«Увидел в туалете режиссера и застеснялся»: история уральца, который находит миллионы на съемки кино

Екатеринбургскому режиссёру Ивану Соснину 27 лет. Он никогда не учился ни на сценариста, ни на режиссёра и вообще должен был получить диплом металлурга. Ещё в школе он начал снимать забавные ролики, а несколько дней назад у него вышел фильм с актёром Алексеем Серебряковым. Это одна из короткометражек киноальманаха «Иваны, помнящие родство». Когда выйдут все серии, режиссёр планирует объединить их в один полнометражный фильм. Металлургом Иван так и не стал и сейчас работает креативным директором агентства Red Pepper Film — он режиссер, монтажер, а в некоторых фильмах и сценарист. Иван рассказал E1.RU, почему он начал снимать кино и сколько на это нужно денег. — Расскажите про свой первый фильм и когда начали снимать. — В школе я снимал смешные ролики сам. Мы записывали их на диски и раздавали в школе, все смеялись, хотя там были абсолютно дебильные и бессмысленные ролики. Я снимал на старый фотик, а потом мама мне подарила камеру ручную, Panasonic, по-моему. Затем, когда я переехал из Невьянска в Екатеринбург, я стал снимать клипы для групп. И первый наиболее серьёзный снял для «Сансары» на песню «Гений». На съёмках я познакомился с Яной, она сейчас работает продюсером в нашем агентстве, а недавно мы поженились. — Это клип, а если говорить уже про фильм? — Примерно два года назад мы с ребятами из агентства решили снять свою первую короткометражку «Письмо» — про бабушку и внука. Я написал сценарий, мы нашли продюсера, спонсора, который нам дал небольшое количество денег безвозмездно, просто потому что хотел сделать доброе дело. Выбрали локацию, нашли актёров и сняли. С этого всё и началось. И к сегодняшнему дню я снял где-то семь фильмов короткометражных. С каждым разом и актёры, и фильмы становятся всё серьёзнее. — По образованию вы ведь не режиссёр? — Вообще не режиссёр. Я учился в УрФУ на металлургическом факультете, на кафедре «Теплофизика промышленных печей», и не закончил. За два месяца до диплома мой сценарий выбрали для съёмки рекламного ролика с Сергеем Светлаковым в Киеве про банк «Кольцо Урала». И у меня был выбор — ехать на съёмки либо подготовиться к диплому. Я выбрал съёмки, потому что подумал, что больше такого шанса не будет. Мама меня поддержала. Всё классно, ролик вышел, но меня до диплома не допустили. Мне кажется, что преподаватели до сих пор думают, что я занимаюсь какой-то фигнёй. — У ваших фильмов всегда есть спонсоры? — Да, в нашем случае да. — Получается, это коммерческие фильмы? Или вас обижает, когда так называют ваши работы? — Да нет, это не коммерческие фильмы. Просто когда-то это бренды, а когда-то — меценаты, которые выделяют средства. Фильмов, которые снимаются без денег, наверное, вообще не существует. Либо это очень простой сценарий, когда герой находится в одной комнате и всё происходит в одной комнате. — Если говорить о том, сколько стоит снять кино, — возьмём вашу первую короткометражку «Письмо». Сколько на неё ушло денег? — Тогда мы работали без гонораров, фильм стоил до 400–500 тысяч рублей. У нас не было своей камеры, так что мы брали камеру в аренду, платили за аренду объективов, мы платили оператору, платили актёрам. Хозяевам домов, где мы снимали, были еще транспортные расходы и немного денежных вливаний на пиар в интернете. Наверное, выпускная работа в кинематографических институтах столько примерно и стоит. — А если брать последние работы, но без именитых актеров? — Да всё равно, в целом такой фильм стоит от трёх миллионов и примерно до пяти. В первом фильме «Письмо» всё сделано на коленке, там не было сроков, не было гонораров. А сейчас основная статья расходов — это наши гонорары, это всё-таки наш заработок. Сюда входит и перелёт команды, и аренда оборудования. Над фильмом у нас работает съёмочная группа от 20 человек. Опять же деньги нужны на покупку музыки, например, песен «Би-2», «Наутилуса Помпилиуса», «Мумий Тролля». Никто бесплатно музыку не даёт, но делают скидки. Музыканты зарабатывают на музыке, мы зарабатываем на съёмке, и каждый должен получать какие-никакие деньги. Снять короткометражку за такие деньги — это немного, мы снимали рекламные ролики длиной несколько секунд, и они стоили примерно столько же. — Это, например, какая реклама? — Например, реклама уральского молочного производителя. Мы снимали рекламу в Москве, и это был дорогой ролик. Там только аренда камеры стоила сумасшедших денег. А эта камера снимала, как молоко очень медленно лилось в стакан. Реклама идёт 30 секунд, а фильм — 15 минут, а стоят они одинаково. — А если всё-таки брать фильм с известным актёром — Алексеем Серебряковым. В интервью у Юрия Дудя он говорил, что один его съёмочный день стоит около 400 тысяч рублей, но это полный метр. За короткометражку вам пришлось столько же ему заплатить? — Он согласился не из-за денег сниматься. Изначально я просто написал сценарий, год он у меня лежал, а потом Данил, директор нашего агентства, мне говорит: «Так предложи сняться Серебрякову». Я побоялся. Он живёт в Канаде, а тут какой-то неизвестный режиссёр, зачем ему это надо. Но мы нашли его почту, отправили письмо, и он ответил: «Мне понравился сценарий, я не против сняться». Была смешная история. Общением с Серебряковым занималась Яна, моя жена. Она была в Москве и, кажется, возвращалась с подругами из бара. Вечером раздался звонок, она взяла трубку, не поняла, кто говорит, сказала: «Мужчина, вы кто?». А ей на том конце отвечают: «Это Лёша Серебряков, вы что, меня не узнали?». Она опешила, извинилась и сказала, что у неё нет его номера. Он в ответ: «Ну конечно, у вас нет моего номера телефона, откуда он у вас. Когда съёмка? Я готов». Начали говорить про бюджет, и он сказал, что мы всё равно не потянем его гонорар. Но поскольку у нас был спонсор, мы ему заплатили определённую ставку — примерно его средний гонорар, я не могу назвать точную сумму. — И как вам было с ним работать? — Он профессионал, немногословен — если говорит, то по делу. Он знал сценарий от начала до конца, полностью, каждое слово. У него не было райдера, и, когда мы его спросили, что он будет есть, пить, он ответил, что ему ничего не надо, а единственное его пожелание — курить где он хочет. Мы закончили раньше предполагаемого времени, он пожелал удачи и мне, и фильму. — Один из фильмов вы снимали в поезде. Расскажите, вы, получается, выкупали полностью все места в вагоне? — Мы месяц, наверное, общались с РЖД, пытались выпросить вагон, предлагали написать в титрах благодарность, но всё равно пришлось платить — тысяч четыреста мы за вагон отдали. Съёмки были очень интересные. Хотя мы и потратились на вагон, но мне кажется, что оно того стоило, потому что это очень необычная локация. В вагоне было около сорока мест, команда — человек двадцать, и нам нужно было ещё двадцать человек найти. Нам пришло 150 заявок с темой «хотим в поезд», и мы отбирали по типажу, кто больше нам подходит. Например, вахтовика, дембелей. — Если мы берём короткометражку, которая стоит около трёх миллионов, то сколько из этого уходит денег съёмочной группе? — Если очень примерно говорить, то сумма, приближенная к миллиону. Без постпродакшена, без локаций, покупки музыки и прочих моментов примерно где-то так. — Тяжело ли работать со спонсорами? Ведь получается, если они оплачивают фильм, значит, они и диктуют правила. — Спорим, конечно, после каждого фильма. Каждый бренд хочет, чтобы по максимуму фильм о нём рассказал, просто мы видим так, а клиент иначе, и нужно найти какое-то пересечение. Нельзя учитывать все комментарии клиента, потому что может получиться, что это просто реклама и мы потеряем кинематографичность и суть идеи. Мы стараемся интегрировать бренд в фильм. Например, в фильме «Гудбай, Америка» была сцена с застольем: пьют водку и едят огурцы, и бренд обоснованно смотрится — ты этому веришь. Последний наш спонсор — «Дядя Ваня» — обратился к нам с запросом — снять рекламу. Но мы сказали: давайте мы вам снимем фильм и из него потом нарежем рекламные ролики. Они согласились, потому что по бюджету это было примерно столько же. — Вы говорили, что собираетесь сделать полнометражный фильм из короткометражек киноальманаха, над которым сейчас работаете. А есть планы снять настоящий полнометражный фильм? — У нас есть предложение, мы начинаем готовиться к полному метру, который мы планируем снимать следующей весной, в апреле-мае. — А от кого поступило предложение? — Я пока не могу сказать. Часть съёмок будет проходить в Москве, часть — на Урале. Фильм будет про провинцию, сценарий нетипичный для нас совершенно. Я думаю, примерно год фильм будет ходить по фестивалям, а потом выйдет в прокат. — Есть у вас мечта снять какой-то определённый фильм? — У меня есть несколько сценариев. Но для фильмов, несущих негативную окраску либо темы, про которые не принято снимать кино, сложно найти инвесторов. Мне хочется снять немного фантастический фильм про тюрьму будущего. И найти средства на фильм про тюрьму очень сложно, поэтому пока что этот сценарий у меня лежит. Ещё есть идея снять фильм про бардов, я не знаю почему, может быть, потому что мама у меня любит слушать эти песни. И хочется снять что-то модное, современное, как фильм «Лето» Серебренникова. — А из актёров кого хотите ещё снять? — Серебрякова мечтал снять. Мне нравится Александр Паль очень, пока мы ещё к нему с предложением не обращались. Он представитель нового поколения в России. И Хабенский мне нравится, но Хабенский всем нравится. — Вы с кем-нибудь встречались из режиссёров, чьи работы вам нравятся? — Мне нравится Звягинцев, но с ним я не встречался, только ходил на его лекции. У меня был забавный случай, я встретил Алехандро Гонсалеса Иньярриту — это режиссёр фильма «Выживший» с Леонардо Ди Каприо. Я с ним встретился в туалете музея Прадо в Милане. Я постеснялся с ним заговорить, вышел и сразу рассказал ребятам. Мы потом с ребятами за ним пошли, и оказалось, что он выбирает локацию для съёмок. — Что посоветуете людям, которые хотят снимать кино, но раньше этого никогда не делали? — Мне, кстати, вот на днях парень присылал сценарий. Я прочитал, мне не очень понравился. (Улыбается.) Мне часто пишут ребята молодые, спрашивают: «Как начать снимать? Что мне делать, чтобы попасть к вам на работу?». Мне кажется, что даже тем клипом Mgzavrebi, который мы снимали на телефон, мы показали, что нет ограничений для съёмки. И на телефон можно снять достойное кино и клип. Сидеть и думать, что у тебя нет денег и связей, бессмысленно. Надо брать и делать, переделывать и переделывать, и если у тебя не опустятся руки на десятый раз, значит, тебе это действительно интересно. Чем ýже у тебя рамки, тем лучше работает голова.