6 марта суббота
СЕЙЧАС -6°С

«Здесь уже никто не торгует наркотиками»: разглядываем дома под снос на Юго-Западе

Местные жители готовы выходить на митинги и бороться за свои коттеджи до последнего

Поделиться

Нам сказали, что в этом доме живут цыгане, но поговорить с ними не удалось

Нам сказали, что в этом доме живут цыгане, но поговорить с ними не удалось

Поделиться

Мэрия разрешила еще одному застройщику распланировать большой участок Цыганского поселка на Юго-Западе. Это значит, что частные дома в границах улиц Волгоградской, Ясной, Бардина и Чкалова могут исчезнуть, а вместо них построят высотки. Такая участь уже постигла дома неподалеку — в одной части бывшего частного сектора уже строит «Брусника», в другой активно выкупает помещения «Гринвич».

Мы побывали в поселке и поговорили с людьми, которые там живут. Они уже создали инициативную группу, которая будет бороться за то, чтобы их дома оставили на месте. По словам тех, с кем мы поговорили, против сноса выступает весь поселок — и владельцы шикарных коттеджей, и хозяева простеньких деревянных избушек.

Границы участка, который разрешили распланировать застройщику «Астра»

Границы участка, который разрешили распланировать застройщику «Астра»

Поделиться

Наша прогулка начинается с улицы Громова, где почти все дома — новые и явно дорогие. От дворника, чистящего снег у одного из больших кирпичных коттеджей, узнаем, что там живут цыгане, но поговорить с ними не удается. Соседний желтый особняк принадлежит азербайджанцам.

— Дом мой дядя построил, — говорит один из жильцов. — Уже 10–15 лет мы тут живем. Про то, что будет снос, не слышали. Жалко, но посмотрим, что предложат.

Этот желтый дом тоже принадлежит азербайджанцам

Этот желтый дом тоже принадлежит азербайджанцам

Поделиться

Сфотографировать себя он не разрешает. Идем дальше, рядом стоит небольшой деревянный дом. В нем живет Владимир.

— Я здесь живу с самого рождения. Это родительский дом, а я тут постепенно подстраивал, — рассказывает он. — Уезжать отсюда я, конечно, не хочу. Во-первых, у меня тут дети в школу ходят, а если мы переедем куда-то на периферию? Во-вторых, я здесь родился. Зачем мне залазить в эти скворечники, чтобы потом зависеть от распорядителей, которые постоянно будут поднимать налоги на все? У меня тут вода своя, отопление свое, мы тут только за электричество платим и мусор. В остальном ни от каких коммунальных организаций не зависим, которые постоянно тарифы поднимают.

У Владимира деревянный дом, который достался ему от родителей. Съезжать он категорически против

У Владимира деревянный дом, который достался ему от родителей. Съезжать он категорически против

Поделиться

По словам Владимира, жильцы квартала уже ходили в администрацию обсуждать перспективы поселка. Также они слышали по радио, как чиновники обещали, что насильно никто у них ничего не заберет — застройщики будут со всеми договариваться индивидуально.

— У нас, в принципе, никто отсюда не желает уезжать, — говорит Владимир. — Когда сносили частный сектор на Московской, многие дома здесь купили. Считалось, что здесь не будут сносить.

В окне у Владимира игрушки

В окне у Владимира игрушки

Поделиться

Еще один житель небольшого деревянного дома рассказывает, что тоже провел здесь всю жизнь.

— Генплан — это как бы они [чиновники] хотели видеть город, но не так, как хотим его видеть мы. Мы против переезда, продажи и сноса, — говорит он. — Мне здесь нравятся соседи, нравится свой дом, нравится моя улица. Я не хочу жить в человейнике, который они нам предлагают. Меня это не устраивает. Меня устраивает моя маленькая площадь, мой дом, мой сад.

Еще один житель, который против сноса

Еще один житель, который против сноса

Поделиться

— А если вам предложат выгодные условия?

— Я откажусь. В любом случае. Меня не смутит, если рядом вырастут высотки. Близко ко мне все равно не получится, соседи не продадут. Весь поселок не согласен, поэтому вряд ли они смогут к нам близко подобраться, — уверен мужчина.

Домик, в котором он живет

Домик, в котором он живет

Поделиться

Напротив него стоит, пожалуй, самый огромный дом на улице — трехэтажный желтый коттедж. Ворота открывает женщина, похожая на цыганку. Пускает нас во двор. Входная дверь и стена прихожей — стеклянные, и нам видно огромную кухню, за столом сидит куча детишек. Для разговора женщина зовет мужчину. Она окликает его не по русскому имени, но нам он представляется Александром.

— Я не собственник, я здесь снимаю. Не в курсе про планы по сносу, — уверяет он.

— Вам здесь нравится жить?

— У меня пока выбора нет. От меня ничего не зависит — я сегодня здесь живу, завтра здесь не буду жить. Здесь хорошо в центре города жить, кому охота в этот муравейник? После собственного дома туда как? Как и оттуда в частный дом тоже не перетащить никого. Для этого дома есть свои жильцы, для квартир свои, а хотят всех под одну гребенку. Ну как всегда.

Мужчина рассказывает, что в доме есть все удобства, где-то 10 комнат, занимает его одна большая семья. Собственник живет в другом месте. Правда, позже соседи нас уверяют, что цыган соврал и на самом деле он и есть хозяин.

Пожалуй, самый огромный дом на улице. В нем живут цыгане

Пожалуй, самый огромный дом на улице. В нем живут цыгане

Поделиться

Следующий дом, где нам удается поговорить с хозяевами, рассчитан на две семьи.

— Мы хотим, чтобы нас оставили в покое, — говорит Александр. — Я восемь лет делал пристрой, потом 19 лет с «Горгазом» боролся, чтобы газ завести. Это чем-то измерится, какими-то деньгами? Мы просто хотим жить. Мы ведь никому не мешаем. Тут федеральной трассы нет. Люди вот переехали в прошлом году, — показывает он на соседку.

— Мы не знали, что тут такое планируется, — присоединяется к разговору Венера. — Я жила на Хасановской. Частный дом тоже был у нас, я там жила с 80-го года. «Брусника» снесла, там строятся дома теперь. Мы купили здесь, думали, будем жить. А тут говорят, что сносят опять. Мы с мужем уже немолодые. Знаете, переезды — это очень тяжело. Конечно, не хотелось бы уезжать. И вообще я всю жизнь в частном доме прожила, квартиру я бы не хотела.

У Александра и Венеры один дом на двух хозяев

У Александра и Венеры один дом на двух хозяев

Поделиться

Венера переехала совсем недавно с улицы Хасановской. Там ее дом снес другой застройщик

Венера переехала совсем недавно с улицы Хасановской. Там ее дом снес другой застройщик

Поделиться

Хозяйка еще одного роскошного кирпичного дома Лариса Владимировна эмоциональна.

— Мы купили этот дом пять лет назад, въехали совершенно осознанно. Взвешивали свой возраст, возраст родителей. Соответственно, нас все устраивает, мы никуда не хотим съезжать, — говорит она. Здесь наслаждаемся всеми прелестями. Почему мы должны менять какие-то свои жилищные условия на худшие варианты? Почему за нас решают, где нам жить? Это абсурд полнейший. Здесь люди вкладывают свои материнские капиталы, строят с утра до ночи, лишают себя каких-то отпусков. Не надеются ни на кого, только на свои силы и финансы, которые сами зарабатывают. Мы, конечно, все понимаем, что это центр города и земля очень дорогая. Но у нас у всех в основном здесь качественные дома и коттеджи.

В этот дом семья Ларисы Владимировны переехала осознанно

В этот дом семья Ларисы Владимировны переехала осознанно

Поделиться

— А если вам сделают хорошее предложение?

— Что нам могут предложить? Горный Щит или Арамиль? Нет! Вы знаете, нас это не устраивает. Мы не понимаем, почему Вторчермет, где люди живут в бараках по 50 лет с крысами, не трогают, а центр трогают. У них свои меркантильные интересы, и они не считаются с людьми, которые вложили сюда и душу, и деньги, и время. Наш весь поселок, весь против. Когда-то администрация обещала, что тут будет частный поселок, она должна нести ответственность за свои слова. Это же не шутка — взять и снести такие дома.

Женщина готова выйти на митинг против сноса

Женщина готова выйти на митинг против сноса

Поделиться

Последний, с кем нам удается поговорить, мужчина по имени Геннадий.

— Как я могу относиться к сносу? Все сделали, все оборудовали, никто не помогал, государство — ноль помощи, как мы можем относиться? Конечно, отрицательно, — негодует он. — Я жил тут всю жизнь, только на другой улице. 

Были русские — тоже им сказали: нельзя так делать. Так что здесь уже никто не торгует наркотиками. Они все там (показывает рукой вдаль. — Прим. ред.) торгуют. И до сих пор так: некоторые тут живут, а торгуют там. Так что мы тут их воспитали.

Дом с гаражом, принадлежащий Геннадию

Дом с гаражом, принадлежащий Геннадию

Поделиться

Посмотрите, какие еще дома есть в поселке.

Поделиться

Поделиться

Поделиться

Поделиться

Поделиться

Поделиться

Поделиться

Поделиться

Поделиться

Поделиться

Поделиться

Поделиться

Поделиться

Поделиться

Поделиться

Поделиться

Поделиться

Поделиться

Кстати, мы гуляли по другим участкам Цыганского поселка до того, как их начали разрушать, и общались с местными жителями. Посмотрите, какие дома под снос были на участке «Брусники» и «Московского квартала». А по этой ссылке — дома на участке «Гринвича». Среди них, например, есть коттедж с лифтом, церковь и многоквартирник.

В другой части города, на ВИЗе, еще одному застройщику тоже разрешили распланировать застройку Цыганского поселка. Цыгане готовы выйти на площадь 1905 года с палатками, если их попросят съехать. Но застройщик уверяет, что не посягает на их «хоромы».

оцените материал

  • ЛАЙК17
  • СМЕХ6
  • УДИВЛЕНИЕ3
  • ГНЕВ17
  • ПЕЧАЛЬ6

Поделиться

Поделиться

Увидели опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter

У нас есть почтовая рассылка для самых важных новостей дня. Подпишитесь, чтобы ничего не пропустить.

Подписаться

Пока нет ни одного комментария. Добавьте комментарий первым!

Loading...
Loading...