Кто-то сталкивался с дискриминацией постоянно, а кто-то ее практически не ощущал
Кто-то сталкивался с дискриминацией постоянно, а кто-то ее практически не ощущал

Пока в главном экономическом вузе Урала выясняют, кого назначить геем, общественники пытаются избавиться от ректора СИНХа и пикетируют университет, инициатор скандала хранит молчание, а пресс-секретарь президента не видит репутационных рисков, мы поговорили с настоящими гомосексуалами, которые получали или получают образование в Екатеринбурге, выяснили, каково это — учиться в индустриальном регионе. И что учебному заведению важнее: ориентация, жизненные взгляды или успеваемость (спойлер: нарваться на неприятности можно не только в СИНХе).


Марк, студент Института естественных наук УрФУ:


— Сколько учусь, никогда не замечал признаков дискриминации ни от преподавателей, ни от других студентов. Потому что даже в сравнении с другими институтами федерального университета у нас учеба — на первом месте, неважно, к какой социальной группе ты принадлежишь. Но открыто о своей ориентации студенты все равно не говорят.


Антон, студент УГЛТУ:


— Тему сексуальной ориентации в университете не поднимают. Но, наверное, в этом и нет необходимости. Слежки за нашими страницами в социальных сетях я тоже не замечал.


Сергей, учился в УрГПУ с 2005 по 2009 год:


— Преподаватели психологии, педагогики, философии и социологии не раз проходились по внешнему виду студентов, позволяли себе прилюдно, в том числе и во время пар, озвучивать домыслы об ориентации студентов. Девушек, например, называли куртизанками, проститутками и ночными бабочками иной раз чаще, чем по имени. Если студент «очень вызывающе» одевался, например, носил джинсовку со стразами на спине или толстовку с розовыми вставками, все те же преподаватели отпускали шутки из разряда «Ты у сестры одежду взял?». Еще хуже дело обстояло в общежитии: любая шмотка не серо-черного цвета считалась *** (гейской), о чем местные маргиналы обязательно сообщали. Лично я много раз получал угрозы и слышал оскорбления в свой адрес, даже просто из-за того, что сидел в курилке, заложив ногу на ногу.


Кирилл, учился в Екатеринбургском экономико-технологическом колледже с 2014 по 2017 год:


— Мне досталось место в общежитии колледжа, но условия проживания там были ужасными: продавленные панцирные сетки кроватей, дощатые полы, на которых запросто можно было подцепить занозу, и так далее. Неудивительно, что из-за таких условий я часто вынужден был оставаться на ночь у друзей. Из-за этого от коменданта общежития стали исходить слухи, что якобы я занимаюсь эскортом. Масла в огонь подливало то, что я довольно часто пользовался такси, но в глазах надзирателей это выглядело так, будто за мной приезжали «разные мужчины на машинах». Эти слухи докатились до администрации колледжа, настоявшей на моем переводе на заочную форму обучения, а затем и на отчислении.


Иван, учился в Свердловском колледже искусств и культуры:


— Большинству преподавателей не было дела до ориентации студентов. Учитывая, что это все-таки не технический вуз, можно предполагать, что представителей ЛГБТ у нас училось чуть больше, чем в других местах (конкретно в моей группе пять человек). Случаев дискриминации на моей памяти не было, даже к открытым геям относились вполне спокойно, пальцем никто не тыкал. А в социальных сетях — это да, это было очень смешно. Преподаватели заводили фейковые аккаунты и пытались за нами следить, но мне кажется, больше из любопытства. Я не могу сказать, что это какой-то френдли-колледж, но к ЛГБТ-студентам в нем, скорее всего, привыкли.


Ранее ректор УрГЭУ Яков Силин прокомментировал связанный со студентом вуза скандал. Напомним, студент заявил, что его собираются отчислить, потому что сотрудник университета заподозрил его в нетрадиционной сексуальной ориентации. Политтехнолога Платона Маматова самого однажды уволили из-за соцсетей. Он рассказал о правилах, которых стоит придерживаться, общаясь в Сети.