Пластический хирург Александра Морозова говорит, что за 12-часовую операцию можно полностью изменить лицо человека 
Пластический хирург Александра Морозова говорит, что за 12-часовую операцию можно полностью изменить лицо человека 

Пластические операции по увеличению груди, коррекции губ и подтяжке кожи лица для многих давно стали привычным делом. Некоторые пластические хирурги в погоне за прибылью готовы воплотить в реальность любую прихоть пациента. Но пластический хирург из Екатеринбурга Александра Морозова говорит, что придерживается других принципов работы. Прежде чем взяться за пациента, она зачастую входит в роль психолога, чтобы разобраться: выдумана проблема или нет.


На счету Морозовой более тысячи операций. В интервью Е1.RU она рассказала, какие операции пользуются наибольшим спросом у екатеринбуржцев, что подталкивает их лечь под нож и как понять, что вам пора к пластическому хирургу.


— Как вы стали пластическим хирургом?


— Я с детства любила смотреть на раны. Помню, мальчишкам во дворе постоянно оказывала первую помощь, когда они травмировались. Про пластическую хирургию я впервые узнала из телевизора — на МТV была американская передача, где людям меняли внешность, и тогда мне казалось это чем-то невероятным. После школы я поступила в медицинский колледж, а затем в институт — на хирурга. В ординатуре я впервые столкнулась с пластической хирургией, но тогда хотелось стать большим хирургом. Поэтому я сначала поработала на скорой помощи, а после окончания института пошла в больницу хирургом. Первые годы работала на большом энтузиазме, дежурила по 20 ночей в месяц. Мне тогда хотелось доказать, что женщина тоже может быть хорошим хирургом. Но когда ты по 48 часов на работе вся в поте лица, то ты уже становишься мало похожей на женщину. В итоге муж не выдержал и ушел. Мой новый муж напомнил мне, что я женщина. В итоге я выбрала семью и ушла в декрет. В декрете я решила, что не смогу и не хочу больше работать в большой хирургии и мне интересна пластическая хирургия. Тогда я узнала, как можно выучиться, и пошла.


— Кто были ваши первые пациенты?


— Изначально это были близкие, медсестры, друзья. А дальше больше — через сарафанное радио люди стали обо мне узнавать и идти со своими проблемами. Первая же медсестра привела мне после операции еще пять своих знакомых. Начинала я с блефаропластики (коррекции век. — Прим. ред.), абдоминопластики (коррекции живота. — Прим. ред.), подтяжки груди, пластики ушей и подбородка.


— Ваши первые пациенты не боялись за результат?


— Нет, потому что они знали меня как хирурга и понимали, что рука у меня не дрогнет, поэтому было полное доверие. Медсестры, которым я делала первые операции, до этого стояли со мной на операциях, они видели, как я работаю, поэтому шли смело. Первые операции прошли успешно, и они мне дали силы на то, чтобы продолжить заниматься пластической хирургией.


— Какие виды пластических операций сейчас самые популярные в Екатеринбурге?


— Популярны два направления — это операции на груди и операции на лице. На груди — это чаще всего увеличение и подтяжка. Что касается лица, то это операции, связанные с возрастными изменениями. У меня основные пациенты — это чаще всего женщины за 50. Это мои любимые пациенты, потому что женщина в 50 точно знает, чего она хочет. Есть и молодые пациентки, которые хотят переделать себе нос и губы. Сейчас модно иметь достаточно пухлые губки, как у Анджелины Джоли, и многие за этим гонятся. Мода меняется, если в начале 2000-х было модно накачать губы гелем до состояния «губы-писи», то сейчас такого нет.


По словам врача, чаще всего к ее услугам прибегают женщины после 50 
По словам врача, чаще всего к ее услугам прибегают женщины после 50 


— А мужчины зачем приходят?


— Мужчины чаще всего приходят омолодиться. В основном это мужчины, которые либо постоянно находятся на публике, например, артисты, либо люди, встречающиеся с девушками, которые их моложе.


— Как вы относитесь к женщинам, которые приходят с навязчивым желанием увеличить грудь?


— Запросов на увеличение груди достаточно много. Это модно. Но, я считаю, это навязано обществом. Все вокруг говорят, что увеличение груди — это круто, что если ты увеличила грудь, то ты мировая звезда и у тебя в жизни все попрет. Но никто не говорит, что женщина может столкнуться с проблемами, что могут возникнуть осложнения по здоровью. Меня осудит множество клиник и производители, но я против имплантов. Я считаю, что это инородное тело в организме женщины, и в случае, когда других вариантов нет, лучше так, чем совсем никак. Если у женщины своя красивая грудь и ей кажется, что, если бы у нее был третий размер, ей бы очень в жизни повезло, я считаю, что она не понимает всех рисков, которые есть от имплантов. Если взять женщин — пластических хирургов, то многие делают операции на лице, но почти никто не ставит импланты. Мы просто видим, что бывает.


— Почему женщины хотят увеличить грудь? Муж заставляет?


— Нет. Чаще всего это комплекс. Кто-то когда-то сказал им, что у них маленькая грудь, и они страдают. Такое бывает и с женщинами, у которых нормальная тройка.


— С фотографиями каких звезд приходят пациенты, чтобы сделали «как у них»?


— Чаще всего приходят с фотографиями просто хорошего фотошопа. Это даже может быть и не звезда. Возрастные женщины приходят со своими фотографиями, где им 20 лет.


— Помните своих самого молодого и самого старого пациентов? 


Когда Александра Морозова еще училась на пластического хирурга, то считала, что у всех людей есть изъяны, которые нужно исправить
Когда Александра Морозова еще училась на пластического хирурга, то считала, что у всех людей есть изъяны, которые нужно исправить


— Самому молодому было 15 лет, убирали лопоухость подростку. Самому пожилому — 86 лет. Это была женщина, и мы делали подтяжку лица.


— Вы сами себе делали какие-нибудь пластические операции?


— Трудно быть в этой теме и не захотеть ничего сделать, не стать лучше. Да, я делала операцию для восстановления тела после родов. Но с возрастом займусь и лицом, пока мне хватает косметологии.


— А как же естественное старение?


— На самом деле ко мне приходит много женщин, которые говорят: «Я два года назад кричала, что я за естественное старение, а сейчас я пришла к вам». Я для себя давно уже открыла, что нет, я так не хочу. Пластическая хирургия может дать нам еще сколько-то лет побыть молодыми и красивыми. Я не отрицаю, что буду что-нибудь себе делать, не считая имплантов.


— Общаясь с родными, знакомыми или сейчас со мной, у вас не возникает мысли: «Я бы вам здесь подправила, тут отрезала лишнее»?


— Когда я только начала изучать пластическую хирургию, то, заходя в вагон, думала: почему же этот трамвай не едет к пластическому хирургу? Но потом я поняла, что все люди прекрасны. Очень часто знакомые спрашивают меня: «Посмотри, мне надо что-нибудь сделать?», но я не воспринимаю эти просьбы и сама не выискиваю, что и где можно исправить.


— Были ли случаи, когда вы отговаривали пациентов от операций?


— Да, порой отговариваю, а порой берусь за то, от чего другие отговаривают. Иногда бывает, что человеку мешает ерунда, которая никому, кроме него, не заметна. У меня была пациентка — девушка, которой муж однажды сказал: «Ты мой большеглазик». Она очень страдала. Потом пришла ко мне со словами: «У меня очень большие глаза, мне надо их уменьшить на один миллиметр». Ее невозможно было переубедить, что у нее нормальные глаза. Это был комплекс. Сейчас у нее нормальные глаза, мы их уменьшили, и она чувствует себя счастливой.


— Были пациенты с необычными запросами?


— Были — например, просили вшить себе в голову небольшие рога. Я за такое не берусь. Считаю, что это нездорово.


— У вас есть любимые пациенты?


— Любимые пациенты — это пациенты, которые обращаются с необычной или сложной проблемой. У меня такие тоже есть. Например, я помогла девушке, у которой одна грудь была значительно больше второй. Таким людям искренне хочется помочь, потому что понимаешь, что это реальная проблема. Еще один из моих любимых пациентов — это трансгендер — бородатый мужчина с шикарной грудью. Было очень жалко ее убирать. Но зато сейчас человек счастлив, он может ходить безо всяких утягивающих корсетов. Кстати, многие трансгендеры при смене пола предпочитают идти к женщине-хирургу, а не к мужчине. Возможно, боятся недопонимания. У меня было много трансгендеров и со многими я до сих пор поддерживаю доверительные отношения. Некоторые, даже уехав из города, пишут мне и делятся своими впечатлениями от нового города, новой жизни. Такое отношение пациента к врачу дорогого стоит.


Интимная пластика, по словам врача, популярна как среди женщин, так и среди мужчин 
Интимная пластика, по словам врача, популярна как среди женщин, так и среди мужчин 


— А операции по смене пола вы делали?


— Нет. У нас в России очень мало пластических хирургов, которые делают операции ниже пояса. Сейчас в магазинах можно достаточно дешево купить все, что надо. А сделать такую операцию и восстановиться после нее — это достаточно дорого, да и для организма очень тяжело. В других странах это более развито, чем в России, но мало кто из наших трансгендеров меняет что-то ниже пояса. Это касается трансгендеров, переходящих из женщин в мужчин. У нас в России чаще так, а во всем мире чаще всего мужчины превращаются в женщин. Российские трансгендеры, которые переходят из мужчин в женщин, иногда делают операции ниже пояса, но в таких случаях в одной связке с пластическим хирургом работают гинеколог и уролог. У нас это делают лишь в крупных центрах.


— Насколько вообще востребована в Екатеринбурге интимная пластика и какие ее виды бывают?


— Интимная пластика чаще всего востребована у женщин после естественных родов. Девушки обращаются и с вопросами диспропорции половых губ. Среди пациентов есть и восточные женщины, которые обращаются за восстановлением девственной плевы. При этом часто бывает, что женщина теряет девственность не из-за полового акта, а из-за каких-то травм, активного занятия спортом, неправильного подмывания.


— Сколько стоит вернуть девственность?


— Около 15 тысяч рублей.


— Недорого.


— Да. Пластическая хирургия сейчас достаточно доступна. То, что пластика — это удел богатых, — миф. Это раньше, когда пластика только начинала развиваться, она была доступна лишь богатым. Но в наше время появляется все больше врачей, клиник, поэтому и доступность возрастает.


— Много ли зарабатывают пластические хирурги?


— Пластические хирурги зарабатывают больше, чем обычные хирурги, это факт. И есть отдельные врачи, кто может похвастаться миллионной зарплатой. Но, как это ни странно прозвучит, мне не интересны лишь деньги. Мне интересна сама работа. Я не пафосный доктор, мне все равно, что обо мне скажут или подумают. Ради престижа не буду покупать крутую машину или бриллиантовые часы. Я лучше потрачу деньги на учебу, путешествие, здоровье и развитие детей. К счастью, мои близкие меня в этом поддерживают. У меня не крутая машина, нет дворца, и мне это не нужно. Зато каждые 2–3 месяца я езжу на различные конгрессы и мастер-классы, изучаю опыт коллег, я считаю, что учиться и совершенствоваться нужно постоянно. Потому что современная медицина развивается семимильными шагами, то, что вчера было супер, сегодня отстой.


А мужчины обращаются за увеличением полового органа?


— Да. Это направление в пластической хирургии я подробно изучала в Санкт-Петербурге и теперь сама делаю такие операции. Интересно то, что чаще всего мужчины прибегают к увеличению полового органа не для функциональности, а из-за так называемого синдрома бани — чтобы другие увидели, что у него больше и толще. Тут на помощь приходит липофилинг — введение собственного жира. Подрезание связки помогает удлинить половой орган. Также зрительно увеличить его можно через липосакцию лобка или уменьшение мошонки.


Александра Морозова говорит, что часто операции сопровождаются осложнениями, просто хирурги не любят об этом говорить 
Александра Морозова говорит, что часто операции сопровождаются осложнениями, просто хирурги не любят об этом говорить 


— Были ли пациенты, которые просили полностью изменить лицо?


— Нет. Не считая трансгендеров, которые, конечно, хотят быть похожими на противоположный пол.


— Сколько потребуется времени, чтобы до неузнаваемости изменить лицо?


— Достаточно одной большой операции. Можно за одну операцию, пускай она длится долго — 12 часов, но за одну операцию можно полностью изменить внешность. Выйти в люди после такой операции человек сможет через 3–4 недели. До этого времени у него на лице будет большой отек, как у бомжей после семидневных пьянок.


— Как часто возникают осложнения после пластических операций?


— Не бывает такого, что всегда все идеально и без осложнений, но про это никто из врачей не любит говорить. Я человек, и у меня такое тоже бывало, но летальных исходов в моей практике, тьфу-тьфу, не было. От осложнений никто не застрахован, пусть даже ты крутой хирург. Медицина — наука неточная.


— Учитывая, что нынешняя молодежь — это поколение, которое много времени проводит в Instagram, не брезгует фотошопом, можно ли говорить о том, что пластическая хирургия будет очень популярна?


— Думаю, пластика будет популярна еще не только поэтому. Все мы знаем, что симпатичным людям в жизни всегда проще — всегда встречают по одежке, по внешнему виду. Пластическая хирургия будет востребована, да и само направление будет развиваться.