Уралец с сыновьями-музыкантами весь июнь собирает аншлаги на Плотинке. Рассказываем их историю

Две недели назад на Плотинке появился необычный ансамбль, который сразу привлек внимание жителей города. Семья из Каменска-Уральского, отец и двое его сыновей 9 и 12 лет, играют на скрипках и ударной установке всемирно известные мелодии — от саундтреков к сериалу «Бандитский Петербург» до In The Shadows финской рок-группы The Rasmus. Импровизированным концертам на набережной предшествует тщательная подготовка — с собой семья музыкантов привозит в Екатеринбург звукоусилительную технику. Главой семейного ансамбля оказался руководитель оркестра духовых инструментов Дома культуры «Юность» Александр Нечитайло (в ансамбле он играет на скрипке и гитаре). Мы поговорили с музыкантом из Каменска-Уральского и узнали, почему он решил играть на улице вместе с детьми, сколько часов подряд ансамбль может выступать на набережной и, где можно заработать больше — на Плотинке или на частных мероприятиях. — Почему вы решили приехать из Каменска-Уральского и выйти на Плотинку вместе с сыновьями? — Мой оркестр был создан после того, как я стал выступать на улице. Ко мне стали подходить люди и спрашивать, где выучиться игре на музыкальных инструментах. Так появился оркестр духовых инструментов при Доме культуры «Юность» в Каменске-Уральском, которым я руковожу. В нем занимаются и дети, и взрослые. Самому младшему музыканту — 9, возрастному — за 50. В начале июня в Екатеринбурге прошел парад духовой музыки. Всех руководителей [оркестров] собрали и сказали: вы неплохо репетируете, почему бы вам не встать на набережной и не сыграть марши или что-то современное, чтобы привлечь молодежь? Эти слова сподвигли меня на то, чтобы начать выступать на улице. Сейчас оркестра нет, потому что на дворе лето. Одни разъехались, другие не могут. Все равно это дети со стороны, с улицы, и собрать их мне сложно. Куда проще организовать собственных детей. Старший сын играет на скрипке, ему 12 лет. Младший — на ударных, ему 9. Они тоже играют в оркестре при ДК. — Как давно вы выступаете на набережной? — Две недели. — Сколько часов длятся концерты? — Мы, к примеру, были на Плотинке в течение пяти часов. Сначала отрабатываем программу. Она длится час. Потом гуляем полчасика и снова обкатываем программу. И так далее. Играем, в основном, эстрадную музыку, советскую и зарубежную: «Осенние листья», «История любви»... Самые популярные композиции. — Рядом с вами лежат визитки, на которых написано, что вместе сыновьями вы также выступаете на частных мероприятиях. — У меня есть разные визиточки. В одних говорится про мой частный семейный ансамбль, в других — про оркестр Дома культуры. Сейчас визитки с информацией об оркестре закончились, поэтому лежат только мои семейные. Но когда человек звонит, я рассказываю обо всем. — На каких мероприятиях выступает семейный ансамбль? — Часто люди просят скрипочку на детские праздники. В последний раз выступали на юбилее библиотеки в Каменске-Уральском. Потом поздравляли женщин накануне 8 марта... У нас есть строгое условие: мы не играем на мероприятиях, где предполагается распитие спиртных напитков. Это, например, свадьбы, юбилеи. То есть мы можем встречать гостей в фойе, на улице, если это свадьба, но не останемся на торжественную часть, когда начинаются спиртные напитки и танцы. — Выступления на улице — это своего рода реклама ансамбля, которая помогает получать больше заказов? — Целей тут может быть несколько. Например, мы выбрали новую программу для мероприятий, которые намечаются в городе. Можем репетировать ее дома, но нам ведь нужно ставить колонки, подключать аппаратуру. Получается не то. Поэтому мы выходим на улицу и прогоняем программу здесь. Репетируем, сами получаем удовольствие и приносим его людям. К нам часто подходят мамочки и папочки, которые видят детей и хотят, чтобы их дочери и сыновья тоже играли на музыкальных инструментах. Они спрашивают, как научиться, я даю им номер телефона и потом их дети приходят ко мне заниматься. Ну и еще одна цель — нам самим хочется реализоваться в свободное время, а иногда кто-то нам финансово поможет. — Сколько можно заработать, выступая на Плотинке? — Я не буду это говорить. — Раньше вы выступали в одиночку, а теперь с сыновьями. Наверно, когда прохожие видят детей, то и пожертвования больше? — Да, вы правы, конечно, сто процентов. Играя на улице, можно заработать гораздо больше, чем работая на любой другой работе. Это приносит хороший доход. — Вы выходите на улицу как уличные музыканты или согласовываете выступления с властями? — Просто выйти на улицу и петь до 11 вечера может хоть кто, а я еще и являюсь руководителем муниципального оркестра. Это уже о многом говорит. То есть это и есть мое разрешение. Я работник культуры. Мне [получать разрешение на выступление] не нужно. У самого себя что ли спрашивать разрешение? У нас нет агитации, разговоров в микрофон, рекламы и так далее, мы не устанавливаем большую аппаратуру. Кто-то вообще без колонок работает, с одной гитарой. С этими людьми больше проблем, чем с теми, кто работает со спецаппаратурой. Потому что вокруг музыкантов с гитарой собираются люди в нетрезвом состоянии. Они ведут себя неадекватно. Этим музыкантам полиция может даже без основания запретить выступать, потому что они ведут себя так, что родители стараются увести от них своих детей. Мы же делаем хорошую рекламу [Управлению культуры администрации города], и, в общем-то, Управление культуры это очень даже поддерживает, когда участвуют дети, когда дети веселятся, когда молодежь [смотрит и] хочет подражать. — За эти две недели, что вы репетируете программу в центре Екатеринбурга, у вас ни разу не возникали проблемы с полицией? — У меня был по этому поводу разговор с Крековым, я вот не помню его должность (речь идет о заместителе губернатора Свердловской области Павле Крекове. — Прим. ред.). Но он так улыбнулся и говорит: по этому поводу напрягаться не надо, у тебя какие могут возникнуть проблемы, если ты выйдешь и будешь петь? Ну надо будет, придешь [и получишь бумажку], пой пока, играй. Мы не работаем на улице, мы занимаемся любимым делом. Я бы не назвал это бизнесом. Сейчас ведь много ребят, которые зарабатывает этим деньги. Например, ведущий или тамада. Деньги им передают наличкой или по безналу. У кого-то есть ИП, у кого-то нет ИП. Но все ж работают. Все понимают, что услуги это — дружеские (или как кто их объясняет). Деньги берут и не платят налог. — Дети не устают, играя на улице по несколько часов? — Ну как? Они же в музыкальной школе работают. Они вынуждены играть по два, по три часа на инструментах. Это даже не обсуждается. Никто учителям не задает вопрос: почему вы заставляете детей играть по несколько часов? Я сам преподаватель. Дети сами рвутся, чтобы где-то себя реализовать. Им тут, на Плотинке, похлопают, руку подойдут пожмут. Поэтому они чувствуют себя здесь комфортно. — Как ваша супруга относится к выступлениям на Плотинке? — Мы работаем вместе. Она у нас звукооператор, поэтому мы здесь все трудимся. Ранее мы писали о школьнике-пианисте из Детской хоровой школы № 1 Екатеринбурга, который занял первое место на международном конкурсе в Белоруссии.