«Эксплуатация окружающих — законная форма моего существования». Журналист-колясочник — о синдроме беспомощности

Бывший журналист «Комсомольской правды» Александр Беляев с 2019 года живет без ноги. Оказавшись в инвалидной коляске, он столкнулся с проблемами, о существовании которых даже не догадывался. По просьбе E1.RU Беляев пишет колонки о том, как в Екатеринбурге живется человеку с ограниченными возможностями здоровья. В прошлый раз он рассказывал, как учится ходить на протезе, а в этот раз объяснил, как справился с «синдромом выученной беспомощности». За те почти полтора года, что прожил без одной ноги, заметил за собой новую неприятную привычку. Я могу попросить кого-нибудь сделать то, что мне и самому вполне по силам. Например, принести что-нибудь с кухни. Осознав всю глубину личной подлости и испытав к себе легкое отвращение, стал контролировать себя, но это оказалось не так просто. Почему? Ответ на этот вопрос стал искать в медицинской литературе. Просто по причине природной дотошности, чтобы не сказать — занудства. И нашел. Есть, оказывается, такое состояние человека, которое называется «заученная беспомощность». Феномен открыт американским психологом Мартином Селигманом еще в 1967 году. Мне сразу полегчало. А я-то решил, что всему виной моя природная лень. Но совесть все-таки грызла, как бешеная собака, и я решил избавляться от дурной привычки. Кстати, о собаках. Этот мистер Селигман для доказательства своей теории проводил на них в психологической лаборатории Пенсильванского университета бесчеловечные опыты — а какие же еще эксперименты можно проводить на животных? Американский ученый вместе с примкнувшим к нему садистом Стивеном Майером наловили четвероногих, заперли их в одной клетке и поставили опыт. При звуке определенного тона животных били током. Сами ученые издавали эти звуки или использовали специальную аппаратуру — об этом история умалчивает. Собаки хотели бы убежать, но, как вы понимаете, попытки были безуспешными. После этого исследователи клетку открыли и продолжили опыт. Но друзья человека, услышав ненавистные им звуки, уже не пытались убежать, а покорно ложились на пол, подставляя тела под электроды. Они смирились со своим страданием, привыкли к его неизбежности. И после безуспешных попыток смыться получили ту самую «заученную беспомощность». Селигман, продолжив опыты на людях, пришел к выводу: «Индивид не предпринимает попыток к улучшению своего состояния, хотя имеет такую возможность. Это происходит после нескольких неудачных попыток воздействовать на отрицательные обстоятельства среды и характеризуется пассивностью, отказом от действия, нежеланием менять враждебную среду или избегать ее. У людей сопровождается потерей чувства свободы и контроля, неверием в возможность изменений и в собственные силы, подавленностью, депрессией и даже ускорением наступления смерти». Исследователь получил за свою теорию премию Американской психологической ассоциации. Майера почему-то от награды оттерли. Но я все-таки больше похож на человека, чем на собаку. Хотя бы потому, что на мне все гораздо медленнее заживает, в том числе и операционные травмы. Тем не менее я составил список дел, которые не буду поручать другим. Тем более что дочь приезжает не каждый день, и все равно надо самому заниматься домашними делами. Правда, беда с мытьем посуды. В хрущевке на коляске к раковине ни в кухне, ни в ванной комнате не подъедешь, а если на костылях освободить две руки — можно и на пол сверзиться. Но ничего, приспособлюсь как-нибудь. Я же не американская собака, могу пользоваться рекомендациями психологов в интернете. Например, Светланы Трошиной, которая дает кучу советов. Правда, не все мне нравятся, но, возможно, они подойдут вам. Кстати, пользоваться ими могут не только инвалиды, но и кто угодно, попав в жизненный тупик, из которого трудно найти выход. Например: «Делайте то, что можете делать». Это мне особенно нравится, но не совсем подходит, поскольку я хочу пытаться делать то, что кажется сейчас невозможным. Правда, тут же идут советы: «Прогуляйтесь, прочитайте книгу, отожмитесь, почистите зубы, решите, что приготовите на ужин, сделайте перестановку в комнате». Ну, насчет перестановки мебели психолог погорячилась. Это уж как-нибудь без меня. А вот про обдумывание меню ужина мне очень понравилось. Вот сейчас же этим и займусь. Александр Беляев ранее рассказывал, что ему приходится постоянно подтверждать свою инвалидность. Когда он остался без ноги, то столкнулся со множеством непрошеных советов. Также Александр писал о том, как уберечь психику после ампутации и сохранить душевное равновесие. Еще он поделился своими размышлениями о правах инвалидов на удобное жилье.