Деревянное сокровище Екатеринбурга: дом-сад первого агронома Урала Дмитрия Казанцева

Е1.RU представляет девятую часть проекта, посвящённого «деревянным сокровищам» Екатеринбурга — самым красивым и необычным деревянным домам, уцелевшим в городе. В этих материалах мы рассказываем о самих зданиях, историях и людях, с которыми они связаны. Ранее мы представили усадьбу Елизарьева, дом купцов Агафуровых, усадьбу Филитц у зоопарка, дом Лебедева и Марии Алексеевой на Толмачёва, дом Казанцева на Гоголя, Дом Иванова и Дом-музей писателя Бажова. Сегодня речь пойдёт о доме-саде знаменитого уральского садовода-мичуринца, одного из основателей садоводства на Урале, Дмитрия Ивановича Казанцева. Его дом на улице Октябрьской революции уникален — он был построен в конце XVIII века и представляет собой типичный образец жилища того периода. За зданием находится уникальный сад, где Казанцев первым на Урале начал выращивать яблони, груши и сливы. А вокруг возвышаются башни «Екатеринбург-Сити». Как рассказал корреспонденту E1.RU директор занявшего здание Музея истории плодового садоводства Геннадий Короленко, дом был возведён в конце XVIII века служивыми людьми, которые получили здесь участок от властей. — Дом соорудили из тех сосен, которые тогда росли здесь кругом, — рассказал Геннадий Короленко. — Это место было жуткой окраиной города. Улица Челюскинцев раньше называлась Северным переулком, и за ней начинался лес. Здесь селился простой рабочий люд, ремесленники: шорники, кузнецы, камнерезы. Дом двухэтажный, бревенчатый, на кирпичном цоколе. Окна в простых наличниках. В доме есть большая гостиная, прихожая. В здании оборудована мемориальная комната: здесь стоит стол Казанцева, за которым он писал свои произведения. Дмитрий Казанцев приехал в Екатеринбург из Нижнего Тагила. Родом он был из села Северо-Конево под Невьянском. Дмитрий был первенцем в крестьянской семье, в которой было 24 ребенка. Перебравшись в город, он начал работать конторщиком, затем стал бухгалтером в банке. Вскоре после переезда женился. Дочь сестры его жены — известная художница Ираида Нечкина-Финкельштейн. В 1900 году у Казанцева родился сын Валерий. Но с женой Казанцев жить долго не смог и развёлся. После развода он начал арендовать квартиры, преимущественно в районе городского пруда Екатеринбурга. В 1910 году Казанцева познакомили с молодой учительницей, выпускницей первой женской гимназии, и он снова женился. Казанцев не планировал снимать жильё всю жизнь: ожидалось прибавление в семействе, к тому же он с юности вынашивал и планы по созданию собственного сада. Пять лет он копил и присматривался к домам в Екатеринбурге. Его внимание привлёк дом на улице Коробовской (сейчас Октябрьской революции) — большая усадьба площадью 1 639 квадратных метров. Дом, который тогда сдавался квартирантам, стоил по тем временам космических денег — 3 500 рублей, при этом зарплата Казанцева была около 35 рублей в месяц. Но он, вероятно с помощью родственников, смог его приобрести. В 1914 году в доме начался полномасштабный ремонт, а в саду Казанцев высадил яблони. Своим садоводством он вообще вызывал здоровый для того времени скепсис у всех знакомых: они не верили в настоящий сад в Екатеринбурге — считалось, что климат для этого здесь не пригоден. Но яблони Казанцева уральские холода пережили, и он начинает расширять сад. Для начала он вместе с женой подготовил землю: вручную они очистили её от мусора, нечистот и камней. Это позволило посадить в саду вишни, грушу, крыжовник, смородину. За короткое время Казанцев смог создать морозостойкие сорта фруктов, которые были востребованы по всему Уралу. В 1926 году Казанцев списался со знаменитым Иваном Мичуриным, от которого получил саженцы яблони, груши, сливы и других растений, созданные великим селекционером. Параллельно он работал бухгалтером, чтобы кормить жену и двух родившихся детей — дочь Галину и сына Петра. В 1934 году Дмитрий Иванович вышел на пенсию и полностью занялся своим садом. В 1942 году, в самый разгар войны, Казанцев ушёл из жизни. Его дом и сад наследовали жена Анна Николаевна и дочь Галина Дмитриевна. Они вдвоём продолжали ухаживать за садом, вести опыты и наблюдения. В 1966 году дочь и мать приняли решение передать сад Педагогическому институту: они старели, чувствовали, что силы покидают их, и надеялись, что учёные вуза смогут дать саду новую жизнь. Но ошиблись. Фактически обменяв дом с садом на квартиру в городе, Казанцевы увидели, как детище Дмитрия Ивановича разоряется. В доме организовали общежитие для преподавателей, а из сада растащили для личных посадок уникальные образцы растений, после чего он был полностью заброшен. Попытавшуюся вмешаться в происходящее дочь Казанцева перестали впускать внутрь, заявив, что она теперь не хозяйка. С тех пор дом горел, в нём, по словам Короленко, одно время жили даже бомжи, и лишь в 1987 году усадьбу признали памятником истории и архитектуры. В 1990 дом пришёл в запустенье. Его хотели даже снести, но под колёса бульдозера кидалась лично Казанцева. Обивая пороги всех возможных инстанций, она добилась, чтобы в 1994 году были выделены деньги на создание в доме её отца музея. Дом был обследован и перестроен. Его вместе с садом передали Свердловскому областному краеведческому музею, сотрудники которого сейчас ухаживают за ними. Напомним, в мае 2009 года Музей плодового садоводства оказался в центре внимания общественности. Бывший директор музея Людмила Казимирова и другие активисты вышли на защиту старого квартала в центре Екатеринбурга, который должен был пойти под снос в связи со строительством комплекса «Екатеринбург — Сити». Накануне саммита ШОС предполагалось «зачистить руины» в центре Екатеринбурга. Позже состоялась презентация проекта «Арт-квартал. Город мастеров» — защитники старого квартала представили своё видение обустройства территории в квадрате улиц Челюскинцев, Октябрьской и Февральской революций, где располагается и усадьба Казанцева. На сегодняшний день окончательного решения по этому вопросу нет.