Деревянное сокровище Екатеринбурга: усадьба Филитц, в которой построили пивоваренный завод

Е1.RU продолжает проект, посвящённый истории Екатеринбурга. А точнее, «деревянным сокровищам» уральской столицы — самым красивым и необычным деревянным домам, уцелевшим в городе. И людях, которые жили в них и обитают сейчас. Сегодня речь пойдёт про усадьбу Э. Ф. Филитц. Инициалы Э. Ф. — это может быть и Эрнест Фердинандович Филитц, и Эмма Фёдоровна, его жена, которая после смерти мужа продолжала семейное дело. На территории улиц Луначарского — Карла Маркса — Мамина-Сибиряка — Энгельса (а раньше Васнецовской, Крестовоздвиженской, Водочной, Малаховской) находилась усадьба Филитц, которая состояла из пивоваренного завода, зданий служб, лавки, хозяйственных дворов и сада. Сейчас от усадьбы остался полукаменный двухэтажный дом в русском стиле. Красивый особняк на перекрестке улиц Мамина-Сибиряка и Энгельса чаще всего прячется за деревьями и скрыт от замыленного взора горожан. Тем более что рядом находится шумный зоопарк, и всё внимание обычно достаётся ему. Однако этот дом — немой свидетель истории города на стыке ХIХ и ХХ веков, взлёта и падения Екатеринбурга в таком неожиданном для него бизнесе, как пивоварение. Дом охраняется государством как памятник деревянного зодчества конца XIX века. Им любуются тысячи людей по пути в зоопарк, но мало кто знает о женщине, которая в нём жила, и о ее муже. Рельефная кирпичная кладка первого этажа, резные наличники и карнизы второго, деревянного, и необычная крыша над ним… Всё это выделяет его из построек того времени. Дом был построен по проекту известнейшего архитектора того времени Ю. О. Дютеля. Бросается в глаза его асимметричность и угловатость. — Дом был построен примерно в 1896 году по заказу Эммы Фёдоровны (Фердинандовны) Филитц. Дом асимметричен и имеет ярко выраженный угловой акцент. Важную роль в композиции дома играет силуэт — острый, динамичный, с затейливыми очертаниями различных по высоте кровель и навеса над парадным входом, — рассказал представитель Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры (ВООПИК) Олег Букин. Фотографии усадьбы всегда попадают во все архитектурные справочники в качестве иллюстрации русского зодчества. Внутри сохранилась часть оригинального декора и лепнины, однако дом тоже испытал варварскую перепланировку советского времени. Главный его фасад выходит на улицу Энгельса, там сохранился парадный вход, оформленный высоким каменным крыльцом с лестничными маршами на две стороны. Обращают на себя внимание всевозможные декоративные элементы, например, наличники с треугольными фронтонами. Особенно интересна решётка ограды: рисунок с завитками, растительным и геометрическим орнаментом. Про семью Филитц нам рассказал Владимир Микитюк, старший научный сотрудник Свердловского областного краеведческого музея. — Это была семья, как говорили впоследствии, «обрусевших» немцев, создавшая и поднявшая пивоваренное дело в городе до уровня Германии. Когда они прибыли в Россию из Пруссии и как они попали на Урал, доподлинно не известно, — говорит Владимир Петрович. Их было двое — муж и жена, Эрнест Фердинандович Филитц и его супруга Эмма Фёдоровна. Это уже на русский манер они себя так называли. Настоящее имя мужа, к примеру, было Эрнст Рудольф. Первые записи об их семье появились в 1879 году, рассказывает историк. Занимались они пивоварением, муж был матёр в этом деле, да и супруга неплохо разбиралась. До 1883 года глава семьи работал на пивоваренном заводе Гребенькова, он сохранился до сих пор на нынешней улице Розы Люксембург как завод напитков «Тонус». В 1883 году Эрнест Филитц подал заявление в Екатеринбургскую городскую думу с просьбой разрешить строительство собственного пивоваренного завода. К тому времени он уже обзавёлся некоторой недвижимостью, а впоследствии его земля занимала целый квартал в границах современных улиц Карла Маркса, Мамина-Сибиряка, Энгельса, Луначарского. Там он построил и пивоварню, и жилую недвижимость. — Детей у них не было, потому дом семьи Филитц был небольшой. Он был одноэтажным, деревянным. Пивоваренное производство находилось там же, на территории усадьбы (там, где сейчас находится зоопарк. — Прим. ред.), — рассказал эксперт. Но вскоре наступили трудные времена… Глава семьи решился на рискованный эксперимент — он начал выпускать фруктовую воду, что-то типа газировки, без получения разрешения на её производство. Он не получил на это соответствующий патент и не платил налоги, а государство внимательно за этим следило. В результате он оказался под судом за незаконную деятельность, и на какое-то время его даже лишили права на производство пива. Конечно, через некоторое время он всё восстановил, заплатил все положенные взыскания, но здоровье его это подорвало. Он заболел брюшным тифом и 2 февраля 1892 года скончался. Эмме Фёдоровне пришлось всё взять на себя. Она взвалила на себя не только контроль над производством, но и расширение бизнеса. — Для этого она стала открывать по городу пивные лавки и прочие питейные заведения как розничные точки, а также построила склады для оптовой торговли пивом, — пояснил Владимир Петрович и отметил, что Эмма Фёдоровна вскоре превзошла своего мужа. Если при нём производилось около 20 тысяч вёдер пива, то к началу XX века её производство увеличилось в четыре раза. Это, говорит историк, был нетипичный для того времени успех женщины-предпринимательницы, которая, оставшись вдовой, не доверила дело приказчикам, а лично занималась всеми делами, и торговлей, и производством. Новым форматом её бизнеса стали пивные рестораны. Публика прочих питейных заведений была невзыскательна и небогата, и для привлечения более состоятельных горожан на площадках её ресторанов стали проводиться концерты, играла живая музыка. Это было действительно новшеством. Хотя госпожа Филитц и не была очень богата, она много внимания уделяла благотворительности. Жертвовала вещи и деньги нуждающимся, а на народные гулянья предоставляла вёдрами своё пиво. За домом Филитц появился прудик и парк (пруд на реке Малаховке, притоке Исети, существовавшем до середины 1960-х годов, ныне замурованной в подземный коллектор. — Прим. ред.). Личного архива предпринимательницы не сохранилось. По редким фотографиям известно, что вела она активный образ жизни. Например, есть её снимки в походах по Уралу с туристической палкой. Периодически она посещала свою родину, а к ней приезжали родственники из Германии. Она одна из немногих горожанок, кто увлекался скачками, у неё была своя конюшня и породистый конь по кличке Защитник, который участвовал в скачках на екатеринбургском ипподроме, также принося ей доход. Прожила хозяйка долгую жизнь до 1919 года. Её производство было закрыто в 1914 году после введения государством сухого закона во время Первой мировой войны. — После революции у неё, конечно же, всё имущество отобрали, но город она не покидала. Её дом с садом и прудом сначала отдали под детский сад, а после 1920-х годов профсоюзы использовали его для размещения своих работников. Наследников прямых у неё не осталось, и сведения о её жизни практически утеряны, — рассказал историк. Не сохранилось даже могилы, как и самого лютеранского кладбища, где она была похоронена. Редакция E1.RU выражает благодарность за предоставленный материал екатеринбургским коллекционерам Д. Балакину, В. Хохлову, А. Зеленину, О. Бызову.