Почему новенькую набережную у ледовой арены постоянно топит? Проектировщики объяснили, что так и задумано

Весной прошлого года в центре Екатеринбурга появился «Уральский лес». Набережную и мини-парк под таким названием открыли у новенькой ледовой арены.

Вот только не прошло и года, как эта территория стала уходить под воду. Во время проливных ливней и паводка ситуация стала особенно заметной. Разработкой проекта занималась компания «ЭсЭндПи». Ландшафтные архитекторы подробно объяснили, почему потопы — нормальное явление, которое учитывали изначально, и рассказали, грозит ли это разрушением набережной. На все вопросы горожан ответила директор фирмы Татьяна Комова.

Этим летом Исеть показала себя совсем не такой, какой мы привыкли видеть ее большую часть года. После экстремальных осадков уровень воды значительно поднялся, и нижние террасы набережной у «УГМК-Арены» оказались затоплены. Фотографии с затоплениями вызвали заметную дискуссию. На первый взгляд, всё выглядит просто: вода поднялась, часть амфитеатров оказалась под водой, значит, что-то было рассчитано неправильно. Но в случае «Уральского леса» всё ровно наоборот.

То, что мы видели, во многом является именно тем сценарием, который обсуждался ещё в самом начале проектирования. Одним из первых принципиальных вопросов в диалоге между проектировщиками и городом было то, как новая набережная должна взаимодействовать с Исетью.

Можно было пойти традиционным путем: максимально жестко отделить общественное пространство от воды, укрепить границу реки и проектировать всю территорию исходя из одного неизменного уровня, но в результате обсуждений выбрали другой подход.

Реку решили не изолировать от города, а сделать частью его жизни. Люди должны были иметь возможность находиться непосредственно у воды, а само пространство — адаптироваться к естественным колебаниям ее уровня. Именно поэтому «Уральский лес» проектировался не как статичная набережная, а как меняющийся ландшафт.

При этом парк не перестает работать: движение продолжается по более высоким маршрутам, основные связи сохраняются, а общественное пространство просто переходит в другое состояние. В этом и состоит суть климатически устойчивого проекта.

Любой инфраструктурный проект, конечно, должен соответствовать действующим нормам и гидрологическим расчетам, но нормы неизбежно опираются прежде всего на статистику прошлого — а проект, который должен существовать десятилетиями, приходится создавать еще и с пониманием будущего.

Уже во время разработки «Уральского леса» было очевидно, что климат становится менее предсказуемым. Экстремальные осадки, длительная засуха, резкие изменения уровней воды будут происходить чаще. Поэтому задача заключалась не в том, чтобы найти единственный «правильный» уровень Исети и навсегда зафиксировать вокруг него городское пространство, а в том, чтобы создать ландшафт, способный принимать изменение как часть своей нормальной жизни.

Именно поэтому сегодняшняя ситуация представляет особый интерес. Правильный вопрос сейчас не в том, смогла ли вода попасть на территорию парка. Разумеется, смогла — нижние уровни для этого и существуют. Гораздо важнее другое: перестал ли парк из-за этого функционировать? Нет.

Вода заняла пространство, которое может временно работать как часть реки, а верхняя система маршрутов продолжила выполнять свою функцию. Для проектировщиков это, пожалуй, одно из самых убедительных подтверждений правильности выбранного подхода.

Особая геометрия водных амфитеатров также была продиктована не только эстетикой. В этих местах пространство реки становится шире, и это имеет вполне практический смысл.

Чем сильнее большой объем воды сжимается в узком русле, тем выше может становиться скорость потока и тем больше воздействие на берега. Если же воде дать дополнительное пространство, она может распределиться по более широкой зоне.

Такое решение позволяет уменьшить скорость потока и снизить риск эрозии вновь сформированных берегов. Поэтому затапливаемые нижние террасы — это не потерянное общественное пространство, а пространство двойного назначения. Большую часть времени оно используется людьми, а в отдельные моменты помогает реке принять дополнительный объем воды.

Так сегодня проектируют всё больше климатически адаптированных городских территорий: вместо бесконечной борьбы с природными процессами им дают безопасное место внутри городской структуры.

Тот же принцип использовался при проектировании нового пешеходного моста. Во время высокого уровня воды особенно важно не создавать ненужных препятствий для потока.

Старые мостовые конструкции нередко сужают эффективное сечение русла, создают локальные заторы, турбулентность и дополнительную нагрузку на берега. Поэтому новый мост рассматривался не просто как красивый объект над рекой. Он проектировался как часть гидрологической системы территории — с пониманием того, что Исеть время от времени будет не тихим фоном для городского пространства, а гораздо более мощным природным потоком.

Не меньше вопросов вызывают фотографии молодых деревьев, оказавшихся в затопленной зоне. Но и здесь выбор был осознанным.

В наиболее подверженных колебаниям уровня воды местах использованы прежде всего представители родов «Ольха» и «Ива». Это виды, которые естественно связаны с речными долинами и поймами.

Для них высокий уровень грунтовых вод, переувлажнение и периодическое затопление — не аномалия, а часть естественной среды обитания. Именно поэтому они и были выбраны для этой части проекта.

Разумеется, существует один дополнительный фактор риска: нынешнее экстремальное событие произошло уже в первый год после посадки. Молодое, недавно пересаженное дерево еще не имеет той развитой корневой системы, которая появляется через несколько лет, поэтому состояние посадок после схода воды необходимо будет внимательно оценить.

Если отдельные экземпляры не переживут столь раннего экстремального испытания, они будут заменены в рамках гарантийных обязательств. Это стандартная практика периода приживаемости, но сам факт нахождения этих видов в зоне временного затопления не является неожиданностью. Напротив, именно такие условия учитывались при их выборе.

Есть еще один момент, который важно проговорить без лишней идеализации: когда вода уйдет, нижние уровни парка потребуется очистить.

Придется убрать ил, ветки и принесенный рекой мусор. Возможно, где-то понадобится локальный ремонт покрытия или восстановление отдельных элементов. И это тоже совершенно нормально.

Климатически устойчивый ландшафт — это не ландшафт, на котором экстремальное природное событие не оставляет вообще никаких следов. После сильного шторма город убирает упавшие деревья, после снегопада ремонтирует поврежденные элементы, после аномальной жары усиливает уход за растениями, после паводка очищает территории, которые принимали воду. Устойчивость не означает отсутствие обслуживания. Она означает отсутствие системного отказа.

Есть большая разница между пространством, которое после редкого экстремального события необходимо очистить и местами отремонтировать, и пространством, которое в результате такого события перестает функционировать. «Уральский лес» создавался именно для первого сценария.

Долгое время развитие городских набережных строилось вокруг одной идеи: воду необходимо контролировать. Реки выпрямляли, сужали, заключали между жесткими берегами и старались сделать максимально предсказуемыми. Сегодня всё очевиднее, что у такого подхода есть предел.

Поэтому всё более важным становится другой принцип: не пытаться исключить природные процессы из города, а создавать для них пространство, в котором они не разрушают его работу.

Именно в этом заключается одна из главных идей «Уральского леса». При низкой воде человек подходит к самой реке, при высокой воде река подходит ближе к городу. При этом между ними не возникает конфликта, который обязательно должен закончиться поражением одной из сторон. Ландшафт просто меняется.

В этом смысле нынешний подъем Исети — не столько проблема проекта, сколько его первый серьезный экзамен. И то, что вода вошла на нижние уровни, само по себе не говорит о том, что проектировщики ее не предусмотрели. Скорее, наоборот: именно потому, что подъем воды был предусмотрен, ей есть куда прийти.

Расширенное пространство у амфитеатров принимает часть объема воды. Нижние уровни временно становятся частью реки. Пойменные виды деревьев приспособлены к таким условиям, верхние маршруты продолжают работать, мост не создает ненужной преграды потоку, а после снижения уровня воды территории будут очищены и снова вернутся городу.

Это и есть главное различие между традиционной набережной и климатически адаптированным ландшафтом. Первая пытается заставить реку всегда оставаться прежней, второй создается с пониманием того, что река меняется.

И, возможно, именно такие пространства нам всё чаще придется создавать в городах будущего.

Что касается пешеходного моста через Исеть, то его строят параллельно с подземным тоннелем под улицей Куйбышева. Их открытие запланировано на ноябрь.