22 октября четверг
СЕЙЧАС -1°С

Другие статьи автора

«Разгоняют страх и истерию»: психолог — о том, почему общество требует уничтожить обвиняемых в педофилии

Колонка Анастасии Береновой об отношении к делу тренера, осужденного за педофилию, и Рыбинского маньяка

Поделиться

В делах тренера, осужденного за онанизм при девочке, и рыбинского маньяка есть нечто общее

В делах тренера, осужденного за онанизм при девочке, и рыбинского маньяка есть нечто общее

На этой неделе в Рыбинске мужчина, ранее осужденный за изнасилование и убийство в Екатеринбурге, изнасиловал и убил девочек-сестер. Месяц назад в Верхней Пышме после того как две девочки рассказали маме, что их трогал за интимные места взрослый мужчина, она собрала знакомых и устроила расправу над ним. Потом оказалось, что девочки всё придумали. Всё еще продолжается дело фитнес-тренера Алексея Сушко, которого обвинили в том, что он мастурбировал при девочке. Психолог Анастасия Беренова рассказала, что их объединяет.

Пылают обсуждения по поводу дел о сексуальном насилии над несовершеннолетними (в народе такие дела ошибочно называют педофильскими, но это неверная формулировка). И про то, как эти дела фальсифицируются. Что мы имеем на сегодняшний день?

Чудовищное насилие и убийство девочек в Рыбинске. Невероятное количество постов и предложения ужесточить закон. Заодно тонна говен маме. Чудовищное убийство подозреваемого (не обвиняемого даже!) мужчины за педофилию в Пышме. Якобы дети просто пошутили. Резонанс есть, но невелик.

Кажется, что это противоположные истории. Но сейчас вы поймете, что это не так.


Часть 1

Копья ломаются вокруг «дети врут» и «дети вели себя неправильно — не кричали». (Не про Рыбинск, конечно, дел таких легион.) Может ли жертва насилия не кричать? Да. Может ли жертва не говорить годами? Может. Может рассказать искаженно? Может. Всё может, потому что психика вообще очень неизученная и непредсказуемая штука, в травматическом опыте тем более.

При этом в равной степени дети могут фантазировать или врать (и на самом деле это разные вещи по умыслу и содержанию). Плохо ли, когда дети фантазируют на сексуальные темы? Такие фантазии могут быть по возрасту/развитию. А могут из-за искаженных границ взрослых (регулярно не закрыта вкладка с порно на компе). Поэтому может быть всё.

Вопрос следствия — это не вопрос веры, а вопрос доказательной базы и умения эффективно и грамотно работать с информацией. Более того, я тут крамольную мысль скажу, но всё же:

«Степень психологического травматизма от события напрямую с величиной насилия не связана. По ней невозможно оценить событие — только приобщить»

Анастасия Беренова

Добавлю еще, что ребенок, даже если его рассказы оказались фантазиями и основания в преступлении нет, тоже нуждается в помощи, если они его тяготят. Все равно есть первопричина, хоть и иная.

Часть 2

Что мы имеем в этом месте? Тотальное и самое ужасное обоснованное недоверие к следствию. Причем по всем статьям, не только по этим. Но здесь еще сложнее — к следствию добавляется еще экспертиза психолога, а там вовсе «всё дышло».

«Кто-нибудь интересовался, например, сколько психолог получает? Я да. В частной практике я эту же сумму имела за день. За день!»

Анастасия Беренова

И то посчитала, что не очень-то выгодно, и ушла в бизнес. А если говорить об обязательной терапии и супервизии — а здесь вдвойне сложно, на такое категории работы удерживать позицию и не вовлекаться в оценки и без терапии — будет выгорание, предвзятость и оценочность через год гарантировано. Я, к сожалению, встречала таких горе-специалистов в работе. Они читают Кона и видят не то, что написано, а своих призраков, они не понимают многие вещи, просто потому, что им недоступны постоянные, в формате модулей, обучающие программы (это около 100–200 тысяч в год), терапия и супервизия нужного качества.

Поэтому я не удивляюсь, как в экспертизу вставляются трактовки из лингвистического словаря 80-х годов (взято из критики лингвистического заключения судмедэкспертом), некоторые не знают МКБ-10, вытесняют сам факт фантазии или сексуализируют то, что не надо сексуализировать. Ну и продолжать можно бесконечно. Если не верите мне — подпишитесь или почитайте грамотных судмедэкспертов, станет яснее.

«И в этом же месте фактически сошла на нет качественная судмедэкспертиза. Ну как бы и доказывать стало не очень-то надо»

Анастасия Беренова

Часть 3

Мы имеем уже как притчу во языцех выражение «посидеть с девочкой на диване». Погуглите дело тренера (которого обвинили в педофилии). У мало-мальски думающих людей вообще пазлы в голове не сходились. И тут-то вторая часть проблемы. Размытые формулировки «растления» и «насилия». По другим статьям конечно, но идут дела о пропаганде нетрадиционных ценностях или нарисованных вагинах, а разговор с детьми о сексе до 18 лет в программах просвещения запрещен.

При этом, когда рассказываешь лекцию на аудиторию психологов о сексуальной безопасности, на словах «бывает и изнасилование в браке и изнасилование проститутки», а то и про случаи насилия над мужчинами, по залу катится нервный смешок (лекция на минуточку для специалистов!).

«Границы насилия, мер и запретов совсем смешались. Потому что прочерти их четко, в насилие попадет большинство скрепоносных идей. А это никак нельзя»

Анастасия Беренова

Отсюда же и вот этот миф, что мужчина, пусть немного абьюзер и выпивает, все равно на брачном рынке ценный приз и каменная стена. Это очень вредный миф. Так, до кучи.

Отдельно и про шум в СМИ. Кроме поломанной судьбы того тренера — что теперь вообще недоверие к детям — наврут как и тогда, поэтому чудовищно на самом деле, когда общество ищет справедливости не у экспертов следствия, а в статьях СМИ, вот тут правдиво, а тут нет. Единожды как говориться соврамши...

Многие говорят: «Ну ведь все статьи УК фальсифицируют, почему правозащитники именно про эти пишут?» Все это ужасно конечно и сил нет, но вот я не слышала что-то, чтобы подозреваемых в других преступлениях убивали не разобравшись (не криминальные разборки, а вот именно суд Линча).

Часть 4

Но самое большое зло — что вот весь этот подогреваемый ком разгоняется истерией. Это то, что недопустимо. Общественники, занятые повесткой насилия, не к знанию или умению распознать насилие, спрашивать с власти и к справедливости призывают, а разгоняют страх и истерию. Как итог — люди хотят мести там, где надо требовать тщательное расследование.

«Идут и убивают мужика, потому что «они же хорошие люди, они же детей спасают»»

Анастасия Беренова

Кто развил эту истерику, пишет про мировые заговоры и насилие за рубежом? Не может социальная повестка опираться на эмоциональную заряженность. Потому что если общественник вещает с броневичка, за ним следом пойдут толпы с вилами. Нельзя это, это большое зло. Не решаются такие вещи общественным резонансом и призывами всех расстрелять. Помните не только о том, что, призвавши гильотину, завтра она упадет над вашей головой. И не только о том, что ужесточение закона приводит не к сокращению преступлений, а их маргинализации.

А о том еще, что для решения проблемы нужна экспертность и стратегия, а не истерия (за попытку секс-педагога Юлии Ярмоленко написать, что нужны программы для людей, осознающих токсичное влечение или склонность к насилию, говорят, ее вынудили комментаторы удалить пост). Конечно, это сложнее, менее надежно и тактически непросто.

Как-то так. Это не вопрос гуманизма даже, хотя и его тоже. Это вопрос стратегии развития. Общественная истерия не решает проблем, она наоборот их разгоняет.

«Жертве насилия куда легче будет рассказать все в том обществе, где есть доверие и качество следствия. В том, которое готово не кричать, а думать»

Анастасия Беренова

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции

Автором колонки может стать любой. У вас есть свое мнение и вы готовы им поделиться? Почитайте рекомендации и напишите нам!

оцените материал

  • ЛАЙК13
  • СМЕХ0
  • УДИВЛЕНИЕ2
  • ГНЕВ7
  • ПЕЧАЛЬ0

Поделиться

Поделиться

Увидели опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter

У нас есть почтовая рассылка для самых важных новостей дня. Подпишитесь, чтобы ничего не пропустить.

Пока нет ни одного комментария. Добавьте комментарий первым!