Марсель и Ирина прожили вместе больше 20 лет
Марсель и Ирина прожили вместе больше 20 лет

— Я не хочу очернить мою жену. Хочу рассказать историю для тех, кто еще не попал в подобную ситуацию. Знаете, я мусульманин, но я бы понял, если бы моя жена ушла к другому мужчине. Не как муж — как человек бы понял, принял, потому что чувства, любовь… Но тут — спасать надо, вытаскивать из секты, — Марсель разливает чай, подталкивая нам вазочку с вафлями. — Угощайтесь.


Он уверен, что его супруга Ирина попала в секту. Теперь, после более чем 20 лет брака, их семья распалась. После развода, по условиям брачного договора, жене останется коттедж, но мужчина уверен, что дом уйдет руководителю секты. Сейчас он делает все, чтобы дом остался сыновьям. 


Мы приехали к Марселю в гости в этот загородный дом, который он сам построил. Когда-то он закончил строительный факультет одного из крупных вузов страны. А сейчас у него с друзьями небольшой бизнес — занимаются промышленной гидроизоляцией. Дом просторный, но пустой, без домашнего уюта. Снаружи грубый кирпич.


— Что мужчина должен сделать: сыновей вырастить, дерево посадить, дом построить, — Марсель говорит пафосно-правильные речи. Штампы, конечно, но вроде бы искренне, слегка запинаясь, то ли от волнения, то ли такая особенность речи. 


У Марселя двое сыновей — Дмитрий и Алексей. Один заканчивает Суворовское училище, другой уже выпускник Суворовского, студент пятого курса, будущий зооинженер (имена и некоторые личные данные героев истории изменены по их просьбе. — Прим. ред.).


Марсель так и не успел закончить до конца стройку своего дома. Да и дом этот ему уже не принадлежит. Сейчас он судится за него с бывшей женой и, пока идут суды, имущество арестовано. Пока он с сыновьями живет тут. Все предыдущие суды он проиграл жене, уверен, что проиграет и следующий. И ему придется выселяться вместе с сыновьями. 


Несмотря на всю ситуацию, он и сейчас рассказывает о жене очень тепло. Они разных национальностей: он татарин-мусульманин, она русская, православная.


— Но в семье у нас никаких споров, противоречий на тему религии не было, — говорит Марсель. — Это было идеальное сочетание, пример, как рядом могут жить и любить друг друга люди с разной верой и обычаями. У меня в роду были те, кто работал в мечети, имамы. И я тоже иногда ходил в мечеть. Жена соблюдала православные обычаи, я не раз подвозил ее в храм, на крупные праздничные службы. Но религиозными фанатиками ни я, ни она не были. Чтобы не было разногласий, детям мы никаких религиозных взглядов не навязывали. Сыновья уважают и православие, и ислам, но сами ни к никакой религии не относятся.


Ирина с Марселем и сыновьями много лет назад. Еще до установки контакта с «высшими силами»
Ирина с Марселем и сыновьями много лет назад. Еще до установки контакта с «высшими силами»


Воспитанием сыновей занимался Марсель. Водил их на тренировки, один из них стал чемпионом России по боевому единоборству: 


— Я сыновьям говорил: рай находится у ног вашей матери. Я хотел, чтобы потом они так же строили отношения в своей семье, с уважением к женщине. Все у нас было идеально.


У жены Марселя высшее экономическое образование, работала бухгалтером в банках, выучилась на косметолога. Хотела открыть свой косметический салон. Чтобы наработать опыт, устроилась косметологом в один из салонов.


— Там, в салоне, она два года назад и познакомилась с Викторией, — вспоминает Марсель. — Та была ее клиенткой. Этой женщине лет 60. Замужем, взрослые дети, у мужа свой бизнес. Она представлялась православной матушкой.


«Матушка», по словам Марселя, подружилась с Ириной. Стала приезжать в гости в их коттедж. Как-то, нахваливая просторный дом, она спросила, можно ли проводить тут православные обряды. Марсель был не против.


— Они стали собираться у нас в доме, в нашей большой зале, — рассказывает Марсель. — Человек 10–15, женщины, возраст примерно от 30, 40 и до 70 лет. Пару раз я застал тут их обряды. Я, конечно, не православный… Но они мне показались странными, я видел, что к обычным службам-обрядам это не имело отношения. Молитвы были какие-то странные. Упоминали какого-то Крайона.


Марсель полез в интернет, чтобы узнать, кто такой Крайон. Оказалось, это божество, которое придумал американский писатель Кэрролл. 


Еще прочитал, что Кэрролл в своих книгах учит, как установить контакт с высшими силами — Крайоном, этот контакт называется специальным термином «ченнелинг». Это что-то вроде медитаций, конечная цель — общение с Крайоном с целью спасения планеты.


Это было похоже на религиозное учение сайентологов — другого американского писателя Рона Хаббарда (некоторые из его книг признаны экстремистскими и запрещены в России). 


Марсель обратился в миссионерский отдел Екатеринбургской епархии, получил ответ в письменной форме. Там про крайонцев особо ничего не слышали, скопировали информацию из интернет-источников, что к православию это отношения не имеет, а еще есть мнение, что это секта. В интернете на форумах можно прочитать о крайонцах следующее: «Внимание! Опасная секта Крайона. Диски активации ДНК содержат пси-оружие по подготовке маньяков, самоубийц, камикадзе через телепатическое внушение человеку на расстоянии, также могут нарушить работу или отключить сердце, влиять на членов семей и перевести деньги со счетов ваших фирм на заграничные. Будьте бдительны».


Но с этим форумчанином тут же спорят: «Ли Кэрролл — абсолютно адекватный человек, не имеющий никаких негативных программ. Его собственные грехи составляют 0%. То, о чем говорит Крайон, находит подтверждение в неуклонно повышающихся энергетических вибрациях Астрального тела планеты Земля».


Сомнительно (уж простите нас, любители эзотерики и мистики) и то и другое: то есть и про телепатические внушения, и про «вибрации». Тем не менее это движение-учение не запрещено, книги Кэрролла есть в свободной продаже в любом книжном, в отделах, где продается эзотерическая литература. 


 Марсель продолжает рассказывать:


— В интернете я не нашел никакой информацию о матушке Виктории. Но через знакомых выяснил, что эта самая Виктория — бывший член запрещенной в России и на Украине секты «Белое братство», которая была основана еще в 90-х годах в Киеве. Кстати, сама Виктория родом с Украины, постоянно ездит в Одессу. При этом она гражданка России.


«Белое братство» — тоталитарная деструктивная секта, запрещенная в России экстремистская организация, ее основатель объявлял себя живым воплощением Христа. Из-за разрушительного действия на психику среди адептов случались самоубийства.


— Я видел, что в моем доме пытаются обманывать людей. Жена сказала, что они с матушкой ездят по храмам и православным святым местам. Видимо, под видом православных паломников там вербовали людей. Часто ведь человек идет в церковь, когда случилась какая-то беда. Они отлавливают, видимо, смотрят на расстроенные лица, подходят, знакомятся. Никто сначала не говорит про этого Крайона, все идет под видом православия, — говорит Марсель. — Она и меня пыталась зацепить, заговаривала, что читала Коран. Как-то позвонила мне, говорит: ты избран, поэтому предлагаю тебе уникальную возможность подключиться к космическим силам. Оказалось, все прозаично. Чтобы подключиться к силам, надо разделить с ней постель. Я ей говорю: то, что я семейный человек, вас не смущает? Говорит, нет. Я сказал, что отказываюсь от «уникального предложения».


Жене вы об этом рассказывали?


— Жена сказала: ты наговариваешь. Я говорю: мы с тобой живем в XXI веке, какой Крайон! Да, мы чтим какие-то обряды, традиции, ты — свои, я — свои, но все-таки мы светские люди. Я не против эзотерики, многие астрологией, мистикой увлекаются, хиромантией, кто-то может мир видеть как-то по-другому. Но все до разумных пределов, без фанатизма! Я дал жене все информацию, распечатки из интернета, ответ из епархии. Бесполезно. Жена менялась на глазах. Слышал от нее какие-то странные вещи, что скоро будет апокалипсис, а Виктория спасает Россию. От чего спасает-то, спрашиваю? А она: ты не любишь богиню Викторию. Да, говорю, не люблю…


По словам Марселя, это предводительница. С виду обычная женщина. Времена сектантов в белых балахонах остались в девяностых?
По словам Марселя, это предводительница. С виду обычная женщина. Времена сектантов в белых балахонах остались в девяностых?


Марсель показывает фото предводительницы-богини Виктории. На вид обычная современная женщина: ни платочков, ни белых балахонов, ни корон или нимбов. Возможно, все это ушло в прошлое, этими атрибутами людей сейчас только напугаешь. Фото со сборищ-семинаров тоже не вызывает подозрения, вроде бы обычный пикник: мужчина и несколько женщин лет 50, улыбаясь, сложили пальцами латинскую букву V — Виктория, победа...


Марсель запретил устраивать в доме сборища и выходить «на контакт с высшими силами». Тогда жена подала на развод — это было в сентябре. В исковом заявлении она указала: по причине несходства характеров. Из дома, от мужа и сыновей, Ирина уехала жить в свой косметический салон — к тому времени она уже купила помещение в Екатеринбурге, помогли ее родители, они обеспеченные люди, у них успешный бизнес, связанный со строительством. 


Зимой супругов развели. 


Фото со сборищ-семинаров тоже не вызывает подозрения, вроде бы обычный пикник
Фото со сборищ-семинаров тоже не вызывает подозрения, вроде бы обычный пикник


После развода по брачному контракту все имущество переходило жене. Контракт этот супруги заключили еще 13 лет назад. Марсель объясняет, что занимался бизнесом и на всякий случай, чтобы обезопасить имущество, переписал его на жену. Говорит, доверял. Хотя, по версии жены, которую она озвучивала на судах, контракт тот вынудила подписать ее мама, которая давала деньги на строительство дома. Впрочем, в любом случае заставить-то теща не могла. Подписывать такие документы, по которым в случае чего ты остаешься ни с чем, можно только доверяя близкому человеку. Марсель подал в суд, чтобы признать брачный контракт недействительным. Он уверен, что, как только решение суда будет в силе, жена перепишет дом на матушку-богиню.


Протоколы судебных заседаний
Протоколы судебных заседаний


— Наделять детей долей жена тоже не собирается. Я спрашиваю: детей ты тоже на улицу выкинешь? Она говорит: я их не брошу. Теща, кстати, на всех судах на стороне жены — она, еще когда мы познакомились, была против нашей свадьбы. Говорила: хоть за негра выходи, только не за татарина. Я приезжал к ней, показывал распечатки про этих крайонцев. Но жена объяснила маме, что это просто увлечение эзотерикой. На суде она говорила то же самое — что просто увлекается учением. Теща поверила. Отец Ирины (родители жены в разводе) в ужасе, но огласки и скандала не хочет, надеется, что она сама образумится. Я на это тоже надеюсь. 


Показания свидетеля — одного из сыновей Марселя
Показания свидетеля — одного из сыновей Марселя


— А сыновья как отреагировали?


— Дети в шоке. Я их удерживал, они готовы были головы поотрывать этим сектантам. Уговаривал, убеждал, что будет только хуже. 


Марсель написал заявление в полицию и прокуратуру на «богиню Викторию». Ответа пока не получил. Хотя его и жену вызывали на прием в ФСБ.


Заявление в прокуратуру
Заявление в прокуратуру


Ответа на заявление наш герой пока не получил
Ответа на заявление наш герой пока не получил


— Выслушали, поговорили. Но в итоге сказали, что государственному строю ничего не угрожает. А все остальное — ваши личные имущественные отношения, — говорит Марсель. — Вы знаете, мы с сыновьями, конечно, не пропадем, даже когда нас выселят. Но я очень хочу вернуть детям мать. Чтобы они не жили с травмой, что их предали. И чтобы потом, создав свои семьи, они жили, зная, что женщинам, женам можно доверять.


Нам не удалось дозвониться до жены Марселя, чтобы выслушать ее мнение, она не отвечала на вызовы. Но мы побеседовали с самой Викторией, которая, как считает наш герой, «завербовала жену». 


— Все дело в тяжелом бракоразводном процессе [и в имуществе, которое] якобы, как считает бывший муж, собираются переписывать на меня. Никто ни на кого ничего переписывать не будет. Я обеспеченная женщина. Все это длится уже год, и мне предлагали подать в суд за клевету. Но суды — это не мое. На мой взгляд, этот человек неадекватен. Никакой секты не существует. Да, мы читаем книги (Кэрролла. — Прим. ред.). Но эти книги могут читать абсолютно все. Загляните в книжный, там продают действительно страшные книги по черной магии, например. А те книги, которые читаю я, наполнены светом и любовью.


— А что это за учение?


— Это не учение. Любое увлечение можно объявить сектой. Например, сказать, что йога — это секта. Разве йога — это секта? Да, возможно, действительно есть какие-то группы, когда у руководителей есть корыстный умысел: продают квартиры, собираются, уезжают в тайгу. Но в нашем случае ФСБ нас проверила полностью (видимо, после заявлений нашего героя в правоохранительные органы. — Прим. ред.), ничего не нашли противозаконного. Меня, кстати, даже не вызывали. Ни в каком «Белом братстве» я никогда не состояла. Я лишь занималась йогой, и мне эти упражнения очень помогли восстановить здоровье. Еще меня всегда интересовала живопись, творчество Рериха.


Сама я закончила институт по специальности «логопед-дефектолог», работала в школе со слабослышащими детьми. У меня семья — дочь, сын, прекрасный муж. По православным храмам я действительно езжу, на это у меня есть личные причины, молюсь за маму, ей 94 года, она живет в Кишиневе. У нее сломана нога, я езжу молюсь и делаю это с удовольствием. Я свободный человек, могу читать любую литературу. И, повторяю, даже ФСБ, которая копала очень серьезно, ничего не нашла. Это показатель того, что у нас ничего нет криминального. Не было ни одного случая, чтобы на меня кто-то переписывал имущество. Еще раз скажу, что все это только бракоразводный процесс, связанный с разделом имущества, а детей он [Марсель] также настраивает против нее. И это не мужское поведение. Он умеет убеждать людей, и все это принимают за чистую монету.


«Традиционная конфессия семью разрушать не будет»


Комментарий руководителя миссионерского отдела Екатеринбургской епархии отца Даниила Рябинина: 


— Конечно, никакого отношения к православию это движение не имеет. Это движение в нашем регионе и вообще в России не имеет большого количества последователей. Что-то подобное у нас в России было и есть. Например, это движение «Звенящие кедры», где некая сущность передает некие эзотерические, мистические знания. В основе подобных движений лежит синкретизм, то есть смешение: люди свободно принимают любые исповедания, свободно могут идти и в православную церковь, и в другую организацию. Это опасно, потому что привлекает новых последователей. Поэтому нужно быть внимательным, чтобы подобные оккультно-мистические вещи не навредили человеку. Со светской точки зрения и с точки зрения закона здесь вроде бы нет ничего страшного. Где грань, как понять, что «увлечение» может навредить?


В организациях сектантского порядка часто выстраивают агрессивное отношение к тем, кто не принимает учение или идеи. Под словом секта я сейчас имею в виду не только религиозные организации, но и любые организации, которые так выстроены, что используют людей для достижения каких-либо целей. В этой истории — разрушается семья, до знакомства с учением люди прожили вместе двадцать лет. Это сразу настораживает: что-то здесь не так. Разрушение социальных связей — признак деструкта (то, что ведет к разрушению, опустошению. — Прим. ред.) организации. Официальная традиционная конфессия никогда не может призывать, склонять разрушать семью, даже если не сходятся взгляды.