Пять лет назад старший брат Михаил стал донором для младшего Никиты 
Пять лет назад старший брат Михаил стал донором для младшего Никиты 

В 2014 году мы писали про пятилетнего Никиту Сопова из Первоуральска, который тогда был смертельно болен. В два года ему поставили диагноз «рак крови», правильно — «острый лимфобластный лейкоз». Несколько месяцев ребенку ставили диагноз «ОРВИ», списывая слабость и усталость на последствия простуды. Пока на ногах не начали появляться синяки. Оказалось, рак.


При этом диагнозе вместо нормальных клеток крови образуются патологические, бластные. Они множатся и накапливаются в костном мозге. Несколько лет мальчик лечился в Екатеринбурге, в областном Центре детской онкологии и гематологии. Ему пересаживали костный мозг. Донором был его 12-летний брат Миша. Он подходил по всем показателям — в отличие от родителей и других взрослых родственников.


Костный мозг Миши прижился у Никиты со второй попытки. Под общим наркозом у Миши забирали иглой стволовые кроветворные клетки костного мозга. Процедура болезненная, но безопасная. Вторую операцию провели в итальянской клинике, деньги на лечение в которой помогли собрать уральцы и крупные предприятия. Всего — 20 миллионов. 


Во время второй попытки Мише уже было 13 лет. 


— Мне не страшно, я сам согласился, потому что это нужно для спасения брата. Для спасения другого человека я бы тоже согласился, — говорил нам тогда по телефону Миша.


После второй трансплантации костный мозг брата начал приживаться.


Никита с мамой несколько лет провели в больницах. Папа занимался домашними делами и старшим сыном
Никита с мамой несколько лет провели в больницах. Папа занимался домашними делами и старшим сыном


Никита с Мишей, перед операцией у Миши спрашивали его согласие 
Никита с Мишей, перед операцией у Миши спрашивали его согласие 


Недавно мы побывали в гостях у Никиты. Он только-только пришел из школы и собирался пойти на танцевальную репетицию по брейк-дансу. Сейчас Никите десять лет, он учится в четвертом классе. До этого три года был на домашнем обучении, его берегли в первые годы после той операции. Иммунитет после всех процедур — облучения, химиотерапии — был очень слабым.


— И сейчас, как пошел в школу, часто болеет ОРВИ, но уже ничего страшного, — говорит Елена, мама Никиты. — В школе первые месяцы тяжело адаптировался после домашнего обучения. Ребята поначалу немного посмеивались, например, на физкультуре могли в команду не взять. Он же несколько лет провел в больничной палате, конечно, мышцы у него не такие крепкие.


Пять лет спустя после операции: Никита с мамой
Пять лет спустя после операции: Никита с мамой


Никита подключается к разговору:


— Но сейчас-то у меня физкультура — любимый предмет.


— Да, сейчас все хорошо, — рассказывает мама. — И друзья в классе, в школе появились. И даже подруга, просто дама сердца (смеется) Милена. 


Елена вспоминает: много лет назад, когда Никита только заболел, старший сын Миша заканчивал начальную школу, тогда все ученики вместе с учителем написали на листочке свои мечты, листочки закрыли в специальной капсуле желаний. Капсулу вскрыли на выпускном в девятом классе. Учительница Миши Галина Евгеньевна написала тогда, что очень хочет, чтобы Никита, брат Миши, выздоровел. Теперь Галина Евгеньевна — классный руководитель Никиты.


Сейчас Никита занимается брейк-дансом. На фото он посередине  
Сейчас Никита занимается брейк-дансом. На фото он посередине  


На репетиции в первоуральском Доме культуры перед городским конкурсом детских танцевальных коллективов. На снимке Никита в красной кофте
На репетиции в первоуральском Доме культуры перед городским конкурсом детских танцевальных коллективов. На снимке Никита в красной кофте


Старшему брату Мише сейчас 18 лет. После школы он поступил в Санкт-Петербургский государственный политехнический университет. Его специальность связана с космическим машиностроением.


— Миша — молодец! ЕГЭ сдал очень хорошо, поступил сразу в несколько вузов: УрФУ, в питерский... А еще в летное училище. У него давняя мечта быть летчиком. Он прошел сложную медкомиссию — здоровье должно быть идеальным, и Мишу признали годным, — рассказала Елена. — Долго метался, но в последний момент выбрал политехнический университет. Никита брата любит, уважает, слушает. Когда старший приезжает на каникулы, помогает младшему с учебой.


— По скайпу часто общаются, Миша ему внушает: учись, старайся. Тот обещает, но стараний дня на два хватает, — говорит с улыбкой мама. — Но Миша, кстати, не только поучает. Хотя и студент уже, но, как приезжает, могут по квартире носиться, в стрелялки играть.


Мама и папа Никиты наконец вернулись к обычной жизни. Елена вышла на работу, она инженер на Первоуральском новотрубном заводе. Завод не только перечислил очень большую сумму для ребенка рядового сотрудника, но и за десять лет сохранил рабочее место для мамы Никиты. Сначала был декретный отпуск, потом он перешел в затяжной больничный.


«Позже мы ему всё объясним, расскажем и вспомним, как все спасали»
«Позже мы ему всё объясним, расскажем и вспомним, как все спасали»


— Никита с братом обсуждали ту операцию, когда Миша пожертвовал ему костный мозг?


— Нет. Никита пока не понимает этих медицинских нюансов. Он забывает про то, что с ним было, про болезнь. Он ведь тогда маленький был, не мог понять, что за диагноз. Как-то один из его приятелей спросил про его прошлую болезнь. Видимо, услышал, как родители обсуждали. Тут ведь весь город нам помогал, везде портреты Никиты висели. Никита тогда после расспросов знакомого спросил меня: «Мама, а что такое рак?» Он плохо помнит, как ему было плохо после процедур, после одной, помню, кожа буквально отходила от него. Зато он помнит хорошее — как я его обнимала, успокаивала. 


Никита тогда после расспросов знакомого задал Елене вопрос: «Мама, а что такое рак?»
Никита тогда после расспросов знакомого задал Елене вопрос: «Мама, а что такое рак?»


Еще Никита вспоминает лего, которое ему дарили после каждой такой «химии». Мама приехала в Италию с целым чемоданом этого конструктора, чтобы хоть как-то утешить сына после очень тяжелых процедур:


— Помню, отмечали Никите пять лет, потом шесть. Накануне мы получали результаты анализов, они были плохие, были рецидивы. Домой приглашать гостей было нельзя. Любая инфекция могла быть смертельно опасной. Пришла к заведующей ближайшего садика: можно у вас на участке отпраздновать, пока малыши не гуляют? На улице ведь нет такого контакта с вирусами. Заведующая сказала: не положено… но разрешила. Мы в беседке справили, пригласили соседских ребят, позвали аниматора, деньги аниматор потом не взяла, отказалась... А я не знала тогда, будет ли следующий день рождения у Никиты, анализы были плохие, случился рецидив. Это было ужасно. Но он, конечно, не знал об этом, у него только хорошие воспоминания, и это правильно. Но позже мы ему всё объясним, расскажем и вспомним, как все спасали.


А вот еще одна хорошая история. Год назад мы писали, как живет Диана Касимова из Екатеринбурга, на лечение которой уральцы собрали 8 миллионов рублей. Она уезжала на лечение на инвалидной коляске, после «химии» у нее отказали ноги, развилась гидроцефалия. Глядя на фотографии тех лет, не верилось, что ребенок может вернуться к обычной жизни, даже если ему станет лучше. А Диана вернулась. Она учится в школе, стала умницей и красавицей!


Еще мы рассказывали про 17-летнего Мишу Костыря из Каменска-Уральского, который победил лейкоз.