За попытку пожаловаться начальнику могут сильно избить
За попытку пожаловаться начальнику могут сильно избить

Один из бывших заключенных исправительной колонии № 2, которая находится в центре Екатеринбурга, обратился к нам в редакцию и предложил рассказать, как живут осужденные в этом исправительном учреждении. Он сам находился там четыре года и освободился всего несколько месяцев назад. Мы не могли не спросить у него про недавний бунт заключенных, пытки, угрозы и вымогательства, на которые, как утверждают правозащитники, массово жаловались те, кто там находится.


— У меня знакомый, который тоже отбывал срок в колонии, сказал, что действительно больше ста заключенных порезали себе руки и шею. Некоторым активистам, которые работают на администрацию, дали команду, чтобы они себя поцарапали. Их и показали общественности. Это показуха. А тех, кто на самом деле резался, их прячут. 


— Когда вы находились в колонии, были какие-то похожие разговоры о протестах? 


— Нет. Когда я там находился, были специальные люди, которые всё рассказывают сотрудникам администрации. Если бы там даже начали о чем-то таком говорить, их бы поместили в отряд с особенно суровыми условиями. Перед этим они бы, конечно, помыли полы, их бы побили. Я сам в шоке, что такое произошло, потому что до нового начальника, который пришел в сентябре прошлого года, был этот беспредел, но при нем всё прекратилось. 


— Вы говорите о Немкове? 


— Да. Но в основном начальник не в курсе всех дел. Чаще бьет зам. по БоР (заместитель начальника по безопасности и оперативной работе). И, видимо, он там решил вернуть старые времена. Хотя с 2017 года всё изменилось, большинство из тех, кто мог тебя «опустить», освободились. 


При новом начальнике, Тимофее Немкове (на фото справа), жизнь в колонии стала лучше
При новом начальнике, Тимофее Немкове (на фото справа), жизнь в колонии стала лучше


— Заключенные говорили о том, что им угрожают, забирают деньги, заставляют свидетельствовать против себя. Вы сталкивались с таким? 


— Конечно. Это делают заключенные, которые работают на администрацию. Там есть актив, они называются «козлы», администрация диктует им, что делать. А начальник, скорее всего, не знает, что они творят. К нему очень сложно попасть. Если пишешь заявление о том, что хочешь встретиться с начальником, тебя вызывают в оперативный отдел, спрашивают, для чего и почему. Тебе говорят: «Не дай бог ты что-то там ляпнешь, сам понимаешь, что с тобой будет». Прямо в оперативном отделе могут заставить полы мыть. 


— Что это значит? 


— Заставляют стоя, с прямыми ногами по четыре часа мыть полы, ноги сгибать нельзя. Поверьте, это очень сложно. Тебе этого хватит, чтобы замолчать и ничего больше не говорить. Могут еще по шее бить, чтобы синяков не осталось. Я сам через это прошел.


— Вас заставляли это делать, потому что вы пытались пробиться к начальнику? 


— Нет, даже если родственникам что-то такое скажешь — не дай бог, что плохо кормят, или типа того. Все звонки слушаются, тебя могут потом вызвать и наказать. 


— А кормят плохо? 


— Кормят более-менее нормально, особенно с приходом Немкова. Я потому и в шоке, что эта история произошла. Там с приходом нового начальника даже бить перестали. Деньги вымогали, но не у всех, потому что уже даже завхозы, которые тоже работают на администрацию, боялись, что кто-то узнает. Деньги собирали как гуманитарную помощь — зам. по БоР требовал на то, чтобы отремонтировать крышу, закупить какой-то материал. Вымогали по три тысячи с каждого, если заплатил — можешь более спокойно жить. Я сам, помню, звонил маме, просил перечислить на кошелек. 


Кормить в колонии стали лучше
Кормить в колонии стали лучше


— Вы сталкивались в колонии с пытками? 


— Это в основном происходит на карантине. Туда отправляют тех, кто только приехал из СИЗО в лагерь. Их там встречают «козлы», они без разговоров начинают бить и унижать. Они морально пытаются тебя уничтожить, сломать мужской стержень, называют женским родом. Кроют матом, избивают. Я был там 11 дней, это были самые адские дни за все 4 года. Там это продолжается даже при Немкове. Когда я приехал в колонию, меня заставляли рассказать, кто продает наркотики на воле. Заставляли стоять раком, лицо вниз, руки тоже. Так тебя допрашивают, а если ты говоришь то, что им не нравится, бьют пятилитровой бутылкой или кулаком по шее. 


— Вы не пытались обращаться к правозащитникам? 


— Это бесполезно. Такие случаи были. Если обратишься в ОНК (общественная наблюдательная комиссия), они даже могут прийти в твой отряд, но потом-то они всё равно уйдут, а тебя будут всю ночь «прокачивать» — бить, заставлять мыть полы. И когда в следующий раз они придут, тебе уже просто продиктуют, что сказать. В итоге скажешь, что ошибся, был не прав — так же, как сейчас некоторые признались, что они пошли за толпой. Их принудили к этому, я уверен на 100%. 


Мы обратились за комментарием в пресс-службу ГУФСИН. 


— Люди могут сказать всё что угодно, а мы можем это отрицать. Но, во-первых, у этого осужденного есть возможность написать заявление в Следственный комитет, прокуратуру, если у него есть чем подтвердить свои слова. По этому факту будет проведена проверка. Во-вторых, он мог написать заявление и во время отбывания наказания. ИК-2 находится в центре Екатеринбурга, она проверяется прокуратурой, общественниками, правозащитниками. Это общие фразы, которые мог сказать любой. По факту произошедшего 7 сентября мы ничего не можем сказать, пока не пройдет проверка. Что касается того, что некоторые заключенные уже после инцидента специально наносили себе порезы, эта информация не соответствует действительности, — рассказала врио начальника пресс-службы Дина Татаренкова.


Недавно наш журналист лично побывал в ИК-2 и рассказал о том, как живут, трудятся и шутят местные заключенные.