Вид с Плотинки через несколько секунд после взрыва
Вид с Плотинки через несколько секунд после взрыва


Несколько часов назад Екатеринбург лишился одного из своих символов — недостроенной телебашни. Об этом сносе и его последствиях мы рассказываем в режиме онлайн. После волны многочисленных фото и видео с места событий горожане начали делиться в соцсетях своими мыслями о том, каким город будет без башни и к чему могут привести такие решения бизнеса и властей, которые не учитывают мнение населения.


Публикуем некоторые из них.


Пётр Иванов


Немного еще поясню за екатеринбургскую телебашню. Почему её взрыв сегодня - это проявление пещерного сознания путинских эффективных менеджеров, 99% из которых бывшие слесари. Вот у города был объект, который хоть и был недостроем, но был, во-первых, визуальной доминантой города, а во-вторых, ввиду доминантности - поводом для культурной рефлексии горожан, поводом для социокультурных экспериментов. О ней думали архитекторы, дизайнеры, политики и бизнесмены, пытаясь её осмыслить и наделить культурными ценностями. У них получалось. О ней думали парашютисты и использовали для парашютного спорта. Это была некоторая творческая загадка, творческий вызов, обращенный жителям Екатеринбурга. Если бы с ней удалось что-то сделать, а все данные для этого были, то Екатеринбург укрепил бы свои позиции как город, как сообщество, которое может ответить на сложный вызов, сообща решить сложную задачу. Но тут этот объект попадает в лапы эффективного менеджера с исчезающим образованием. И он выдает гениальную в своём бескультурье идею - закрыть полевую лабораторию производства городской культуры и на месте неё установить что бы вы думали? Ледовую арену! Белого слона, который нужен раз в год по обещанию. Которому невозможно придумать систему самоокупаемости, потому что ледовая арена это ледовая арена, там можно только на коньках кататься.  При том, что в городе есть миллион мест, где можно построить ту же самую ледовую арену. Нужно быть беспросветным дуболомом, чтобы превратить стволовую клетку города в склеротическую. Надо сказать, что это происходит на фоне того, что тот же самый слесарь, простите, губернатор, инициировал отмену выборов мэра. Дескать, ему виднее, кто должен руководить городом. Как ему виднее - мы видим. Человек, который так рушит культурный и социальный капитал города, не может им распоряжаться. Это аксиома градорегулирования. Губернатор Куйвашев совершил роковую ошибку и оскорбил своими действиями весь город. Надеюсь, профессиональное сообщество тоже не радо, как и я.


Борис Дьяконов: 


Башня.


Чтобы не разводить холивар, сразу сознаюсь, что пишу скорее для себя. Про башню не высказывался до этого и после не планирую.


В детстве башня была символом падения режима. Замахнулись, но не смогли. Строительная, экономическая, бытовая импотенция. Хотели чтобы из центра города новости о строительстве социализма хорошо бы разносились по городу и окресносностям и не смогли, а оставили после себя память о недострое.


Не смогли и во второй раз, когда стоял экзистенциальный выбор, сделать из башни символ, которым она по сути и стала, превратить в арт-объект, без какой то особой причины на это, а просто потому что город прёт, он живой, ему по кайфу чудить. был выбор освободить участок под застройку.


Множество европейских городов пошло по пути создания своего образа с нуля, или трансформации старых. Старые доки в Лондоне, Эйфелева башня в Париже, Старый порт в Тель Авиве. Сейчас эти места полны жизни, энергии, драйва, создают и формируют образ города, как для горожан, так и для заезжих. Они играются и балуются, выражаются, просто потому что могут и настроение такое.


Башня была символом недостроя и импотенции экономической, но стала символом импотенции творческой и демократической. У города был шанс из заводской глубинки проявиться способным созидать не только танки и ракеты, однообразные стеклобетонки и торговые центры.


Спасибо башенке за то, что её присутствие было признаком неспособности советского строя, а её отсутствие стало признаком неспособности преобразовывать, чудить, нежелания и прозрачности принимать решение. Для меня это такая же роспись в импотенции строя текущего, как и её недострой был росписью строя предыдущего.


И ещё. Её офигенно красиво и технично взровали, разумеется, после выборов, чтобы не испортить случайно процентовку поддержки. Не можем создавать арт объекты, не можем чудить, не можем договариваться, но можем красиво взрывать в удобный момент. Что один человек создал, другой завсегда раз[ломать] сможет. Тоже повод для гордости.


«Все мы немножечко телебашни»: реакция горожан на Екатеринбург без вышки



Леонид Гольдберг:


Снесли башню. Никогда её не любил и не хотел, чтобы она стояла на этом месте. Но нет ни радости, ни удовлетворения, ни признательности к тем, кто это сделал. Потому что сделали это не для меня и тех, кто разделяет моё отношение к башне. И всё, что там будет дальше, тоже будет не для меня, и никто не спросит моё мнение. Все друзья, которым башня была дорога, примите моё сочувствие и огорчение за вас. А всех, кто бурно радуется и злорадствует, предупреждаю: наступит время, и через вас перешагнут точно так же. «Не спрашивай, по ком звонит колокол, он звонит по тебе».


«Все мы немножечко телебашни»: реакция горожан на Екатеринбург без вышки


Андрей Титов: 


Вопросы безбашенного будущего:
1. Если ему поКуй на мнение горожан, то на Куя нам такой Куй? — извините, пожалуйста, за тавтологию.
2. Екатеринбург становится пригородом Верхней Пышмы — а за что?
3. А на третий год пятилетки развития, объявленной Куйвашевым, УГМК разрешат заасфальтировать Шарташ?
4. Екатеринбург — полтора миллиона жителей, Волоколамск поменьше 20 838 человек: если у них снесли власть, то у нас почему только башню?
5. Почему областное Министерство общественной безопасности занимается только согласованием (запретом) митингов неравнодушных горожан, а не прихотями необузданного олигарха, ведь второе кажется куда как опаснее, или не так?
6. А может, так и оставят — как самый символичный памятник той эпохе, когда областью рулили братец Ку и братец Ко?


У кого ещё есть какие-то вопросы по дню сегодняшнему — делитесь! Вдруг и ответы кто знает — тоже рад! А за репост — отдельное спасибо! Почему только мы одни должны наслаждаться тем, какой у нас чудный и застенчивый губернатор. Один оскал дружеского добродушия чего стоит — блудливая улыбка крокодила Гены, который только что слопал Чебурашку — вроде бы и стыдно ему, а приятно. Давайте поделимся «этаким» счастьем с другими. А я пошёл пока на место упокоения Символа.



Николай Коляда: 


А был я, собственно говоря, на площади потому, что ждал открытия банка в 10 утра. Для совершения сделки. Бабушка, которая стояла у дверей банка, рассказала мне, как она видела взрыв башни. Все об этом в городе говорят. Мне башню не жалко. На ней погибло много молодых и глупых людей. Как-то все позабыли про это. Сын одного артиста ТЮЗа, восемнадцатилетний, полез на башню и сорвался, насмерть. Могу себе представить, что чувствовали эти мои знакомые, потерявшие сына на этой башне, когда видели, что она упала. Да упади уже. Каково это им, родителям - видеть ее каждый день? 


«Все мы немножечко телебашни»: реакция горожан на Екатеринбург без вышки


Дмитрий Ларионов: 


Многие не верили, что башню взорвут. Потому что не хотели верить до последнего. Я же, несмотря на то, что очень этого не хотел, всё же осознавал неизбежность. И это причина, по которой я привёз в центр жену и двух детей посмотреть. Просто решил и привёз, никого особо не спрашивая. В ущерб утреннему сну, учёбе и даже немножко здоровью.


Потому что память о таких событиях должна жить. И она должна жить как можно дольше. Знаете, я долго думал, что можно ответить на детский вопрос о том, почему башню сносят, кому она помешала. Ответить так, чтобы даже ребёнок это понял. Я был уверен, что мне будет задан этот вопрос. И я придумал. И ответил.


Дети — они умные. У них нет предрассудков. Они всё понимают. Кое в чём они намного умнее нас, взрослых. И они не радовались. Дорога домой прошла в атмосфере молчания. Даже музыку в машине никто не захотел включить. У меня не возникло ни малейшего желания оглянуться. Эту горечь не передать словами. Я не мог внутренне смириться с тем, что уже случилось. И всё ещё не могу. 


И я поймал себя на мысли о том, что ближайшая аналогия произошедшему — это снос церквей большевиками после прихода их к власти. И я, кажется, теперь понимаю, что тогда чувствовали люди. Они чувствовали, что у них отняли часть их души. Часть их истории. Вероломно, без спроса, «просто потому что так захотели».


Увы, история ничему не учит некоторых людей. Деньги и власть застилают им глаза.


Что ж. Пусть так. Пусть они сделали то, что посчитали нужным. Но память об этом будет жить. Многие из нас постарались, и спасибо вам всем за это. Я видел много детей, очень много. И никто не радовался, не смеялся, не визжал. Они всё понимали. Такая память будет жить ещё очень долго. Она ещё нас с вами переживёт. Время расставит всё по своим местам. Теперь очередь за ним.


«Все мы немножечко телебашни»: реакция горожан на Екатеринбург без вышки


Людмила Варакина: 


За моей спиной находится обломок того, что ещё недавно было культовым местом Екатеринбурга, символом города. Снос башни и развязанная вокруг всего этого грязная пиар-кампания, отсутствие диалога с горожанами — это то, что сейчас происходит по всей стране. Есть Те, Которые Велят, и мы — все остальные. 
Екатеринбургская телебашня, отмена прямых выборов мэров городов, история со Слуцким и Госдумой, Волоколамск — это про справедливость и социальное равенство.


Юлия Панкратова:


Снесли символ города. Решили, что больше башня не нужна. Для кого-то она была местом встреч, ориентир для свидания, фантазией в детстве, что это на самом деле космический корабль. Но сейчас её нет, несмотря на общественное мнение с просьбой не сносить её, власть решила иначе. Кто-то прыгал с парашютом с неё, а кто-то неудачно прыгал. Для каждого она была какой-то неотъемлемой частью города. Моё мнение всё же склоняется к тому, что всё же я за преображение города и за новые интересные объекты, возможно, теперь кто-то не погибнет, пытаясь совершить очередной прыжок. Но в момент её падения стало немного жаль, жаль, что так и не нашли средства, чтобы сделать из неё что-то красивое и полезное. Жаль, как она могучая и большая падает. Но думаю и надеюсь, что на её месте появится что-то стоящее.


«Все мы немножечко телебашни»: реакция горожан на Екатеринбург без вышки


Ирина Боргуль: 


Всю мою жизнь стояла эта башня... И, честно говоря, мне очень жаль, что её снесли... Сегодня почти весь город вышел попрощаться с достопримечательностью, которая мешала только тем, что занимала свободное пространство. И теперь благодаря баблу вместо неё будет стоять очередной никому не нужный платный стадион или торговый центр... Вот так в миг ты оказываешься никому не нужный и от тебя просто избавляются... По-моему, все мы немножечко телебашни, которые так просто, наплевав на мнение большинства, могут снести те, у кого есть деньги...