни одного комментария. Добавьте комментарий первым!

Loading...
Loading...