
Муж, по словам знакомых семьи, как мог заботился и о жене, и о дочке, когда приходил домой со службы
За день до трагедии в семье военного в Елани, где 20-летняя мать убила новорожденную дочь, врачи заметили, что женщина ведет себя странно. Можно ли было предотвратить убийство и кто это мог сделать? Мы поговорили об этом с уральским юристом Сергеем Тетериным, который сам родом из Камышлова. Он поделился с нами некоторыми обстоятельствами того, что было накануне беды.
«Специалисты приходили на дом на профилактический осмотр, патронаж ребенка до месяца. Мамы никогда при осмотрах не было, с врачами, по моей информации, всегда общался лишь отец. Ребенком занимался он — был внимателен, заботлив по отношению к дочери. Маму на осмотре увидели лишь раз — накануне происшествия. И то, как она себя вела, молчала, вызвало у медиков беспокойство. Они заметили признаки послеродовой депрессии, сказали об этом предположении отцу. Спросили, всегда ли она такая.

Мужчина заверил, что у них всё нормально и благополучно, жена по характеру стеснительная, молчаливая — такой была всегда и до родов тоже. В данной ситуации по закону они не имели права дальше вмешиваться без согласия женщины, без сигналов от ее родственников.
То, что человек молчит, не повод усомниться в психическом здоровье. Все видели странности, но закон о психиатрии не позволяет на основании косвенных признаков применять к человеку принудительную медицинскую помощь. Это судебная процедура, и нужны основания, что человек представляет опасность для окружающих. Прежний закон был более жестким, но он позволял вовремя вмешиваться психиатрам и предупреждать многие трагедии. Хотели как лучше, а вышло как всегда. Но конкретно в этой ситуации врачи не могли сделать никаких выводов на основании того, что человек просто замкнут», — рассказал Тетерин.
В отличие от врачей детской поликлиники, близкие родственники видели больше. Так, сестра Анастасии рассказала E1.RU, как она переживала за состояние молодой мамы — та была равнодушна к дочке, раздражаясь от плача, могла с силой тряхнуть ребенка. Родственница говорила мужу, что Насте нужно к психологу.

Анастасия всегда была молчаливой и застенчивой
«К ответственности могут привлечь и близкого родственника, который знал, что мать представляет опасность для ребенка, но не довел эту информацию до медицинских работников. Всё в таких случаях будет зависеть от результатов психиатрической экспертизы, показаний свидетелей и множества факторов. Если подтвердится психическое расстройство и то, что близкий родственник знал об агрессии к ребенку, то могут появиться признаки состава преступления: оставления в опасности.
Я говорю не про конкретную ситуацию в Елани — страшно представить, что сейчас чувствует отец, искренние ему соболезнования. Это о том, как предотвратить. Что близким родственникам, мужьям, бабушкам нужно внимательно относиться к подобным странностям поведения: полное равнодушие к ребенку, агрессия. Это четкий сигнал, что с психикой матери что-то не так. Родные также должны чувствовать, что они несут ответственность, прежде всего моральную, а это страшнее уголовной, с этим предстоит жить», — прокомментировал юрист.
Трагедия произошла 25 июня в Камышловском районе. Тело девочки обнаружили в квартире военного с признаками насильственной смерти. Следователи возбудили уголовное дело по статье «Убийство малолетнего» (пункт «в» части 2 статьи 105 УК РФ).
По версии следствия, мать разозлилась из-за плача дочери и с силой бросила ее на пол. Девочка получила черепно-мозговую травму, от которой умерла на месте происшествия. После этого мать скрылась, но силовики задержали ее на автовокзале в Пышминском районе, она собиралась уехать в другой город к родственникам.













