10 июля пятница
СЕЙЧАС +32°С

«С зарплаты руководителя перешла на зарплату уборщицы»: екатеринбурженка бросила работу ради татуировок

Больших денег она не зарабатывает, но считает, что свобода в экспериментах и творчестве важнее

Поделиться

В тату-бизнес Яна пришла подмастерьем и за четыре года обзавелась собственной студией

В тату-бизнес Яна пришла подмастерьем и за четыре года обзавелась собственной студией

В рубрике «Маленький, но гордый бизнес» мы каждую среду рассказываем вам о екатеринбуржцах, которые бросили работу ради любимого занятия и смогли превратить его в доходное дело. Героиня сегодняшней серии Яна — профессиональная татуировщица. Четыре года назад она оставила должность руководителя отдела продвижения ради мечты и теперь работает в своей маленькой студии. Прочитайте рассказ о том, как решиться бросить «нормальную» работу и удержаться на плаву.

«Опровергла слова своего мастера и уволилась»

— Мне было 27, и мой тату-мастер (и впоследствии учитель) сказал, что это тот возраст, когда человек еще может легко решиться на кардинальные перемены, — рассказывает Яна. — Дескать, после 28 сделать это сложнее: люди становятся менее поворотливыми, перемены начинают страшить. Я опровергла это утверждение: в 28 ушла из девелоперской компании, в которой к тому моменту занимала руководящую должность, чтобы серьезно заниматься татуировкой. Взяла подработку, чтобы накопить на самое необходимое: на саму тату-машинку, блок питания для нее, иглы, удобное кресло. И прямо напросилась к мастеру на работу — тогда это был единственный способ попасть в эту среду, набраться опыта. На татуировщиков в то время нигде не учили.

Чтобы накопить на необходимое оборудование, Яне пришлось взять подработку

Мастер предоставил Яне остальные материалы и оборудование. В том числе и краску — это один из самых дорогих материалов в работе татуировщика. Иметь свою краску — значит быть независимым и иметь большой простор для творчества.

Набравшись опыта и докупив профессиональное оборудование, Яна в итоге перешла в большую студию — там она уже не работала за проценты, все заработанные деньги оставляла себе, но платила из них за аренду места в студии.

— Когда я пересела с процентов на аренду в большой коллектив, у меня выросла мотивация. Мне нужно было отбивать аренду, расходные материалы, необходимые платежи, потребительскую корзину, в которую можно положить и одежду, и кафе-кино, и прочие удовольствия. Прибылью в чистом виде это назвать сложно, но удавалось чуть отложить. Ведь по сути, когда я уходила из рекламы в тату-бизнес, я с зарплаты руководителя перешла на зарплату уборщицы. Это неизбежно, когда меняешь профессию, нужно быть готовым начать с нуля и преодолевать трудности. Ну и, конечно, иметь поддержку — как моральную, так и финансовую.

Эта работа Яны в один из дней вошла в тройку финалистов на Ural Tattoo Convention — 2018, но приз не взяла, проиграв Василию Суворову

Эта работа Яны в один из дней вошла в тройку финалистов на Ural Tattoo Convention — 2018, но приз не взяла, проиграв Василию Суворову

Весной 2019 года Яна ушла из студии в самостоятельное плавание. Говорит, ей как интроверту по натуре тяжело находиться в постоянном контакте с большим количеством людей, а в большой команде это неизбежно. Ну и иногда клиенту приходится достаточно оголяться, и нужно создавать комфортные условия, ведь татуировка, особенно первая, — это очень волнительно. Помещение для собственной студии выбирала по двум основным принципам — наличие санузла с раковиной и расположение в центре.

— Подходящее помещение можно искать бесконечно, все зависит от твоего бюджета. В какой-то момент я просто сказала себе: пора остановиться на этом варианте. И с тех пор переезжаю уже третий раз. В целом никаких специфических требований к помещению для тату-студий нет, они едины для всех косметологических кабинетов. Главное — чтобы была «мокрая точка» с раковиной. Плюс близость к центру. Иногда местоположение студии становится решающим для клиента. Не работы мастера, а как долго к нему придется добираться.

«Нужно залезть людям в голову»

По словам Яны, основная сложность для тату-мастера не столько в самом процессе нанесения татуировки, сколько в умении «залезть людям в голову» и сделать эскиз на основании их потока сознания, потому что с готовыми эскизами к ней приходят редко. Первая консультация с мастером длится, как правило, около часа. За это время Яна успевает расспросить клиента о месте, мыслях, идеях.

— Мы даже иногда не обсуждаем саму татуировку, как она выглядит, мы разговариваем с человеком о том, кто он такой, — говорит она. — И эта информация дает мне больше, чем вопросы конкретно по эскизу. Зачастую моя задача — понять человека и предложить ему свое видение его идеи. Иногда, конечно, люди меняют «техзадание» — с одним клиентом мы три раза эскиз переделывали и каждый раз в ином стиле. Бывает, что я совсем не понимаю человека, тогда работа не случается. Отказываюсь, если клиент начинает вести себя некорректно, пытается перейти личные границы, просит интимные татуировки или просит тату в стиле, в котором я не работаю. Иногда человек приходит за татуировкой, но он не готов еще, словно отдает дань моде, но сам боится. Тогда я его отговариваю, потому что это все-таки на всю жизнь. И если человеку действительно нужно, то он вернется за татуировкой, пусть даже не ко мне.

Эксперименты и творческий маневр — важная составляющая работы тату-мастера

Эксперименты и творческий маневр — важная составляющая работы тату-мастера

В среднем поток клиентов — 15 человек в месяц, говорит Яна и уточняет, что, по ее меркам, это хорошая загрузка:

— Я не беру по несколько человек в день, потому что делаю немаленькие татуировки и, как правило, это занимает весь день. Человек пришел в 10 утра и в 6 вечера вышел, а у меня еще уборка, обработка. А вечером домашка в виде эскизов, и это самое сложное.

«Я не бизнесмен, а ремесленник»

Если кто-то когда-то и рассчитывал стоимость татуировки в «спичечных коробках», то эти времена давно прошли. В списке факторов, влияющих на цену, площадь самого рисунка занимает далеко не первые позиции. Важнее сложность рисунка, стоимость расходных материалов, время, которое мастеру надо будет потратить на работу. И то, с какой суммой психологически готов расстаться клиент, говорит Яна.

— На моей прежней «цивильной» работе директор как-то сказал мне: «Яна, ты не коммерсант». Я с ним согласна, при своем подходе к работе я никогда больших денег не заработаю. Мне кажется, у людей есть определенная психологическая цена, которую они готовы заплатить за татуировку, и больше я ориентируюсь на это, конечно же, учитывая расходник, аренду, амортизацию.

Но такой подход позволяет сохранить творческую составляющую в работе и оставляет возможность сказать нет клиенту, если его пожелания идут вразрез с принципами мастера.

— Не считаю тату услугой, когда любой каприз за ваши деньги, — говорит Яна. — Могу спорить с клиентом и могу отказаться от работы, если понимаю, что «пожелание» будет некрасиво смотреться. Считаю, что я могу себе это позволить. Если честно, я себя бизнесменом не считаю. Я скорее ремесленник, который хочет видеть результат своей работы, какую-то пользу. Конечно, сложно соотнести пользу и татуировку, но люди приходят со шрамами, с ожогами, и ты, скрывая их, помогаешь людям закрыть какие-то страницы их жизни, перестать стесняться, и это ценно.

По словам мастера, 40% клиентов приходят к ней исправлять старые татуировки. В том числе и те, которые она сама делала, когда только начинала. Таких клиентов, вспоминает Яна, было как минимум двое:

— То есть они доверились мне снова, несмотря на то что я когда-то им как начинающий мастер сделала не совсем качественно.

Бродский и его строки, через десятилетия вновь попавшие в актуальную повестку

Бродский и его строки, через десятилетия вновь попавшие в актуальную повестку

О стиле работы

Любимые стили работы Яны — портреты, акварели и графика. Все ее собственные татуировки исключительно с лицами, но многим людям, по ее словам, дико набивать чужое лицо на своем теле.

— Меня тянет экспериментировать с техникой: что я могу сделать? Какой эффект я могу создать простыми иглами? Хочется показать при помощи татуировки масляный мазок, попытаться передать карандаш, набросочную графику, вот это для меня интересно. Не всегда выпадает такая возможность, но я рада, что есть клиенты, которым нравится мой стиль, который я пытаюсь развивать, и доверяют мне свою кожу, это бесценно, — говорит мастер.

Яна несколько лет мечтала сделать кому-нибудь тату с Оззи Осборном

Яна несколько лет мечтала сделать кому-нибудь тату с Оззи Осборном

Бизнес и коронавирус

В период самоизоляции Яна, как и многие ее коллеги, решила поступить как сознательный гражданин и уйти на самоизоляцию. Говорит, не так мечтала отдохнуть, но выбирать не пришлось — чтобы не рисковать чужими жизнями. Но аренду никто не отменял, пришлось договариваться с арендодателем о снижении аренды. Арендодатель навстречу пошел, но не в той мере, на которую рассчитывала Яна.

— Я решила: раз договориться не получилось, то придется расторгать договор, пересижу карантин дома. Так что, грубо говоря, мои потери в каникулы — это аренда в полном объеме за апрель и вынужденная «упущенная выгода», связанная с переносом сеансов на неопределенный срок. Также сюда можно отнести минимум вдвое выросшие цены на иглы, перчатки, маски — это вообще подорожало и стало дефицитом с учетом скачка доллара. Что будет дальше, я не знаю. Так или иначе, это не вещь первой необходимости. Поэтому татуировки у многих на неопределенный срок отложатся в долгий ящик. Вот что вы выберете: билеты на море или татуировку? Хлеб с маслом или татуировку? Так что буду ждать на сеансы олигархов.

Если и у вас есть свое маленькое, но очень любимое дело, расскажите о нем! Отправьте письмо на почту news@corp.e1.ru или сообщение в WhatsApp, Viber и Telegram, их номер — +7 909 704 57 70.

оцените материал

  • ЛАЙК14
  • СМЕХ4
  • УДИВЛЕНИЕ2
  • ГНЕВ1
  • ПЕЧАЛЬ4

Поделиться

Поделиться

Увидели опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter

У нас есть почтовая рассылка для самых важных новостей дня. Подпишитесь, чтобы ничего не пропустить.

Пока нет ни одного комментария. Добавьте комментарий первым!