Для музеев и лондонских богачей: кузнецы из Екатеринбурга делают на продажу средневековые мечи и сундуки

В неотапливаемой кузне постоянно шумит пресс, а в столярной мастерской в воздухе стоит взвесь из мелкой стружки. Вместо комфортных офисов в центре Екатеринбурга Ильдар Аблиев и его партнёр Алексей Синцов, бросив все свои работы, выбрали шумный цех на окраине Верхней Пышмы, где теперь создают по старинным чертежам сундуки, топоры и мечи.E1.RU представляет новую историю об уральских предпринимателях, которые вопреки всем законам экономики и стереотипам про кризис делают свой необычный бизнес.Мы уже успели рассказать о Наталье Хасановой и Иване Мореве, которые после финансовых потрясений 2008 года оставили свою фирму по продаже бетона и привезли на Урал рецепт французского десерта — макарунов. После кондитерского цеха мы побывали в конструкторском бюро, где Максим Сомов и его коллеги разрабатывают и внедряют в жизнь современные системы безопасности, которые собирается купить Министерство обороны.Сегодня корреспонденты E1.RU отправляются в Верхнюю Пышму к предпринимателям Ильдару Аблиеву и Алексею Синцову, которые три года назад открыли столярный цех и кузницу, а теперь своими руками делают топоры, мечи, сундуки и средневековую мебель. Все эти работы отправляются в частные музеи и коллекции, в рестораны и отели не только в России, но и во многих странах Европы.Ильдар приехал из Нижневартовска, работал в школе, преподавал рисование, черчение и труд. А Алексей живёт в Екатеринбурге, по образованию — социолог, работал мерчендайзером. Они познакомились на фоне общего хобби — исторических реконструкций. Это стало и основной темой их бизнеса и привело к ним первых клиентов — таких же, как и они сами, фанатов средневекового оружия. При этом опыт кузнечного дела был только у Ильдара: он успел поработать столяром, кузнецом и сварщиком.— Когда три года назад мы поняли, что мы можем зарабатывать любимым делом, мы бросили все свои работы и окунулись с головой. Мы взяли первый кредит, точнее это была просто кредитная карта под бешеные проценты. Но тогда выбора не было. Познакомились с кузнецами, скооперировались и сняли напополам ангар в Верхней Пышме. Там была наша столярка и там мы просуществовали два года. Медленно, но верно работы становилось больше и нам просто не хватало места, и мы арендовали вот этот цех, где сейчас находимся, потом ещё сняли комнату и потом ещё одну, — рассказывает предприниматель Ильдар Аблиев. Чтобы показать нам законченную работу, ребята распаковали два уже готовых к отправке сундука, один из дуба, другой из сосны. Их приготовили для российского коллекционера, который живёт в Таиланде. На один такой сундук может уйти целая неделя: над копиями старинной мебели здесь работают по описаниям историков и чертежам археологов. Иногда деревянно-металлические изделия дорабатывают дизайнеры уже на современный лад. Один из таких сундуков недавно отправился из Верхней Пышмы в Великобританию.— Всё наше продвижение началось с друзей, которые тоже интересуются историческими реконструкциями, — рассказывает Ильдар Аблиев. — Мы всем знакомым и друзьям показывали свои работы. Они заказывали их у нас и показывали уже своим друзьям. Так появился какой-то первоначальный круг клиентов. А потом мы стали рассказывать о своей работе в социальных сетях, и это очень помогло. Через Facebook (принадлежит организации Meta — деятельность признана экстремистской и запрещена на территории РФ), например, нас стали находить заказчики из Европы. Цеха мастерской находятся в промышленной зоне ближе к выезду из Верхней Пышмы: здесь в двух зданиях на разных этажах сейчас начинается глобальная переделка. Сносят стены, совмещают бывшие офисы в одно большое помещение, поднимают потолки, чтобы можно было работать с большими предметами, а снаружи строят подъёмник — он позволит доставлять в цех материалы и увозить отсюда габаритную мебель. На улице стоят станки для новой кузни, которую уже скоро начнут приводить в порядок.В 2012 году Ильдар и Алексей обо всём этом даже и не мечтали.— Когда три года назад мы начинали всё это, какое-то понимание того, что на заработанные деньги можно будет прожить, было, но очень смутное. Реальность показала, что всё намного сложнее. Не всё получалось сразу. Но, с другой стороны, мы начинали непонятно где с болгаркой в руках, а теперь у нас есть уже больше 250 метров для работы и восемь человек, которые с нами трудятся здесь, — рассказывает Ильдар Аблиев. — Столярных мастерских, которые в техническом плане лучше, очень много. Но в Свердловской области и в России таких, которые делают копии старинной мебели и имеют столярный цех и кузню и где накоплен опыт в создании реплик старинных вещей, почти нет. В этом, конечно, плюс для нас. Цены на наши изделия рассчитываются, как на любом производстве: киловатты в час, объём расходных материалов, кредиты и прочее. Ценообразование здесь носит более-менее классический характер. При этом, когда мы получаем крупные интересные проекты, такие, например, как создание интерьера для частного музея, мы, конечно, идём на уступки, — говорит Алексей Синцов. Предприниматели рассказывают, что работа исключительно с репликами старинного оружия и другими артефактами из Средневековья не приносит желаемого уровня прибыли. Поэтому Ильдар и Алексей планируют также начать выпускать линейки современной мебели в экостиле из натуральных материалов, а также увеличивать количество больших проектов, когда необходимо сделать интерьер целиком. — Мы переходим с реконструкций на работу с музеями и частными коллекциями. Переходим также к направлению современной мебели. Реконструкция дала хороший старт, но мы постепенно от неё уходим. Но при этом, конечно, средневековое оружие и мебель сейчас составляют около 50% от всего объёма. Сделать один сундук или один топор — это хорошо, но хочется получить большой проект. Сейчас мы как раз работаем над созданием интерьеров для шоу-рума новосибирского магазина, а также создаём интерьеры для частного музея, — рассказывает Ильдар Аблиев. В мастерской шутят, что «здесь не звонят в 02»: вокруг слишком много оружия. Здесь также делают цевьё для ружей, которые потом используют в страйкбольных битвах. Для каждого топора или меча, который отправляют за границу, предпринимателям необходимо получить документ в полиции — о том, что посылка не является холодным оружием. Цена таких топоров начинается от шести тысяч рублей.— Топоры — это наша основная специализация. Это обычные топоры, но они очень красивые и поэтому скорее несут декоративный характер, чем прикладной. Хотя ими спокойно можно пользоваться по прямому назначению. В последнее время по ним очень большое количество заказов. Собственно, под них мы и делаем свою новую кузницу и купили оборудование. В прошлом году под это расширение площадей мы получили грант в Свердловском фонде поддержки предпринимательства. В этом году тоже хотели, но опоздали с заявкой. Нам в фонде очень помогают. Например, консультациями по бухгалтерии. Для нас это всё тёмный лес. Мы поднимаем свою тему, — отмечает Алексей Синцов.