«Я не стесняюсь ошибаться»: история японской балерины, которая стала Гердой в Екатеринбурге

На интервью она приехала на такси, потому что русская зима уж слишком сурова для балерины из страны восходящего солнца. 24-летняя Кюнсун Пак, кореянка по происхождению, прожила в Японии 17 лет, а потом без знания русского и английского языков, но с огромной любовью к нашему балету отправилась покорять северную столицу. В Екатеринбурге она живёт вот уже 3 года и работает в Театре оперы и балета, где не так давно отгремели премьерные спектакли «Снежной королевы». Именно там мы заметили Кюнсун, которой впервые доверили главную роль. Мы позвали новоиспечённую Герду на 37-й этаж «Высоцкого» (на который она, к слову, ещё не поднималась) и поговорили с ней о том, чем отличается русский балет от японского, почему наши суши не такие, как надо, и что делают японцы после Нового года. — В твоей семье есть балетная династия? Чем занимаются родные? — Сестра фармацевт, работает в аптеке, брат недавно преподавал детям в школе, но сейчас учится. Правда, я плохо знаю, на кого, потому что он живёт в другом городе. Родители тоже к балету не относятся. — Почему ты решила стать балериной? — Я, честно говоря, не помню. Когда я была маленькая, легко делала растяжку, родители меня за это хвалили. Я подумала, что нужно попробовать. Просто интересно было. Мне было 7 лет, когда я начала заниматься. У нас в Японии очень мало специальных школ в отличие от России. Я ходила в студию, подобную вашему «Щелкунчику». В 12 или 14 лет я поняла, что действительно хочу развиваться в этом направлении. Потом появилась мечта поступить в Вагановку. — Как узнала о русском балете? — Смотрела ролики на YouTube, ну и по телевизору. Вообще, в Японии очень популярен русский балет. Огромный шаг и подъём… Я мечтала этому научиться. У нас в Японии многие девочки хотят учиться в России, потому что у нас в стране мало мест, где можно учиться. Я занималась 4 раза в неделю после школы, а хотелось каждый день. — Чем русский балет отличается от японского? — Ой, очень большая разница. Координация, фигуры… Не знаю, всё по-другому. Как танцуют японки, мне, к сожалению, неинтересно. Они не танцуют от души, руки не мягкие. Они чётко танцуют, но нет индивидуальности. В русском балете каждая балерина по-своему танцует, для зрителей это очень интересно. — По-твоему, от чего это зависит? — Либо от педагогов, либо это просто опыт. У нас, конечно, нелёгкая профессия. — Как ты решилась в 17 лет уехать в другую страну? Что сказали родители? — Я давно хотела стать балериной, а для этого надо учиться в Вагановке. Раз в год в Японию приезжают педагоги из Вагановки и просматривают, выбирают. Я попробовала, и меня взяли. Сначала родители, конечно, не согласились, ведь быть балериной очень сложно. Тем более в Японии к этому другое отношение, нежели здесь. Сейчас более популярно стало, но, когда мне было 17, это было иначе. Они знали про балет, но не ходили на спектакли. Мне кажется, это не наше искусство. Это ваше — европейское, или даже русское. — Когда ты приехала в Россию, ты уже знала русский? — Когда я на интервью отвечаю, то напрягаюсь либо волнуюсь, поэтому не могу свободно говорить. Когда с подругами разговариваю, то более свободно. Когда я три года училась в Питере, просто не могла разговаривать по-русски. Плохо разговаривала, потому что у нас отдельно были общежития русских и иностранных студентов. Как-то мало удавалось общаться. — А работать как же? — Мы понимали друг друга. Движения одинаковые, многие слова в балет пришли из французского. В училище тоже были японки, поэтому мы друг другу помогали. — Как ты очутилась в Екатеринбурге? — После академии я работала полгода в Одессе. Там не получилось с визой, с документами были проблемы, поэтому не могла дольше оставаться. После Одессы я вновь приехала в Питер и обозначила педагогам проблему, спросила их, что мне делать. Мой педагог посоветовала своего знакомого — Славу Самодурова, который наш руководитель сейчас. Он работал в Мариинском театре, и мне дали его контакты. — Удалось влиться в коллектив? — Когда я приехала сюда работать, вообще была одна, не было иностранцев. Сейчас у нас итальянка, ещё одна японка и японец. Я, конечно, переживала. Когда приехала, совсем мало разговаривала. Я не училась специально, просто разговаривала с ребятами на русском. — Не брала в руки учебники? — Мне кажется, что учебники не помогают. Я не стесняюсь ошибаться. Если я ошибаюсь, то меня исправляют. — А что касается письменной речи? — Если я пишу непонятно, то прошу ребят мне помочь, а потом стараюсь запомнить. — Помнишь свой первый спектакль? — Помню, что участвовала в данс-платформе, это современный такой проект у нас. — Какая у тебя была первая главная роль? — Роль Герды в «Снежной королеве» — моя первая. — Что ты почувствовала, когда тебе сказали, что ты будешь играть Герду? — Нам не объявляли, а повесили списки. Я думала, что мне в жизни не получить главную роль. Потому что, когда я приехала сюда, мне нужно было много тренироваться. Я видела, как все хорошо танцуют, и мне казалось, это нелегко. И, конечно, я мечтала о главной роли. Мне надо подумать, что мне нужно, чего мне не хватает, как надо естественно работать. И когда я увидела своё имя, не поняла своё состояние. Не поверила, может быть. И сразу подумала, что, если меня всё же не выпустят, то у меня всё равно есть работа, поэтому не нужно расстраиваться, надо хорошо работать. — Насколько знаю, ты была не знакома со «Снежной королевой»? — Мы всё равно знали, какая нас премьера ожидает. Мне стало интересно, что это за сказка. Я прочитала на японском и сравнила её с «Хрониками Нарнии», где герои шкаф открывают и попадают в другой мир. Я думала, что немножко похоже, потому что Кай изменяет человеку и замерзает. — Что ты думаешь о своей героине? — Это современный танец, и мне удобно играть партию Герды. Я не знаю, как объяснить. Но я не волновалась. Она мне подходит, видимо. Потому что «Снежная королева» — это конкретная сказка, с конкретной историей. В классическом балете более важен танец. Потому что зрителю иногда непонятно, что происходит на сцене. — У тебя много друзей здесь? — У нас коллектив очень хороший. Мне очень повезло, потому что когда я приехала, переживала, что они будут думать: зачем приехала эта иностранка. Но, когда первый раз мы увиделись, они наоборот ко мне подошли, стали расспрашивать, откуда я, помогли мне. Есть подруга, с которой я познакомилась год назад, она сама выучила японский, а сейчас учится в Японии. Есть знакомая, которая работает фотографом, её я иногда приглашаю в театр. — Как часто бываешь на родине? Приезжали ли твои родители сюда? — Родители не приезжали смотреть на меня, потому что далеко. Я езжу раз в год летом, когда заканчивается сезон. — Как тебе русская зима? — Иногда я думаю, что русская зима — это очень красиво. Когда выхожу из дома, любуюсь снегом. Мне очень нравится, когда на деревьях замерзает снег, это очень сказочно. Но, честно говоря, мне не нравится мёрзнуть. Летом мне нравится. Жарко, но мне комфортно. Потому что, когда лето, мне хочется покупать себе платья красивые, а когда зима, я хожу по магазинам и вроде хочу себе что-нибудь купить, но ничего не нравится. — Играла в снежки или каталась на лыжах, коньках? — Каталась на коньках в Питере, а здесь с девчонками с горки только. — А суши тебе у нас нравятся? — Мне нравятся, несмотря на то, что по-другому. — Чем отличаются? — У нас больше разной рыбы, и выглядят они по-другому: сверху рыба, а снизу рис. И они не жирные! Когда я ем «Филадельфию», сначала мне вкусно, а потом кажется, что слишком много сыра. Надоедает. Я его убираю. — А сама какую еду готовишь? — Более похожую на японскую. Русские блюда не пробовала готовить. Много пользуюсь соевым соусом. Обычно супчик томатный, крем-суп. Мне нравится русская еда, я в столовой часто кушаю. Салат под шубой люблю, пироги. — У балерин разве нет специальной диеты? — Я стараюсь много не кушать, не объедаться. Потому что перед репетицией будет очень тяжело. Я очень люблю шоколад, но всегда думаю, сколько я ела конфет за сегодня. Если не буду думать, то съем очень много. — Появились какие-нибудь любимые места в городе? Где тебя могут увидеть поклонники, например? — Люблю в кафешке около «Гринвича» сидеть, читать книгу. Давно уже никуда не ходила, потому что много спектаклей. Когда выходной, я хочу долго спать, а потом просыпаюсь, и надо комнату убрать, приготовить. Всякие домашние дела, а потом и день закончится. Но иногда в кино хожу. — Сколько времени проводишь в театре? — У нас утренняя репетиция начинается в 10:00, вечерняя репетиция с 17:00 до 21:00. Но перед спектаклями надо разогреваться, гримироваться, поэтому я прихожу заранее. Домой к 22:00 добираюсь. — Как в Японии празднуют Новый год? — В Японии празднуют тоже 31 декабря. Мы тоже покупаем мандарины, ждём куранты, и у нас есть символы года. По телевизору всей семьёй смотрим комедии, концерты. Перед Новым годом кушаем японскую лапшу из гречки, а 1-го собираемся всеми родственниками и дарим маленьким детям, допустим, племянникам, денежку в конверте, чтобы они купили то, что хотят. — Куда бы ты хотела поехать на гастроли? — Я мечтаю о Париже. Либо в какие-нибудь южные, тёплые места, где море есть. Мы один раз съездили в Израиль, нам понравилось. У нас было очень мало спектаклей и море рядом. — Раньше ты хотела поступить в Питер, а потом оказалась в Екатеринбурге? Есть планы на ближайшее будущее? — Я думаю, что пока здесь останусь. Никогда не сравниваю свою жизнь с жизнью других людей. Это моя жизнь, мой путь. Если что-то случится, то я поеду.