6 августа четверг
СЕЙЧАС +19°С

Уральский журналист об отце Сергии: «На исповеди я чувствовала себя как на допросе… гинеколога»

Журналист православных изданий Раиса Ильина много лет собирала компромат на Николая Романова

Поделиться

Раиса Ильина первой из журналистов нашла и опубликовала приговор гражданину Романову Н. В. за умышленное убийство

Раиса Ильина первой из журналистов нашла и опубликовала приговор гражданину Романову Н. В. за умышленное убийство

Сегодня последний церковный суд, который решит, как поступить с опальным схиигуменом отцом Сергием (он вопреки распоряжению церковного руководства отказался покидать Среднеуральский женский монастырь).

Раиса Ильина — екатеринбургский журналист, работала в православных изданиях. Она много лет задавала острые вопросы, возможно, не совсем приятные многим деятелям РПЦ. Например, когда в монастыри склоняют уходить совсем юных девушек, вопреки желанию родителей. Писала об унижениях и тяжелых условиях жизни послушниц. В поле ее зрения попадал и схиигумен Сергий с его мужским монастырем на Ганиной Яме. У нее первой на руках оказались документы: приговор гражданину Романову Н. В. за умышленное убийство. Через несколько лет «гражданин Романов Н. В.» станет отцом Сергием, получит высокий духовный сан.

Семь лет назад Раиса Ильина обратилась к министру социальной политики, главе МВД и прокурору Свердловской области, обвинив отца Сергия в создании секты, в том числе и с целью наживы. Она говорила о том, что послушники продают свои квартиры в счет добровольных пожертвований в монастырь, а воспитанники монастыря подвергаются истязаниям. Все, о чем теперь собирается рассказать Ксения Собчак в своем фильме. Но тому обращению в 2013 году никто тогда не дал хода.

— Как так случилось, что вы начали расследовать, что происходит в монастыре у отца Сергия? Какая-то личная история, связанная с ним?

— Ничего личного! Понимаете, это не единственный монастырь, где происходили нарушения как церковных канонов, так и светских, гражданских прав людей. И не только с его монастырем я вступала в конфликт. Сначала был Ново-Тихвинский монастырь. В конце 90-х я как паломник уехала жить в Меркушино. Там был скит новотихвинского монастыря. В то время восстанавливали храмовый комплекс когда-то разрушенного собора. Я жила в помещении для паломников, помогала как волонтер. Уже там я стала замечать очень много такого, что меня задевало. Например, под дом для священников отдали здание младшей школы, забрали под монастырские нужды здание сельской больницы. Здание хотя и разрушенное, но его можно было восстановить. Постепенно хозяйство разрослось, местных сдвинули к лесу, на окраину, построив им бараки. Многое, что я видела тогда вокруг, у меня вызывало отторжение. Я видела, когда перед реконструкцией, во время археологических работ, откопали гроб с останками местного священника, его должны были возвести в ранг святых. Целый год, пока готовились документы на канонизацию, гроб находился в жилом доме, в соседней комнате жила женщина-паломница. Я видела, как специалисты готовят останки к статусу святых мощей.

«Были специалисты из судмедэкспертизы, что-то впрыскивали, обрабатывали, потом экскурсовод говорил приезжим, что тело не испортилось, произошло чудо»

Раиса Ильина

Помню, как задела меня еще одна ситуация: в храм пришли местные бабушки, увидели цены на бутылки с разлитой из святого источника водой. Говорят: «Слушайте, нас за этой водой в войну родители посылали. Мы по руинам ходили к источнику. Эти люди, которые сейчас нашу воду продают, они в Бога веруют?». С этого момента я стала задавать вопросы, сомневаться. Потом источник высох, перекрыли русло, когда прокладывали трубу к дому священников. Они пробили скважину, но это ведь уже другой источник, имитация. Больные люди едут со всей области, покупают воду. Меня смущало и отношение лидеров общины к простым послушницам. Я видела — их могли оскорбить, ударить.

— Вы писали про то, как родители пытаются вернуть своих детей, ушедших в монастыри...

— Да, на меня как на журналиста православных изданий (Раиса Николаевна работала в «Православной газете» и московском издании «Русский вестник». — Прим. ред.) выходили родные девушек, которые стали монашками. Молодые, полные сил, симпатичные девчонки, умные, учились в вузах — и вдруг в монастырь. Тогда в мое поле зрения попали семьи, чьи дети ушли в монастырь, где духовным отцом был Сергий. Реакция силовиков на те статьи была нулевая. Я приехала в Москву, в Патриархию, рассказать об этих историях. Но тоже никакой реакции. А я считала это преступлением.

Отец Сергий 20 лет назад

Отец Сергий 20 лет назад

— Да, для родных это потрясение. Но формально ведь здесь нет ничего противозаконного в том случае, если девушки совершеннолетние.

— Вот одна из историй, о которой я писала. Девчонка красивая, умная, закончила институт с красным дипломом. Но поссорилась с парнем, в порыве, в горе стала ходить в церковь, как это часто бывает. В итоге — монастырь. Родители плачут. Это разве ее выбор? Нет, это не осознанный выбор зрелого, опытного человека. Это манипуляция ее горем. Один из инструментов сектантов. Пользуясь какой-то трещиной в сознании, смятением, надломом, расположить человека к себе. Еще одна героиня моего материала: девушка, уехала в монастырь, учась на третьем курсе МАИ. Сначала участвовала в каких-то православных волонтерских проектах. Потом узнала про интересное место.

«Она ушла в монашки втайне от родителей. Я тогда обращалась в ФСБ, в областное МВД, к областным властям »

Раиса Ильина

Отчасти ее вернули домой, хотя она после поступила в богословский университет. Был случай, когда отцу удалось забрать дочь из монастыря на Ганиной Яме. Девочке было еще лет 16, в монастырь ее первый раз привезла тетя, которая уже была там послушницей. Там ее заприметил Романов (отец Сергий), беседовал с ней. Ей предложили стать послушницей. Родители: не пустим.. Мама переживала: надо учиться, пропустит лучшие годы. Но девушка настояла на своем. Отец, бывший военный, надел мундир, поехал к Романову. Видимо, мундир помог, обратно домой он вернулся вместе с дочерью.

— Вы лично знакомы с отцом Сергием?

— Я видела его еще в Москве, когда работала в московских православных изданиях. Тогда мы общались приветливо, хорошо. Потом стала приезжать на Ганину Яму как паломник... Уже тогда что-то настораживало, его службы отличались от обычных, эта игра в старчество, подражание старцам. Народ оказался падким на это.

«Меня отталкивало то, что он рекрутировал паству к себе. Не к Богу, а к себе»

Раиса Ильина

Потом стала знакомиться с послушницами, которые рассказывали, как по научению Сергия продавали дома, приезжали сюда. К сожалению, монастырь на Ганиной Яме — не единственный, где практикуется подобное. Я считаю, что это вымогательство, когда, используя церковный авторитет, человека мягко склоняют к продаже имущества, которое идет в счет пожертвований монастырю.

— В 2013 году вы обратились к министру социальной политики Злоказову, к начальнику Свердловского ГУВД Бородину и областному прокурору Охлопкову. Вы уже тогда рассказали то, о чем все остальные заговорили только сейчас. Об истязаниях детей, воспитанников монастыря, о незаконных методах привлечения новых послушниц, об извлечении выгоды с послушников. Были ли какие-то последствия от вашего обращения?

— Про истязания и физические наказания подростков и неугодных послушниц мне рассказал инок монастыря в Верхотурье. Я приезжала туда паломником. А этот инок когда-то служил в Среднеуральском монастыре. Мы беседовали с ним на подворье, и он спокойно, простодушно рассказывал, как сам применял подобные «воспитательные» методы. Какого-то раскаяния, понимания, что он поступал неправильно, в нем не чувствовалось. Просто рассказывал о своих буднях на Ганиной Яме. До этого я сама видела этих выморенных девчонок, их расписание: днем тяжелое послушание, ночью после литургии он сажал их возле икон, и они по четыре часа читали акафисты. Прокуратура тогда никак не отреагировала на мое обращение. Полиция провела проверку, Министерство образования тоже обратило внимание на ситуацию с детьми в монастыре. Но полицейская проверка тогда уголовным делом не закончилась. Возможно, Сергий припугнул своих людей, чтобы не рассказывали лишнее, оказался хитрее.

— Как дети попадали и попадают туда?

— С родителями. Матери приезжают, остаются. Его первые помощницы — сестры Крыгины, у них ученые звания (матушка Варвара, настоятельница женского монастыря, вместе с несколькими монахинями покинули монастырь, не согласившись с тем, что проповедует сейчас отец Сергий). Это внушало доверие родителей. Еще в начале-середине двухтысячных могли привезти беспризорников. Водители-дальнобойщики подбирали таких, везли из добрых побуждений. Тогда они не организовывали ни приют, ни обучение. Потом, видимо, после проверок обучение настроили. Но надо, конечно, проверять информацию по каждому ребенку.

— Кто бил Собчак? Ходят разговоры, что там чуть ли не боевики, готовые дать отпор официальной РПЦ? Или это слухи?

— Сотрудники, точнее трудники, они и будут защищать. Среди них очень много отсидевших, никто это не скрывает. И не удивлюсь, что там действительно практикуются побои и по сей день. Если та же монашка, как мы видим на видео, (нападения на съемочную группу Собчак. — Прим. ред.) легко ввязывается в потасовку. Хотя лично мне никто из послушников на побои не жаловался, но я общалась с ними еще в то время, когда они только начинали жить в монастыре. Когда они были очарованы новой жизнью.

— Почему к нему идут, едут, везут детей? Едут люди с должностями, с деньгами?

— Страхи, сомнения, личная неустроенность, все это можно использовать, чтобы расположить к себе. Да та же Наталья Поклонская. Страх, неуверенность, последствия травмы (повреждения лицевого нерва. Наталья Поклонская была гособвинитель по одному из дел крымской ОПГ, бандиты ее избили в подъезде дома. — Прим. ред.). Он все это увидел, почувствовал ее надломы и сомнения. Сектантские приемы. Когда Поклонская приезжала в 17-м году к Сергию, она также устраивала пресс-конференцию Единой России. Там я передала ей материалы по уголовному делу, решение судебной коллегии московского суда по Романову.

— Где вы достали эти документы?

— Помогли. Не могу сказать кто. Так вот на пресс-конференции помню, ей задали вопрос, спрашивала ли она отца Сергия про его уголовное прошлое. Она ответила: «Кому надо, пусть тот и спрашивает». Думаю, ведь вы же прокурор! Считаю, что Поклонская может стать мотором любой провокации, как это было с «Матильдой» (речь идет о кампании против фильма Алексея Учителя «Матильда» о внебрачном романе императора Николая II. — Прим. ред.).

— Связи с криминалом остались? Есть у вас такая информация?

— Только то, что уже было сказано в СМИ. Как несколько лет назад на крестный ход приехали российские криминальные авторитеты, использовали для встречи между собой. Они приехали сюда перед царскими днями, встречались с ним, получали благословение. Среди них — Тимур Тбилисский (Тимур Мирзоев, криминальный авторитет. — Прим. ред.) приезжал. После их задержали в одном из кафе силовики, сорвали сходку, но позже отпустили. Тимур и другие криминальные авторитеты два года подряд приезжали сюда и проходили крестным ходом. В 14-м году Тимур умер от туберкулеза, кстати, уже с открытой формой он приезжал в монастырь, где в эти дни всегда тысячи паломников с детьми. Есть ли сейчас связь с криминальным миром? Наверняка среди его прихожан есть такие.

— Поклонская, криминальные авторитеты, люди бизнеса, власти, простые прихожане едут к нему на службы. Наивный вопрос, может он гипноз использует?

— Многие говорят — да. Но я не чувствовала, когда общалась. И под его обаяние я не попадала никогда. Наоборот. Меня задевало его хамство по отношению к прихожанам.

— В чем это выражалось?

— Домогается теми вопросами, которые не входят в практику исповеди. Исповедь — это таинство. А у него вопросы, как у сексуального маньяка. Паломники-женщины начали жаловаться, обсуждать, мол, какие-то он нехорошие вопросы задает, тогда я пошла к нему на исповедь. Но это была не исповедь, исповедь — это церковная дисциплина, которой учат в духовных семинариях. Он изначально задает уничижительные вопросы: «Ты же понимаешь, кто ты?» Он всегда на ты, никаких «вы». Меня он также начал спрашивать на разные интимные темы, все вопросы были вокруг секса. Я возмутилась: я ведь пришла к вам на исповедь, а не на прием к гинекологу. Конечно, можно исповедоваться и на эту тему. Исповедь — это то, что сам человек готов сегодня рассказать, чем поделиться, это не допрос. В этих вопросах чувствуется неприязнь к женскому полу, хотя играет любвеобильного старца. Он вытаскивает эту грязь из человека, которая есть в каждом, но не исцеляет. Такое у меня было ощущение от этого.

— Были на обряде изгнания бесов?

— У отца Сергия нет, видела только видеозаписи. В Троице-Сергиевой лавре я была года четыре назад на подобном обряде. Это было ужасно. Толпа забила церковь за два часа до начала представления. Помимо прихожан, бабушек, много психиатров, у которых профессиональный интерес к этому. Но ведь любого в транс не введешь. Только если есть нарушения психики. Я не знаю, где он научился этому введению в транс. На представлениях, которые я видела, у него была одна и та же женщина. Нет, конечно, я думаю, это не имитация, такое сымитировать невозможно: ни мимику, ни посиневшее лицо. Возможно, это больной человек, его состояние должно контролироваться приемом нейролептиков. Но при нарушении схемы могут быть такие проявления. Что с этой девушкой, из которой изгоняют бесов на публику, тоже надо разобраться, может быть ее намеренно не лечат.

Еще недавно горожан останавливали на улицах, могли выписать штраф, если ты без маски. На территорию монастыря вход в маске запрещен. Где силовики? Где их реакция сейчас?

— Думаю, силовики просто дезориентированы. Не знали и не знают, как реагировать. Человек захватил власть в монастыре. Это по сути рейдерский захват. Я тоже не понимаю, почему никак не реагируют власти.

— А почему церковные власти активно не реагируют?

— Возможно, отчасти хотят решить все мирно, опасаются реакции последователей Сергия. Я знаю, что к нему сейчас съезжаются его приверженцы со всей России, чтобы поддержать. Поэтому сильно раскачивать ситуацию не хотят. А возможно, у Сергия есть компромат на кого-то из представителей епархии. В среде церковных чиновников — это обычное явление, так же, как и у обычных чиновников. И тут, и там идут огромные финансовые потоки.

— Вы столько лет пытались достучаться до всех, кого можно. Говорили и об экстремизме, и об опасности его авторитета. К вам особо не прислушивались. Теперь чувствуете, что победили?

— Знакомые мне говорят, теперь радоваться должна. Никакой радости я не испытываю.

В конце апреля этого года епархия лишила схиигумена Сергия права проповедовать. Произошло это после того, как он опубликовал видео с критикой в адрес государства. Клирик уверял, что эпидемия в России — это выдумка. Тогда ему запретили совершать таинства и назначили церковный суд на 15 июня.

До суда схиигумен Сергий записал видеообращение к митрополиту Кириллу, в котором заявил, что не покинет церковь, а выгонять его придется с Росгвардией.

Позже в монастыре побывала полиция, она проверяла, есть ли в обители беспорядки, о которых писали местные СМИ.

Кроме того, схиигумен Сергий признал судимость. Он рассказал, как 36 лет назад убил человека, а после его возвели в сан настоятеля монастыря.

По теме

оцените материал

  • ЛАЙК41
  • СМЕХ4
  • УДИВЛЕНИЕ3
  • ГНЕВ32
  • ПЕЧАЛЬ4

Поделиться

Поделиться

Увидели опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter

У нас есть почтовая рассылка для самых важных новостей дня. Подпишитесь, чтобы ничего не пропустить.

Пока нет ни одного комментария. Добавьте комментарий первым!