«Жили как семья». В Екатеринбурге соседка украла «путинские» миллионы у матери погибшего бойца СВО

83-летняя Валентина Ивановна из Екатеринбурга потеряла сына на СВО. Мать погибшего бойца оформила и получила посмертные выплаты, но деньги с ее счета потихоньку стала снимать соседка по коммунальной квартире Татьяна. Она обналичивала то небольшие суммы, то сразу по 100 тысяч рублей. В общей сложности с карты пропало почти 4,5 миллиона.

Родные даже не знали, что бабушка получила «гробовые», ведь для этого нужно было съездить в военкомат и написать заявление, а пенсионерка в последние годы плохо ориентировалась в пространстве и даже не узнавала близких. Оказывается, разобраться с бумагами ей помогла всё та же соседка.

Внук пенсионерки обратился в суд и выиграл процесс. Теперь Татьяна должна вернуть деньги, но многодетная мать, работающая помощником повара в садике, даже не может представить, сколько лет ей потребуется, чтобы отдать всю сумму. Она настаивает, что деньги не воровала.

Куда ушли «путинские» миллионы, разбираемся в нашем материале.

У Валентины Ивановны два сына. В 2012 году она продала свою двушку в Екатеринбурге, чтобы купить квартиру побольше и съехаться с семьей младшего. Старший жил в коммунальной квартире и страдал алкоголизмом, рассказывают близкие. В конце концов это отразилось на его здоровье: он заработал тяжелое неврологическое заболевание.

Пожилая мама решила переехать к сыну, ведь сам он уже не мог себя обслуживать, но вскоре и ее состояние стало пугать родных.

«У нее была деменция, она отца не узнавала, маму, меня, терялась на улице. Мы ее искали, забирали из больниц. Когда мой отец ушел на СВО, она уже ничего не понимала», — рассказывает внук Валентины Ивановны.

По словам Антона, отец, который работал водителем, ушел в зону спецоперации внезапно, не посоветовавшись с родными.

«Папа никому не объяснял, почему он пошел на СВО. Он просто пришел и сказал, что уезжает. В мае 2024-го он получил ранение, приехал на три дня сюда. Отдельно меня отвел и сказал, чтоб я заботился о бабушке и о маме», — вспоминает сын погибшего.

Боец отправился на СВО в марте, а в конце июня пропал. До сих пор о его судьбе ничего не известно. Сын искал его сослуживцев, но никто из них не вышел на связь, а их родственники ничего не смогли рассказать.

«Тело до сих пор не найдено. Мы признавали его погибшим через суд, и решение есть только у меня. Я давал его маме, чтобы она оформила выплаты. Без него нельзя подать заявление. Как у бабушки его приняли, мы не понимаем», — говорит Антон.

Мама погибшего получила ровно половину выплат, положенных после смерти бойца (по закону вторая часть досталась вдове). После этого, говорит Антон, начались странные вещи.

«Я приходил к бабушке, но мы общались только через окно. Дверь мне не открывали. Хотя я слышал, что в квартире помимо нее кто-то есть, бабушка выходила в коридор и говорила: „Открой дверь-то“, — вспоминает внук Валентины Ивановны. — Я вызывал участкового, но Татьяна заявила, что я никто».

Узнав, что с карточки бабушки пропадают деньги, внук написал заявление в полицию, но сперва возбуждать уголовное дело там отказались. Через прокуратуру и личный прием начальника МВД города, рассказывает Антон, он всё-таки добился того, чтобы соседку обвинили в краже.

«Она ходила и снимала в банкоматах по 100–300 тысяч в день. Куда она их тратила, вообще не понятно, но точно не на бабушку. В комнате, в которой она жила, полная разруха: обоев нет, потолка нет, стояло два матраса, телевизор висел небольшой, холодильник — больше не было там ничего. Сама комната раньше принадлежала бабушке, но она продала ее этой же соседке, якобы потому что ей не хватало денег на жизнь», — говорит внук.

Чкаловский суд признал соседку виновной в краже в особо крупном размере, 27 августа ее приговорили к пяти годам условно. Четыре с лишним миллиона Татьяна должна вернуть внуку пенсионерки, который теперь официально ее опекун, но сама она виновной себя не считает.

Женщина уверена, что ее осудили напрасно. Она не скрывает того, что помогла пожилой соседке оформить выплаты и пользовалась ее карточкой. Пенсионерка сама дала ей ПИН-код.

«Они с сыном самостоятельно не ходили в магазины, я покупала им продукты. Они меня просили денежные средства снимать. Мы всегда друг другу помогали вообще во всём. Мы жили как семья. Дети мои Валентину Ивановну назвали бабушкой, а их родственники им вообще не помогали. Этот внук там не появлялся», — рассказывает Татьяна.

Соседка говорит, что было время, когда она выручала пенсионерку деньгами. Заполняла ее холодильник продуктами за свой счет, оплатила дезинсекцию от клопов, которые расплодились в квартире, и даже, говорит, покупала бабушке мебель. Женщина утверждает, что из-за этих трат ей самой пришлось влезть в долги.

«Денег вообще не хватало. Приходилось брать кредиты, не успевала погасить. Я попросила Валентину Ивановну помочь закрыть их, когда она получила выплаты. Я взяла 542 тысячи только на кредит, миллионов я не тратила. Много денег уходило на продукты, они с сыном очень много ели», — говорит Татьяна.

У осужденной четверо детей. Старший ребенок уже совершеннолетний, младшему всего три года. Муж — вахтовик, а сама она — помощник повара в детском саду. Теперь женщина переживает, как судимость отразится на ее работе.

«Сейчас придет исполнительный лист, ну как-нибудь буду выплачивать, лишь бы они отстали от меня. Они мне спокойно жить вообще не дают, — говорит Татьяна. — Бабушку они забрали, а сын ее до сих пор живет в нашей квартире. У него нет ни пенсии, ни инвалидности, ни дохода. И я его содержу».

Ранее мы писали, как мать бойца СВО отдала мошенникам его посмертные выплаты, а еще писали, как с карточки екатеринбуржца, погибшего на СВО, пропали все деньги.