30 октября пятница
СЕЙЧАС +1°С

«Пыталась схватить нас за палец»: врач Центра медицины катастроф — о спасении маленькой Полины

Анестезиолог-реаниматолог Игорь Барсуков рассказал, как ребенка везли в Екатеринбург

Поделиться

Врач рассказал, что малышка проявляла интерес во время осмотра и пыталась схватить медиков за палец

Врач рассказал, что малышка проявляла интерес во время осмотра и пыталась схватить медиков за палец

Поделиться

Врач Центра медицины катастроф рассказал о спасении «девочки из шкафа»

Последние несколько дней все следят за состоянием маленькой Полины, которая полгода прожила в шкафу. Даже опытных медиков шокировало состояние ребенка. Мы пообщались с врачом территориального Центра медицины катастроф, который ее спасал. Детский анестезиолог-реаниматолог Игорь Барсуков признался, что увидел подобное впервые за 15 лет работы.

Врач медицины катастроф рассказал о том, как они спасали «девочку из шкафа»

— Вы видели когда-то подобный клинический случай?

— На моей практике таких еще не было. Раньше я работал в стационаре, нам привозили тяжелых детей с переохлаждением. Но с дистрофией, особенно такой степени, у меня первый ребенок.

— Было какое-то волнение из-за этого?

— Конечно, было. Пока ты не увидишь пациента сам, всё равно непонятно, в каком он виде, что с ним на самом деле. Чтобы оценить тяжесть проблемы, нужно увидеть ребенка. Пока летели в Краснотурьинск, я немного волновался. Но на месте уже оценили ситуацию и разобрались, что всё относительно стабильно. Начались рабочие моменты.

— Вы вылетели из Екатеринбурга в 13:05, а вернулись в 20:05. По пути спасли кого-то еще?

— Тем вертолетом мы еще эвакуировали пациента в Качканар, так как это было по пути следования. Ну и нужно было время на дозаправку в Нижнем Тагиле дважды, по пути туда и обратно. На таких далеких вызовах всегда происходит дозаправка.

Анестезиолог-реаниматолог Игорь Барсуков впервые увидел ребенка с такой степенью дистрофии 

Анестезиолог-реаниматолог Игорь Барсуков впервые увидел ребенка с такой степенью дистрофии 

Поделиться

— Вы увидели Полину, какие были первые мысли?

— Что ребенка жалко. Потому что был контраст: малышка в сознании, она на нас реагирует, но при этом у нее такой внешний вид... В первые секунды были эмоции, но это все-таки наша работа, мы быстро переключились. На момент осмотра ребенок находился в тяжелом состоянии, основная причина — истощение.

Для полугодовалого ребенка вес 3100 — крайне маленький. По жизненно важным функциям она была относительно стабильна. Полина находилась в сознании, самостоятельно дышала, гемодинамика (движение крови по сосудам. — Прим. ред.) была в норме, в сердечно-сосудистой системе тоже не имелось проблем.

— Как ребенок реагировал на осмотр?

— Хорошо, она очень контактная. Пока осматривали, Полина пыталась схватить нас за палец. Для нее, наверное, необычно, когда вокруг столько людей, она проявляла к нам интерес.

— Как вы доставляете ребенка от палаты до вертолета?

— Обычно в городе, куда прилетает вертолет, нас встречает автомобиль скорой помощи местной больницы. В Краснотурьинске есть филиал нашего Центра медицины катастроф. Поэтому нас встретили коллеги на специализированном реанимобиле.

Мы приезжаем на место, всё оборудование и каталку забираем с собой к постели больного. Оцениваем состояние, проводим необходимые мероприятия, кладем пациента на каталку, при необходимости заворачиваем в белье и термобелье. Дальше спускаемся либо в машину скорой помощи, либо в реанимобиль и едем к вертолету. Перекладываем ребенка в вертолет и летим.

Вот так отличается детский катетер от взрослого. У первого намного меньше иголка, а сам катетер мягкий

Вот так отличается детский катетер от взрослого. У первого намного меньше иголка, а сам катетер мягкий

Поделиться

— Есть какая-то специальная люлька для младенцев?

— Да, она называется транспортный кювез (инкубатор для новорожденных. — Прим. ред.). Это что-то наподобие люльки, куда укладывается пациент. Там можно создать определенный температурный режим, наблюдать и при необходимости работать с пациентом, если во время транспортировки что-то вдруг произойдет.

— В чем особенность транспортировки ребенка с дистрофией?

— Основной момент — поддержание температуры тела в пределах от 36,6 до 37 градусов, перегревать ребенка нельзя. Ребенок относительно большой, не новорожденный, но, учитывая степень его истощения и вес, делать это необходимо. Также нужно контролировать все жизненно важные функции и параметры организма.

Поделиться

— За чем вы следили во время полета?

— На мониторе мы контролировали жизненно важные функции: частоту сердечных сокращений, артериальное давление. Также мы поддерживали температуру и продолжали проводить инфузионную терапию, по-простому — ставить капельницу.

В Краснотурьинске девочка находилась в детской реанимации, медики внутривенно поставили ей специальный маленький катетер. У детей сделать это довольно сложно, так как для них иголочка и катетер намного меньше. Мы присоединили систему, поставили шприц, задали определенную скорость и продолжили лечение. Полет прошел хорошо, всё было стабильно. Сейчас девочке оказывают необходимую помощь в ОДКБ, я думаю, ничто не угрожает ее жизни.

Ранее мы писали, что у девочки зафиксировали дистрофию третьей степени. Жизнь Полине спас ее 13-летний брат, который тайком подкармливал малышку. Глава регионального Минздрава взял на личный контроль лечение Полины. Когда девочку выпишут, ее хотят забрать бабушка с дедушкой.

Что касается матери девочки, то следователи собираются переквалифицировать в отношении нее дело на более тяжкое — о покушении на убийство.

Сейчас ребенка перевели из реанимации в обычную палату, и она стала прибавлять в весе. Врачи рассказали, как можно помочь девочке.

Все подробности трагедии в Карпинске читайте здесь.

оцените материал

  • ЛАЙК40
  • СМЕХ1
  • УДИВЛЕНИЕ0
  • ГНЕВ2
  • ПЕЧАЛЬ14

Поделиться

Поделиться

Увидели опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter

У нас есть почтовая рассылка для самых важных новостей дня. Подпишитесь, чтобы ничего не пропустить.

Пока нет ни одного комментария. Добавьте комментарий первым!