22 января среда
СЕЙЧАС -4°С

«В день сделки мама умерла»: жительница дома под снос на Автовокзале рассказала о войне с застройщиком

Ее семья осталась последней в двухэтажке, других жильцов вынудили уехать, устраивая погромы

Поделиться

В этой двухэтажке осталась жить одна семья, все остальные продали квартиры застройщику

В этой двухэтажке осталась жить одна семья, все остальные продали квартиры застройщику

Желтая двухэтажка в переулке Шаронова, 33 кажется нежилой. Окна на первом этаже заколочены, на втором вместо стекол — полиэтилен. Вход в один подъезд выглядит совсем обшарпанным, второй — чуть приличнее, но тоже старенький. Тем не менее здесь все еще живут люди. Одна-единственная семья, которая не хочет отдавать свою квартиру застройщику. По их словам, выкуп квартир начался три года назад — и с тех пор в доме одни беды: то пожары, то потопы, то выбитые окна и оторванные двери.

Дом, о котором идет речь, построили в 1958 году. В нем 12 квартир. Ольга Арнольдовна Столбенко живет в своей двушке с пеленок.

— Примерно три года назад пришли представители застройщика «СК Союз» и начали говорить о том, что хотят купить наши квартиры, — рассказывает Ольга Арнольдовна. — Мы не хотели их продавать. Я до последнего не разговаривала ни с кем. Они ходили от одного к другому. Сначала коллектив у нас был сплоченный, никто не хотел съезжать. Но потом началось: нам сожгли сарай, при этом пострадали два гаража. Один гараж — моего мужа, там стоял УАЗ, он тоже сгорел. У отца, которого нет в живых, там стоял москвич, у него стал такой вид, что теперь не продать. Потом в доме начали бить окна.

Ольга Арнольдовна живет в этом доме с самого рождения

Ольга Арнольдовна живет в этом доме с самого рождения

После того как поступило предложение о продаже квартир, кто-то поджег местный сарай, возле которого стоят гаражи (они тоже пострадали)

После того как поступило предложение о продаже квартир, кто-то поджег местный сарай, возле которого стоят гаражи (они тоже пострадали)

Часть окон в доме выбита

Часть окон в доме выбита

На первом этаже семья заколотила окна, чтобы не проникали посторонние

На первом этаже семья заколотила окна, чтобы не проникали посторонние

После этого сдались и съехали первые жильцы. Тогда их квартиры, по словам Ольги Арнольдовны, начали разорять.

— Выносилось все: окна, двери, ванны, — вспоминает она. — Пытались снять батареи, мы им не дали. Иначе бы у нас подъезды становились улицей. Туда забирались, конечно. Мы, насколько могли, охраняли, полицию привлекали, писали везде. Нельзя сказать, что от полиции совсем не было помощи, как-то отправляли наряд, который дня два дежурил, потом исчез. В одной квартире устроили потоп. Как-то пробрались на крышу и разобрали трубу. Человек уже собирался продавать, уезжать, а ему взяли и все затопили. Сейчас мы одни живем в этом доме, все окна вынесены. Живем одни в разбитом особняке. 

Муж смотрит — то в одной квартире двери пропали, то еще что-то. Он это все забивает. Страшно, что в это окно заберутся, сожгут или еще что-нибудь.

Ольга Столбенко

По словам Ольги Арнольдовны, квартира в равных долях принадлежит ей, ее маме и дочери. Точнее, принадлежала. Дело в том, что пожилая мама устала от постоянного давления и уговорила семью все-таки согласиться на продажу. 

— В день, когда состоялась сделка, мама умерла — не в последнюю очередь из-за нервов, — считает Ольга Арнольдовна. 

После этого она хотела разорвать договор купли-продажи, но это оказалось непросто.

Сегодня этот дом выглядит как после бомбежки

Сегодня этот дом выглядит как после бомбежки

Квартиры опустели

Квартиры опустели

По словам Ольги Арнольдовны, жильцы сначала были сплоченные, но потом не выдержали натиска

По словам Ольги Арнольдовны, жильцы сначала были сплоченные, но потом не выдержали натиска

— Бабушка, которая умерла в день сделки, настояла на продаже, потому что уже беспокоилась за жизнь своих дочки и внучки, — рассказывает адвокат, партнер Globallaw Антон Задоркин. — Она выписала доверенность на свою дочь. Но уже после смерти мы выяснили, что бабушка незадолго до этого обратилась к нотариусу, чтобы отказаться от доверенности. Она передумала продавать свою долю, но, к сожалению, это стало известно слишком поздно.

Поскольку договор уже был заключен, застройщик перечислил деньги за квартиру и подал иск против Ольги Арнольдовны, ее дочери и умершей матери о том, что они должны освободить помещения.

— Ничего требовать с умершего человека по закону нельзя, — говорит Антон Задоркин. — Это психологический элемент давления со стороны застройщика с целью понуждения их к исполнению договора, на который они не согласны. Моим клиентам нравится место, где они живут, они долгое время держались. Но в итоге застройщик вынудил их заключить договор купли-продажи этой квартиры. Он уже такие условия создал, что невозможно было жить в этом доме. Мы подали жалобу на действия застройщика в Генеральную прокуратуру. С его стороны было давление.

На дверях в подъезды — замки

На дверях в подъезды — замки

Кажется, destroy — то, что ждет этот дом

Кажется, destroy — то, что ждет этот дом

Сейчас рассмотрение гражданского дела о выселении временно приостановлено. Поскольку одна из владелиц умерла, право собственности перешло к ее сыну. Пока он вступает в права наследования, сделать с квартирой ничего нельзя.

— Мать и дочь решили отказаться от сделки и остаться в этом доме. Да, деньги им перечислили, но они лежат на счету и никто их не трогает, — говорит Антон Задоркин. — Суд продолжится после Нового года.

Ольга Арнольдовна надеется, что ей удастся остаться в доме, где прошло ее детство

Ольга Арнольдовна надеется, что ей удастся остаться в доме, где прошло ее детство

О точных планах застройщика на этот участок пока неизвестно

О точных планах застройщика на этот участок пока неизвестно

В строительной компании «Союз» E1.RU заявили, что обвинения в том, что они устраивали пожары, потопы и всячески усложняли жизнь жильцам, — неправда.

— По данной квартире состоялась нотариально заверенная сделка. Площадь квартиры — 63,7 «квадрата». Собственникам заплатили 8 600 000 рублей. Деньги уплачены в полном объеме. Вопросов к застройщику не было, — прокомментировали в компании.

Однако в исковом заявлении, которое есть в распоряжении редакции, указана другая сумма — 7,5 миллионов.

Мы будем следить за развитием ситуации.

Похожая история произошла на ВИЗе. Там пенсионерка до последнего отказывалась съезжать из аварийного дома, на месте которого собиралась строить высотку ЛСР. Ее не устраивала сумма, в которую оценили квартиру. Но суд встал на сторону застройщика и сказал, что два миллиона — вполне достаточно. После этого мы ездили к Гульфие Сабирзяновой, чтобы показать, в каких условиях она живет. Дом частично походил на руины. 

В итоге пенсионерка подала апелляцию и все-таки сумела повысить стоимость квартиры, но не так сильно, как ей хотелось. Она купила новую квартиру, которая по состоянию очень напоминала старую. А ее старый дом в конце концов снесли.

Чуть больше повезло последней жительнице дома на Карла Либкнехта, который хотят снести для строительства нового зала филармонии. Ей заплатили больше 18 миллионов рублей.

оцените материал

  • ЛАЙК 2
  • СМЕХ 4
  • УДИВЛЕНИЕ 3
  • ГНЕВ 10
  • ПЕЧАЛЬ 1

Поделиться

Поделиться

Увидели опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter
Гость
5 дек 2019 в 08:44

За 8.5 лямов бабуля может себе коттедж купить, а не жить в сарае который скоро все равно развалиться.

5 дек 2019 в 09:11

Жадность порождает бедность....8,5 млн. руб. цена в разы превышающая реальную стоимость аналогичного не расселенного клоповника. Практика таких споров в судах показывает, что в итоге людям за их необоснованное упрямство и тупость выплачиваются суммы, куда меньшие изначально предлагавшиеся застройщиками.

5 дек 2019 в 08:59

посягательство на частную собственность! застройщика к ответу!