Из столичного режиссера в волонтера в Донбассе. Как нищий беспризорник и попрошайка стал блогером-миллионником

— Я просто решил спасти этого парня, неудачника, который вечно где-то на задворках и он стесняется зайти в магазин, потому что он в оборванной одежде. Я его охраняю всячески и надеюсь, что его никто не будет обижать.

Это сейчас Алексей Смирнов ведет канал на YouTube с аудиторией почти в два миллиона подписчиков, оказывает гуманитарную помощь мирным жителям в зоне вооруженного конфликта. Но его детство прошло в ужасающих условиях, которые будто бы срежиссировал сам Балабанов. Подростком он скитался по улицам Ханты-Мансийска, ночевал в дорожной сумке, собирал бутылки, чтоб раз в сутки поесть самую дешевую заварную лапшу. До 20 лет молодой человек и вовсе жил без документов. Первый паспорт он выбил через суд. А потом с таким же упорством пробился в столице в качестве режиссера. Но спустя несколько лет решил сбежать от московской тусовки на Донбасс. Наши коллеги из 72.RU рассказывают, как беспризорник стал блогером-миллионником и создателем гуманитарного батальона.

Алексей родился в 1984 году в деревне Погорелка Абатского района. Он рос в многодетной семье, помимо него у матери было еще четверо сыновей. Все — от разных отцов. Его мать не отличалась особой любовью к детям, и, как позже признаётся сам Алексей, рожала только для того, чтобы просить милостыню.

— На нее было [заведено] уголовное дело за то, что она однажды украла ребенка чужого, чтобы милостыню просить. И когда ребенок становился старше, но и, по всей видимости, умнее, его просто выбрасывали. Деньги матери уходили на какие-то пьянки, какие-то тусовки, на которые тебя никто никогда не приглашал, естественно, — рассказывал Алексей в интервью.

Родного отца мальчик тоже не знал. Папой он называет человека, от которого ему досталась фамилия и еще несколько тяжелых воспоминаний в копилку. В одном из интервью Смирнов рассказывал, как отец его ненавидел и несколько раз пытался убить.

— Я не помню, сколько мне было, вот ощущение, что мне было либо три, либо четыре. Вот я прям совсем малой. И я помню, как этот отец меня ненавидел, что он пытался меня закрыть в бане, полностью затопив ее, оставив меня, подперев [дверь]. Меня спас дедушка. Другой раз он пытался меня утопить. Он бросил меня в течение, в реку. И я помню вот эти вот пузырьки перед глазами, рука дедушки, и он меня за волосы достает.

С матерью Алексей прожил недолго. В детстве он попал с обморожением рук и ног в больницу, но сбежал оттуда обратно к маме. Однако в бараке, где они тогда жили с семьей, никого не было. Лишь груда картофельных очистков, под которыми с разбитой головой лежал его младший брат. После этого Алексей попал в Таловскую школу-интернат в Воронежской области.

Он пробыл там несколько лет, пока родная бабушка не воссоединила всю семью и не забрала всех пятерых братьев из интернатов разных городов к себе в Югру, в поселок Большие Леуши. Помимо внуков у женщины были на попечении семеро своих детей. Через год как она забрала мальчиков к себе, ее супруга убил бензопилой наркоман и женщине пришлось одной воспитывать 12 детей. Семья жила впроголодь и из еды были только картофель с огорода и молоко. Алексей вспоминал, что курица для него была «возведена в ранг королевской еды», потому что ее они могли позволить себе только на Новый год. Никаких выплат на внуков не было из-за элементарного отсутствия документов у детей. До 20 лет Смирнов жил без паспорта.

— Получилось это из-за закона 1992 года, по которому человек, находящийся в России на момент распада СССР, должен подтвердить свое подданство, — рассказывал Алексей журналистам. — А я был подданным улиц, так как до 1993 года был беспризорником. Затем попал в интернат, но у меня не было никаких документов. А запрос в деревню Погорелка, где я родился, ничего не дал. У меня всё это время не было никаких документов, а у бабушки в итоге отобрали опекунство. Так я после 9-го класса оказался с братом в Ханты-Мансийске. Он поступил на мастера строительно-отделочных работ, а я пытался всеми правдами и неправдами попасть в 10-й класс в районе Самарово. Нам было негде жить, мы подрабатывали, чтобы хоть что-то есть. Учителя первые полгода за мной наблюдали и сказали: «Видимо, документы ты не принесешь. А раз ты в голодные обмороки падаешь, то давай сначала реши проблемы, а потом приходи учиться».

Долгое время Алексей выживал в ужасных условиях. 16-летний подросток, чтобы хоть как-то заработать, сдавал бутылки. На деньги с них он мог позволить себе только дешевую лапшу «Александра да Софья».

— На тот момент губернатором ХМАО был Александр Филиппенко, — рассказывал блогер. — Мне казалось, что только он сможет мне помочь (получить документы. — Прим. ред.). Поэтому я пришел в его приемную, но меня не пустили, так как не было документов. Чудом меня заметила женщина из приемной и пропустила к губернатору. А он меня устроил в профессиональное училище № 10 на судовождение, там дали общежитие. Я учился несколько лет, вышел на практику, но оказалось, что у меня цветоаномалия и я непригоден для профессии. Документы у меня по-прежнему отсутствовали. Из училища меня тоже выгнали.

В один из дней он прочитал в газете объявление о вакансии фотокорреспондента. На тот момент у молодого человека не было ни документов, ни образования, ни даже умения печатать. Полгода он бесплатно трудился в газете обычным уборщиком, а по вечерам, когда все уходили, учился работать на компьютере.

В 2004 году Алексей все-таки получил свой первый паспорт. Добиваться его пришлось через суд. Через год поступил в югорский вуз на факультет журналистики. После этого молодой человек устроился в другое издание, еще позже начал выпускать газету «Мой город без цензуры». Владельцем СМИ был югорский журналист Виктор Федосенко. Издание выходило раз в неделю и специализировалось на материалах расследовательского характера. Большинство статей газеты были посвящены критическим материалам, героями которых становились чиновники, политики, бизнесмены разного уровня.

Смирнов рассказывал, что редакция подвергалась преследованиям и на регулярной основе сотрудничала с Фондом защиты гласности (признан в РФ иностранным агентом в 2015 году), фондом «Новая Евразия» и Центром экстремальной журналистики. Из-за угроз Смирнову пришлось уехать в Екатеринбург, где он решил сменить род деятельности и начал снимать социальное кино.

— Там решил, что кино — это то, где можно что-то сказать, но не показывать пальцем на человека. Поэтому появилась идея снять социальный фильм «Колыбель» (18+). Я это и сделал в 2011 году. Я просто взял за основу те события, которые происходили со мной, а также случай в ХМАО, когда дети замерзли в канализационной шахте. В итоге фильм вошел в обязательную программу многих исправительных учреждений, а также стал пособием для показа неблагополучным семьям. Например, в фильме есть сцена, где главный герой достает из урны банановую шкурку — кладезь питательных веществ. Их никто не ест, но это находка для беспризорников. Всё это было в моей сиротской жизни, — признается позже Смирнов.

Так началась его режиссерская карьера. Молодого человека позвали в Москву продюсировать собственный полнометражный фильм «Сомнамбула» (18+). Часть съемок прошла в Екатеринбурге, а другая — в Москве. Лента вышла в 2012 году. Саундтрек к фильму написал солист группы «Мачете» Ярослав Малый. Сюжет основан на личной истории Смирнова, который в детстве был болен сомнамбулизмом. В фильме переплетаются две ветви повествования: одна — хроника болезни главного героя, а вторая — вымышленная история из жизни персонажа во взрослом возрасте.

Следующим проектом должен был стать фильм «Архи» (18+). По словам Алексея, он был отснят на 90%. В ленте бесплатно снялись Артур Смольянинов (признан в РФ иностранным агентом в 2023 году) и Янис Политов. Всё шло хорошо, пока в один момент Смирнов не решил кардинально изменить свою жизнь.

— У меня развернулась внутренняя драма, когда мне захотелось убежать от всего и делать что-то настоящее, без притворства, когда приходится проводить кастинги, ходить на тусовки с кучей коктейлей и девушек, — рассказывал Смирнов журналистам. — В итоге деньги, которые я должен был потратить на фильм, вложил в людей в Донбассе. Эти истории стали для меня холодным душем и вырвали из круговорота кино, вечеринок, драматических мыслей о несостоятельности.

Деньги, выделенные на проект, Алексей пустил на гуманитарную помощь. Так, в 2014 году московский режиссер и бывший беспризорник отправился в качестве волонтера на Донбасс. Там он создал гуманитарный батальон «Ангел», который помогал мирному населению в зоне вооруженного конфликта. Участники привозили продукты питания и медикаменты в горячие точки и эвакуировали пострадавших. Но в 2016 году Смирнова арестовывает МГБ ДНР за незаконное хранение оружия. Девять месяцев он пробыл в СИЗО в Донецке.

— Я сидел в том блоке, где обычно держат пожизненно заключенных. Бо́льшую часть времени я провел в одиночной камере, — вспоминал экс-журналист. — За это время у меня изменилось осознание. Сначала я взывал к совести, справедливости, вспоминал, сколько людей спас. За всё это время, что мы помогали, ни один из российских чиновников в нашу сторону хорошего слова не сказал.

После того, как все обвинения были сняты, Смирнов преобразовал батальон «Ангел» в официальный фонд. Чуть позже, в 2020 году, он создал канал на YouTube «Крупнокалиберный Переполох», где тестирует и рассказывает о разных видах оружия. В выпусках фигурируют как советская классика (автомат Калашникова, снайперская винтовка Драгунова, легендарные ППШ и винтовка Мосина), так и более современные виды стрелкового оружия, а также гранаты, огнеметы, противотанковые мины, БТР, РСЗО и даже танки. Сейчас на канале больше 1,7 миллиона подписчиков, а в Telegram — больше 300 тысяч.

По словам Смирнова, средства от монетизации роликов на YouTube и донаты от подписчиков идут на гуманитарную помощь людям, живущим в зоне боевых действий. Другая часть денег поступает с продажи ножей ручной работы с осколками снарядов.

После начала СВО Алексей Смирнов остался на Донбассе и продолжил помогать мирному населению.

— Когда-то еще в самом детстве, я дал себе [обещание], — рассказывал Алексей в интервью. — Когда мне было семь лет, когда у меня были отморожены руки, у меня было заражение крови. Я попал без документов, без ничего в интернат. И мне парень там читал библию. Тогда дал себе четкое обещание, я помню. Я сказал, что когда вырасту, я буду помогать таким же, как я.