У этих докторов блестящая репутация и внушительный опыт: стоматологи уже 12 лет возвращают пациентам улыбки и уверенность в себе. Хирург-имплантолог и ортопед давно сработались — первичные консультации они проводят вместе и ведут пациентов «от и до». В Atis Faber не гоняют людей от специалиста к специалисту, ведь всю информацию о здоровье зубов они получают в одном месте благодаря такой командной работе и полному спектру необходимого для диагностики оборудования.

Как строится работа докторов в связке и почему пациенты приходят перелечивать зубы, которые делали еще на стыке девяностых и двухтысячных, — в интервью двух врачей.

Роман Артюхевич

стоматолог-хирург, эксперт по имплантации клиники Atis Faber с опытом работы более 12 лет

Артем Смоляков

стоматолог-ортопед, эксперт по эстетическим реставрациям клиники Atis Faber с опытом работы более 12 лет

Наведи курсор на врача и узнай о нем больше

В основе работы Atis Faber лежит 23-летний опыт передовых клиник страны. В 2019 году журнал Forbes включил Atis Faber в рейтинг лучших стоматологий России.

Здесь работает своя зуботехническая лаборатория, где специалисты создают, тестируют и оттачивают виниры, зубные коронки и мосты до идеала. Для диагностики и планирования в клинике используют 3D-технологии, высокоточный микроскоп и искусственный интеллект.

Для команды Atis Faber нет нерешаемых задач. Международное обучение и большой опыт работы — опора при работе со сложными клиническими случаями.

— Мама работала в стоматологии, поэтому я часто проводил там время. Надо сказать, многое изменилось с тех пор. Не только стоматология, но и вся медицина стала стремительно развиваться. Сегодня мы используем самые современные материалы и технологии. То, что было раньше, и то, что сейчас, — это всё равно, что сравнить старые жигули с последней моделью мерседеса.

— Когда я в детстве приходил к маме на работу, интересней всего мне было в зуботехнической лаборатории, я проводил там много времени. Там же были всякие интересные штуки — это гораздо занимательнее, чем пломбы или лечение кариеса. Неудивительно, что первая моя специальность — зубной техник. Когда я выбирал, на кого учиться, особых сомнений не было.

Ортопедия — это то направление, которым я хотел заниматься. Сегодня технологии позволяют восстановить утраченные зубы в соответствии с природной эстетикой. Протезирование помогает сохранить здоровые зубы, избежать их разрушения и изменения прикуса.

— К нам приходит много пациентов, которые боятся стоматологов с малых лет. Для некоторых это травма детства. Сейчас дети приходят в стоматологию с удовольствием: к каждому врач пытается найти свой подход. Также сейчас появилась возможность лечить зубы во сне, не причиняя боли и психологического вреда маленьким пациентам. В случае необходимости лечение во сне в нашей клинике доступно и взрослым пациентам, например во время имплантации.

— Сегодня люди стали свободнее говорить о страхах и чаще обращаются к психологам. В какой-то степени я тоже им становлюсь, когда ко мне приходят на прием. Я стараюсь относиться к пациентам так, как хотел бы, чтобы относились ко мне: с вниманием и заботой о здоровье. Увы, так делают не во всех стоматологиях.

Есть отдельная категория пациентов, которые ходят только к своему специалисту — неважно, в какую клинику. У нас тоже такие есть. Это пациенты, которые доверяют нам самое дорогое, что у них есть, — здоровье. Если к нам обращаются с чем-то экстренным, мы всегда находим время, а не откладываем это на завтра-послезавтра.

— Стоматология — это узкоспециализированная медицина. Есть ортопеды, ортодонты, терапевты, хирурги и врачи других направлений. В каждом направлении колоссальный объем информации. В своей сфере я могу следить за всеми новейшими тенденциями и технологиями. Сложно в таком же объеме погружаться в изучение других специализаций, но быть в курсе надо. Поэтому мы работаем в связке — подпитываем друг друга в том объеме, в котором необходимо, чтобы решить поставленные перед нами задачи.

Конечно, мы имеем общие представления обо всех сферах, но, если изучать их глубоко, начинаешь распыляться. Если врач занимает позицию «я и ортопед, и хирург, и терапевт в одном лице», то он чаще всего не преуспевает ни в одном направлении.

— Могу по пальцам пересчитать пациентов, для которых это не сыграло решающей роли. 99,9% пациентов нуждаются в совместной консультации. Только так они получают полную картину своего стоматологического здоровья. Редко приходят с локальной проблемой.

На приеме я вижу ситуацию с точки зрения ортопеда, но хирург может обратить мое внимание на какие-то свои нюансы. Мы экономим пациенту время, нервы и деньги: он не бегает от специалиста к специалисту, собирая куски информации, а получает общую картину. На совместной первичной консультации мы определяемся с планом лечения и достигаем полного взаимопонимания как между собой, так и с пациентом.

— Отсутствие зубов, разрушенные зубы. Это отголоски стоматологии девяностых и нулевых. Культуры заботы о зубах не было. Зубное просвещение заканчивалось на плановом осмотре стоматологом в рамках школы. Хорошо, что сейчас всё изменилось.

Atis Faber — взрослая клиника, но мы видим, как меняется ситуация у разных поколений. У наших самых молодых пациентов — от 18 до 25 лет — меньше проблем с зубами. Сейчас в детскую стоматологию ребенок приходит с радостью. Специалисты настраивают с ребенком такой контакт, как будто они лучшие друзья. Родители стали более заинтересованно относиться к здоровью детских зубов, пытаясь избежать развития возможных проблем.

— В 70% случаев мы сразу устанавливаем временную коронку. Через три месяца ее меняют на постоянную функциональную. С временной коронкой больше ограничений. К примеру, функцию жевания она будет восполнять лишь отчасти. Временная коронка нужна, чтобы мы могли работать с мягкими тканями. На этом этапе мы создаем естественный профиль прорезывания — когда десневой контур повторяет контур зуба.

Кроме того, временная коронка избавляет пациента от комплексов. Особенно если отсутствует передний зуб. Человек не может ни улыбаться, ни общаться. Если установка временной коронки невозможна по медицинским показаниям, мы ищем другой вариант, чтобы качество жизни пациента не страдало.

— Мы всегда использовали импортные материалы и создавали большой запас. За счет него проблем не возникает. Для части материалов, ушедших с российского рынка, мы нашли отличные альтернативы. Так что можно не переживать — в клинике Atis Faber для лечения используются самые лучшие и передовые материалы и оборудование.

— Я первый медик в семье, стать врачом хотел всегда. Когда пришло время выбирать профессию, меня привлекала хирургия. Думал стать кардио- или нейрохирургом, но в итоге остановился на стоматологии. И не пожалел. Во время обучения и на первых шагах в профессии я убедился — надо слушать зов судьбы.

— Все страхи идут из детства, а страх стоматологии — это наследство советских клиник. Многие пациенты набили себе шишки во время становления медицины в России — лет 15 назад, к примеру.

С пациентом я просто по-человечески общаюсь, выхожу с ним на контакт. Может, он боится каких-то манипуляций или процедур, или у него засел внутри страх хирургического вмешательства. Сегодня стоматология — передовая область медицины. У самых молодых пациентов нашей взрослой клиники страхов перед хирургией нет.

Иногда пациент отказывается от каких-то манипуляций, и мы его не принуждаем. В каждой ситуации есть определенные показания к лечению, но выбор пациента будет решающим.

— Если говорить по-простому, то я удаляю зубы, устанавливаю имплантаты для будущего протезирования. Моя основная задача — подготовить фундамент, на который потом ортопед установит функциональные и эстетические конструкции, которыми пациент будет пользоваться всю жизнь.

Чтобы поставить имплантат, иногда приходится наращивать костные или мягкие ткани. Это необходимо, если долго не было зуба или если его удалили так, что в челюсти образовался кратер или яма. Пока ткани не будет достаточно, я не смогу установить имплантат. Это искусственный корень зуба, на который устанавливается коронка.

— Вместе с ортопедом мы проводим первичные совместные консультации. Это нужно, чтобы комплексно обследовать пациента. Человек пришел с одним больным зубом, а мы выявляем у него проблемы, о которых пациент пока не знает. Люди благодарны, когда мы им объясняем, показываем и демонстрируем такие вещи, ведь в будущем они не наткнутся на подводные камни, связанные со здоровьем полости рта.

Иногда пациенты воспринимают это как навязывание дополнительных услуг. Мол, пришли сделать одно, а в итоге надо делать гораздо больше. У нас совсем другая философия — никто никого насильно не сажает в кресло.

Если пациент хочет сделать один зуб, мы сделаем один зуб. Но всю информацию о своем здоровье человек получить обязан. Когда такой пациент переварит информацию и созреет, он начнет заниматься здоровьем. И тогда он придет к нам вовремя, а не с острой проблемой.

— При современной анестезии вопрос болезненности отпадает. Если однажды человек поставил имплантат, то во второй раз он не мучается сомнениями и страхами. Пациент понимает, что это не больно, а результат — на всю жизнь.

— Их не так много — на пальцах можно пересчитать. В основном это абсолютные противопоказания: онкология, острые состояния. Все остальные заболевания, которые можно вылечить до установки ортопедических конструкций, — это относительные противопоказания. Даже возраст не противопоказание. Единственное, мы не ставим имплантаты пациентам до 18 лет. Челюсть в этот период растет, и в этот процесс лучше не вмешиваться.

— Сам производитель дает пожизненную гарантию. При адекватном использовании ничего с имплантатами не случится. Но это не значит, что человеку не нужно ухаживать должным образом за конструкциями и следить за своим здоровьем. Раз в полгода пациент должен возвращаться к нам на осмотр.

Если пациент правильно ухаживает за имплантатом, то зуб ему прослужит всю жизнь. А если пациент поставил имплантат и забыл о нем — не чистит зубы или открывает зубами бутылки, то, конечно, ортопедическая конструкция долго не выдержит. Но и в таких случаях мы стараемся поменять имплантат по гарантии. Со своей стороны мы делаем всё безопасно, качественно и по лучшим методикам, но конечный успех зависит от пациента.

— Установка имплантатов исходя из конечной цели. То есть мы заранее знаем результат и планируем работу так, чтобы его достичь. Цели и задачи ставит ортопед. Сначала мы сканируем зубы пациента, делаем снимки. Вместе с техником мы создаем виртуальную модель того зуба, который нужен ортопеду, и под эту модель планируем установку имплантата. Потом создаем специальный хирургический шаблон, по которому устанавливаем имплантат в заранее выверенное оптимальное положение. Ортопеду остается только установить коронку.

Во-первых, сейчас всё автоматизировано. А во-вторых, в ходу нано- и гибридные материалы. Благодаря им все манипуляции мы проводим быстрее, качественнее и комфортнее. Пациент больше не возвращается с «вылеченным» зубом. 10–15 лет назад о таких композитах могли только мечтать.

Если рассматривать мою специальность, те же имплантаты, то их обработку можно сравнить с космическими технологиями. Кроме простого фрезерования имплантаты обрабатывают порошками, кислотами и другими материалами для того, чтобы имплантат прижился у всех пациентов.

Сегодня над разработкой имплантатов работают целые научные институты. Производители думают, как сделать так, чтобы имплантат прижился и долго служил, а еще чтобы он был удобен для хирурга. Среди производителей большая конкуренция, и за счет нее на первые строки выходят лидеры, с которыми мы и работаем.

— В стоматологии мы ни в чем не уступаем зарубежным странам, а некоторые даже опережаем на несколько лет. Возможно, та ситуация, которая была в девяностых и нулевых, нас подстегнула развиваться семимильными шагами.

В российском профессиональном сообществе есть убеждение, что в свое обучение и поддержание профессиональной формы нужно много вкладывать. Все понимают, что учиться надо у лучших, и ездят на курсы, стажировки. В этом плане мы в пятерке первых в мире. На Западе так не принято. В основной массе там врачи заканчивают университет, посещают какие-то курсы и на том успокаиваются.