Грязи на улицах нет, а в метро — как в музее: что поразило французских подростков в Екатеринбурге

В 39-й екатеринбургской гимназии, где изучают французский язык, уже почти 20 лет существуют программы обмена: наших ребят отправляют во Францию, а французских привозят к нам. В течение двух недель подростки примеряют на себя жизнь в другой стране: они живут в семьях со своими сверстниками, которые помогают им адаптироваться (этих сверстников называют корреспондентами), ходят в местную школу, общаются. Словом, это совсем не то же, что поехать туристами: так гораздо лучше воспринимаешь и язык, и культуру. Сейчас в Екатеринбурге живёт как раз такая группа ребят из городов Клермон-Ферран и Риом — это маленькие городки в центральной части Франции. А совсем недавно несколько наших ребят вернулись из французских лицеев. Мы встретились с подростками и поговорили о том, в чем отличия жизни в двух странах. Знакомьтесь с французами: Кассандра (Cassandre), Аннэль (Anaëlle), Янис (Yanis), Матис (Mathis), Амели (Amélie) и Елали (Eulalie). Вместе с ними их учитель русского языка француз Тьерри (Thierry Faugier), он помогает с переводом. Подростки совсем чуть-чуть говорят по-русски, их знаний языка явно мало для того, чтобы свободно общаться, и они все удивляются, что наши гимназисты учат иностранный со столь юного возраста и так хорошо его понимают. — У меня очень добрая корреспондентка, — говорит Кассандра по-русски. — Её мама очень добрая, и всё хорошо. Солнце, а я думала, будет холодно. На наш вопрос, не кажется ли им по сравнению с милыми старинными французскими городами наш Екатеринбург серым, грязным и скучным, они дружно машут головой отрицательно и все говорят одно: у вас такой большой, очень большой город. Городок, в котором они живут дома, — в сущности, большая деревня, поэтому они не перестают дивиться нашим многоэтажкам, количеству людей, метро. — В нашем городе есть метро, есть в Париже, но там очень грязно. А здесь метро как музей, — объясняет учитель Тьерри. Однако Янис признается, что первое впечатление о районе, куда он попал, было так себе, но когда он увидел центр Екатеринбурга, то поменял своё мнение о городе. А учитель добавляет, что грязь на улицах они вообще не замечают, ошеломлённые и новыми высотками, и самой этой школой — новое здание 39-й гимназии впечатлило всех без исключения ребят. — Наши ребята сказали, что французы целуются, у нас не принято это. Не скучаете по поцелуям? Ребята смеются: — Зато здесь люди очень часто обнимаются, а у нас нет. Можно было бы подумать, что русские холодные, но это не так, они теплые, дружелюбные. Они делают что могут, они очень гостеприимны. — Мне всё время что-то покупают, что-то дарят родители моего корреспондента, — говорит Елали. — Мне немного неловко от этого. Очень дружелюбны. Учитель Тьерри в Екатеринбурге уже восьмой раз, но каждый раз его удивляет такой тёплый приём. — Малышня вокруг наших бегает, просят автографы, все хотят поговорить, всем это интересно, наши ребята сразу становятся звёздами, — говорит он. — Я каждый раз думаю, что, наверное, уже привыкли, может, не будет так, но каждый раз это так, и каждый раз очень приятно удивляет. — Чем вас кормят в семьях? — Борщ! — Каша. — Уха. Суп из рыбы — это уха? Дети признаются, что в семьях их пытаются кормить повкуснее, чем-то удивить, но борщ — очевидный фаворит у ребят, видимо, у себя дома они будут по борщу скучать. Зато по сыру не будут. — Сыр невкусный, — честно говорит Кассандра, и с этим трудно поспорить. — Что вас удивило в России, кроме того, что не так уж холодно и медведи по улицам не ходят? — Ложатся спать очень поздно, — говорит Янис. — И магазины открыты очень поздно вечером. Мало сидят за столом всей семьей. У нас традиция — всегда все долго сидят. А они никогда не сидят вместе, едят, когда каждому удобно. Ребят здесь повозили по достопримечательностям, показали музеи, храмы, но больше всего им запомнился балет и вид на город со смотровой площадки в «Высоцком». — Здесь иначе одеваются, — отвечают подростки на наш вопрос об отличиях в нашей и их жизни. — В школу одеваются очень прилично, у нас это не обязательно, в чем хочешь, в том и ходишь. — А правда, что русские девушки самые красивые? — Правда! — это подтверждают и девчонки, и парни, и их учитель, отмечая, что наши женщины очень за собой следят — всегда на каблуках, с макияжем, с уложенными волосами. — А парни русские? В рядах наших респондентов явное замешательство. — Мой корреспондент Артём — симпатичный парень, — говорит один из французов. — А остальные — не очень. А вот наши подростки, ещё не растерявшие приобретённый недавно французский шик, — Полина, Анатолий, Алина, Серафима и Анастасия. — Питание отличается, — делится впечатлениями Полина. — Они почти ничего не едят на завтрак, горячее только на обед и плотно ужинают. Очень вкусные сыры и колбасы. А еще в обязательном порядке семья собирается вечером за столом и подолгу ужинает, они общаются друг с другом. По словам Полины, для нее самым сильным впечатлением было восхождение на гору пешком, виды там просто захватывают. Другим запомнилось то, как ведут себя французы. — Их очень интересует политика, даже наши ровесники постоянно спрашивали нас, смотрим ли мы новости, нравятся ли нам наши правители, — вспоминает Алина. — Про медведей, конечно, спрашивали, много ли их у нас. Про снег круглый год, про то, есть ли в каждой семье самовар. По словам гимназистов, знаний языка, которые они успели приобрести к своим 16–17 годам в гимназии, им для общения вполне хватало, проблемы были только со сленгом, пришлось кое-что разучить, но что именно, нам так и не сказали: говорят, неприличное. К школьным порядкам в лицее тоже привыкли не сразу. Различается сама система обучения: начальная, средняя и старшая школы разделены, лицеисты сами выбирают направления, предметы, которые изучают, и состав студентов на разных занятиях может быть разным. При этом уроки длятся на десять минут дольше наших, а перемены между ними — всего по пять минут, едва хватает времени перейти из класса в класс. Зато в середине дня есть долгий обстоятельный обед. — На то, чтобы поесть, у них целых три часа, — говорит Анатолий. — Когда мы им сказали, что у нас на это 20 минут, они не поверили, не поняли, как это возможно. Что они три часа делают? Едят, разговаривают. Они едят с ножом и вилкой. Не принято оставлять еду в тарелке — сколько взял, столько ты и должен съесть. Если время после обеда осталось, могут прогуляться. У них есть комнаты отдыха, можно поиграть в бильярд или доделать домашку. Зато уроки заканчиваются только в шесть вечера. По словам наших гимназистов, учебная программа во Франции больше направлена на практические знания. Если выбираешь технические предметы, то они преподаются уже более углублённо, чем в старших классах российской школы, скорее на уровне первых курсов университетов. — Родители в школьной жизни не так активно участвуют, — рассказывают ребята. — Про оценки они вечером не спрашивают. Но если успеваемость плохая, им сообщат обязательно. При этом довольно часто неуспевающих оставляют на второй год, и это не считается чем-то постыдным, как-то к этому спокойно относятся. Наши подростки завидуют французам — в школе у них нет никакого дресс-кода, ребята ходят на учебу так, как наши обычно одеваются на уличную прогулку. Но зато есть строгое ограничение на использование мобильных. Их надо убирать в сумку на весь день, даже на переменах и на обеде телефонами не пользуются, к этому уральским детям привыкнуть было трудно. — Что было самым странным? — Они при встрече целуются, — хором говорят подростки. — Мальчики с девочками, девочки с девочками, мальчики с мальчиками, все, причем, в зависимости от региона, разное количество раз. — Так приятно же! — Очень непривычно, очень. Целуются, но не обнимаются. А ещё, заметили наши ребята, французы пьют очень много воды. Местная вода из источников — их национальная гордость, редкий француз пойдет на улицу без своей бутылочки с водой. И вообще здоровый образ жизни для них не просто слова: все от мала до велика много ходят пешком, а на школьной физкультуре подростки занимаются по интересам — кто танцами, кто гандболом, кто бегом — по их выбору. Что касается отношений между ребятами и учителями в школе, то здесь наши тоже заметили разницу: учителя всегда уважительны к студентам, но между ними больше дистанции, они более формальны, таких теплых и почти родительских отношений, какие бывают в наших школах, во Франции они не видели. Студенты же дружат группами, при этом национальный состав может быть очень разнообразным — есть дети из Африки, Азии, Латинской Америки, выходцы из России тоже есть, но все стараются быть максимально толерантными — этому учат с детства. — Как ребята проводят вечера, где тусуются? — Сидят в кафе или на улицах, ничего особо не делают — просто общаются. Иногда могут гулять, сидеть на улице, на ступеньках, на асфальте. Там тепло, нет больших торговых центров, как у нас, поэтому люди на скамейках сидят, что-то читают, обсуждают, едят что-нибудь. Просто общаются. — Француженки красивее наших девушек? — спрашиваем напоследок. — Нет, — уверенно отвечает Анатолий. А девушки добавляют, что, может быть, французы лучше выглядят из-за более мягкого климата, хорошей экологии, у них лучше кожа и волосы. Но при этом каких-то особенных различий в стиле одежды между нашими и французскими подростками нет. — Появились у вас какие-нибудь особенные французские привычки? Может быть, в манере говорить? — Они везде добавляют «ба», — говорит Полина, и другие согласно кивают, вспоминая это «ба». — Это как у нас — «ну-у-у», или «э», когда думаешь, не знаешь, как сказать. Или в конце фразы, если они чего-то не знают, они закатывают глаза и говорят так: «пф-ф-ф». — Странно учиться во французской гимназии и не знакомиться с французской культурой, — объясняет директор. — Такие программы очень меняют мотивацию наших ребят учить язык. Эта возможность пожить внутри семьи в другой стране — большой плюс. Они возвращаются намного уверенней в языке, у них снимается языковой барьер. Многие планируют связать свою жизнь с французским языком, некоторые ребята, с которыми вы общались, подали документы для поступления во французский университет. А наши дети здесь, когда видят французов, очень радуются, для них это возможность поговорить на иностранном языке, что-то спросить и услышать ответ, и понять этот ответ — это большая радость. Кстати, почитайте, как отреагировали на Екатеринбург прошлым летом французские футбольные болельщики, которые приезжали к нам на ЧМ.