За все заплачено

О чем думает мужчина накануне выписки из больницы? Когда уже ничего не болит, кроме отлежанных боков, в голову приходят разные игривые мысли – измученному от безделья телу хочется наслаждений. Старенький сосед по палате, поднявшийся с койки ни свет ни заря, бродит из угла в угол и шумно вздыхает: «Эх, сейчас бы…». Я думаю: «И ты, старый, о том же!» Но продолжение следует неожиданное: «Сталина бы сейчас! Иосиф Виссарионович навел бы порядок…» Проснувшаяся палата тут же оживляется: «Да, да, ох и навел бы!» Я не ввязываюсь в споры со старичками. Они хвалят прежние времена, когда «было время, и цены снижали», ругают президента, правительство и Государственную думу. Только иногда, ради интереса, задаю наводящие вопросы. Красномордый мужик, как выяснилось, бывший уголовник, рассказывает: – Да, раньше порядок был. Сидим мы в зоне. Чашек нет – едим из общего котла. Так вот, взяли, и написали письмо прокурору. Представляете, не прошло и месяца, как… – Что, тарелки появились? – Нет, мисок не дали. Зато каждому раздали по консервной банке из-под селедки. Помнишь, большие такие банки были? Очень удобная получилась посуда – глубокая… – Да, порядок был! – продолжает тему палата. – А щас, хоть упишись, им в Москве по… – За что сидел? – спрашиваю мужика. – По молодости. Воровал. – А зачем воровал? – Да жрать было нечего… Но зато был порядок! Бог с ними, со старичками. Они ничего вкуснее манной каши не ели. Но молодость – самое сладкое для них время. Они тоскуют по Сталину. Хоть и поругивают, но в целом тепло отзываются о Брежневе. Один «наводил порядок», другой – не мешал никому жить. Жизнь прошла, и прошлым все довольны. Я вспоминаю, как начале 80-х годов, мы, сотрудники городской газеты, стоим в очереди в подвальчике продовольственного магазина, чтобы получить новогодний продовольственный набор – два синих цыпленка, четыре свиных ножки и килограммовый пакет риса. «Если я, старший корреспондент органа горкома КПСС, получаю по блату двух синих цыпленков, – говорит старый еврей Арон Нахманович Хинкис, ветеран войны и старейшее перо редакции, – значит с политикой коммунистической партии что-то таки не в порядке…». Порядок установили – ввели продуктовые талоны. Но ливерной колбасы, а затем молока, водки и всего остального стало еще меньше. Позже как номенклатурный работник я мог получить раз месяц в подсобке буфета КПСС партии штуку красной рыбы, карбонат, сервелат, несколько пачек индийского чая и банок прибалтийских шпрот. Много и вкусно, даже при наличии материального достатка, ели не все. Сейчас у нас, как в Греции, есть все. И рыбка по 2000 рублей за килограмм, и хлеб по 300 рублей за буханку. А обжираться мы ездим в Турцию. Система all inclusive («все включено») словно придумана специально для русских. «В какой отель едете? – спросил нас гид. – В «Сюрф»? А, это где одноразовое питание»…. – «Почему одноразовое»? – встревожились мы. – «Ну, в смысле круглосуточное. Будете вести беспорядочную жизнь…» Итог двух недель такой жизни – осоловевшие глаза и вздутые животы. Соотечественники напоминают кокер-спаниелей: у этой породы собак отсутствует центр насыщения – песик может жрать, пока не умрет. Но песик маленький, много все равно не съест, и к тому же у него есть хозяин, который, как говориться, контролирует процесс. Турецкий персонал только улыбается, глядя, как обожравшиеся русские тащат еду в номера. Замечания гостям в дорогом отеле делать не принято – как говорится, все схвачено, за все заплачено! Персонал знает: завтра коридор отеля превратится в помойку – продукты начнут гнить, и их выставят за дверь. Бедные, бедные русские. Знаменитый репортер XIX века Гиляровский писал, как купец, прокутивший в ресторане «Яр» тысячи рублей, утром торговался с извозчиком за пятак. Увешанная драгоценностями дама, украдкой набивающая в турецком ресторане сумочку пакетиками с чайной заваркой – из той же оперы. Я уверен, что этот чай, а так же «сэкономленное» мыло, шампунь, набор ниток и иголок, предоставленное туристам в номере, она повезет домой. За все заплачено!