«В этих тетрадях писали Горбачев и Ельцин»: рубщик мяса собрал тысячи пожеланий Екатеринбургу

Мужчину с яркими тетрадями в руках можно встретить практически на всех крупных мероприятиях в Екатеринбурге. Он подходит к людям, просит написать пожелание городу или оставить автограф. Кто-то отмахивается, кто-то торопливо расписывается, кто-то пишет подробный отзыв. Человека с тетрадями зовут Денис Большаков, он считает себя летописцем Екатеринбурга, а некоторые горожане считают его фриком. Дениса это не обижает. «Городской сумасшедший, но я делаю доброе и нужное дело», — говорит он. Его дело — скрупулезно собирать информацию о проходящих в Екатеринбурге мероприятиях: от награждения полицейских до чемпионата мира по футболу, от аукционов и выставок до противостояния в сквере у Драмтеатра. Мы встретились с Денисом в фонде «Культурный транзит», куда он принес несколько десятков своих тетрадей. Он надеется, что в галерее проведут его выставку. Еще часть хранится в Музее истории Екатеринбурга. Всего у него 177 тетрадей по 60 листов каждая. К 300-летию Екатеринбурга Большаков хочет сделать 300 тетрадей. Кажется, на вопрос, для чего, он пока не ответил даже себе, гораздо больше Дениса захватывает сам процесс создания летописи Екатеринбурга. Летопись началась с автографа Антона Бакова Денис родился 45 лет назад в маленьком рабочем поселке Висим. «На родине Дмитрия Наркисовича Мамина-Сибиряка, — подчеркивает он. — Может, поэтому у меня тяга к творчеству». Но, несмотря на тягу к творчеству, после школы он отучился в горном техникуме в Нижнем Тагиле и пошел работать в артель старателей, заниматься добычей золота. Еще через четыре года, в 1998-м, женился и переехал в Екатеринбург. Устроился рубщиком мяса на рынок и работает им, с небольшими перерывами, вот уже двадцать лет. Фиксировать жизнь города Большаков начал в 2003 году. — До этого я вел дневники, записывал семейные события, задачи, вплоть до того, что надо купить, — рассказывает он. — В 2003 году на 280-летие Екатеринбурга встретил Антона Бакова, попросил оставить в дневнике какое-нибудь поздравление с Днем города. И пошло-поехало. И Горбачев, и Ельцин писали в этих тетрадях, губернаторы, мэры, художники. Горжусь, что Виталий Волович раз десять рисунки рисовал, Миша Брусиловский оставлял автопортрет. За все время, по прикидкам летописца, в его тетрадях оставили 5–7 тысяч записей и автографов. Самыми ценными после раздумий он назвал рисунки Виталия Воловича. На страницах не только записи и рисунки: Большаков украшает их вырезками из газет и журналов, которые берет бесплатно в кафе, а иногда специально ходит за ними в пункт приема макулатуры. — Тетради важны тем, что они сохраняют какой-то след: сейчас все сидят в социальных сетях, а у меня всё на бумаге. Я один-единственный такой, — говорит он. С рынка в художники и обратно на рынок В 2005 году Денис познакомился на рынке с преподавателем Архитектурной академии Тамарой Ивановной Шмалевой. Она часто приходила за мясом и заметила, что в свободное время он рисует. — Разговорились, она меня пригласила в гости, убедила, что нужно учиться, и стала готовить к поступлению на худграф в Нижний Тагил (факультет художественного образования Нижнетагильского государственного социально-педагогического института. — Прим. ред.) — рисовал голову, череп, посуду. Тамара Ивановна познакомила меня со многими художниками. Но и художником он не стал — говорит, что преподаванием рисунка много не заработаешь. Вместо этого решил продвигать свой летописный проект, перевелся в УрГПУ на заочку, вернулся в Екатеринбург, получил диплом специалиста по связям с общественностью. — Думал, устроюсь пиарщиком, уйду из рубщиков мяса, — рассказывает он. — После окончания пробовал работать по специальности, но это было достаточно сложно, нужно хорошее знание компьютера. В 2010-м Денис уехал в Москву, потом в Новосибирск, успел даже сделать несколько тетрадей про эти города, но вернулся в Екатеринбург и снова устроился на рынок. — Это случай, что я когда-то пошел работать рубщиком мяса, но вырваться из той колеи не смог, шел по накатанной, — говорит он. — График на рынке относительно свободный, в один день дежурю до восьми вечера, в другой — в одиннадцать нарубил мяса — и свободен. Тогда смотрю, где в Екатеринбурге какое-то крутое событие происходит, и стараюсь туда попасть. А сейчас, перед Днем города, взял неоплачиваемый отпуск, чтобы ничего не пропустить. Из-за тетрадей ушла жена Родители Большакова, оба врачи, его увлечение не поддерживают. Считают, что эти тетради «сломали ему всю жизнь», что он мог бы найти занятие посерьезнее и приносящее деньги: — Они говорят прямым текстом: ты подходишь к депутатам или губернатору, а что толку-то? Дали бы они тебе денег или на работу за 100 тысяч взяли, тогда бы мы поняли, что от тетрадей есть толк. По той же причине распался его первый брак, в котором родилось двое детей, и вторые отношения, в которых появилась дочь: женщины не одобряли, что он «с тетрадками по городу бегает». — Но сейчас на личном фронте у меня все хорошо, с пониманием относятся, — улыбается Денис. Денис тратит на свои тетради почти все свободное время и мечтает, чтобы его проект перешел на самоокупаемость и приносил небольшой доход — 25 тысяч в месяц ему было бы достаточно. Но как это сделать — не представляет: — Конечно, хочется, чтобы проект был на самоокупаемости, хочется найти людей, которые смогут продвигать его. Хотел бы получить грант на создание сайта, чтобы отсканировать тетради и выложить. Писал письма губернатору, и к Козицыну обращался года три назад, и к Павлу Крекову (вице-губернатор, ранее министр культуры Свердловской области. — Прим. ред.). Тишина, воз и ныне там. Однажды только на покупку тетрадей и ручек председатель думы Игорь Володин дал 10 тысяч, и другие депутаты тоже — всего получилось 15 тысяч. Большаков признается, что иногда возникает желание бросить летопись, но он не решается: — Почему? Это стержень, самореализация моя. Может, чтобы самому себе что-то доказать, может, известности хочу. Это я себя так успокаиваю, чтобы продолжать. Мне важно, чтобы эти тетради не потерялись, чтобы их сейчас смотрели, а не через 50 лет. Может, мне куратора не хватает, который бы помогал и направлял в нужное русло. Конечно, хотелось бы заниматься любимым делом и зарабатывать. Я шучу, что после моей смерти это будет интересно к прочтению. Ван Гог ведь при жизни только одну или две картины продал... Кстати, в 2017 году Денис Большаков несколько месяцев был хранителем Водонапорной башни.