А в квартире клубок змей, птицеед и крокодил

Наш путь лежит к старой многоэтажке. Обычная «двушка» на окраине. Но живет в ней под сотню необычных квартирантов. Здесь очень много стекла, света и тепла. Квартира Максима Гуляева стала приютом для змей, ящериц, пауков-птицеедов и даже крокодила. «Аккуратнее. Здесь полоз где-то ходит», – встретил нас обладатель домашнего царства рептилий. Эта весть взбодрила сразу с порога. Оказывается, беглец – маисовый полоз. Эта змея неядовитая. Как оказалось, одна из самых любопытных рептилий. Максим провожает нас в свою спальню. Именно здесь от пола до потолка стоят стеклянные шкафы. Сделал их сам Максим. Идем к самому дальнему террариуму. Здесь живут маисовые полозы. «Сбежал один из них, – рассказывает Максим. – Полозы очень любопытные. Очень любят все проверять. Площадку продавил. Ну, и вышел гулять. Он у меня кормленный, так что месяц он в домашних условиях проживет». Маисовых полозов в неволе держат очень давно. К рукам они привыкают очень быстро. Максим держит полоза, но стоит отвлечься на пару секунд, как живой шнур заползает в карманы, вытаскивая из них содержимое, проверяет каждую петельку, обвивается вокруг рук. «Есть маисы абсолютно черные. Их называют меланисты. Есть абсолютно белые, альбиносы, а глаза у них розовые, – перечисляет наш собеседник, безуспешно пытаясь извлечь часть полоза из кармана брюк. – Живет в Северной Америке. В природе они абсолютно другого окраса. В неволе прижилась уже искусственно выведенная морфа». «Пригрел змею на груди» Было и такое. Как оказалось, змеи совсем не против пригреть себя на чьей-нибудь груди. «Мы переезжали как раз в эту квартиру, – вспоминает Максим. – Переезжали в ноябре. Звери все были упакованы в мешки. А квартира была жутко холодная. В комнате около 10 градусов. Два полоза нашли дырку в мешке. Мы уже спим. Тут я чувствую что-то холодное на груди. Смотрю: они оба на мне сидят. Клубочком свернулись. А звери достаточно тяжелые примерно под два метра длиной. Может, я даже не от холода проснулся, а от тяжести. А они пришли просто греться. Мы для них не являемся кормом. Свои зубы удушения полозы используют только для охоты. Но в природе они очень звери злючие. Человека им покусать «no problem». Но душить они его не будут. Душат они только свою добычу». В квартире есть и ядовитые змеи. С ними наш гид обращается очень аккуратно. Первый опасный питомец – моноклевая кобра (лат. Naja kaouthia). «Пожалуй, самая дикая и безумная из всех кобр, – считает Максим. – Яд у нее не очень сильный. Но она до того безбашенная, в стойку она практически не встает. А сразу идет кусать. Профану, конечно, лучше ее не заводить. В принципе, этих змей вообще лучше дома не держать». Наш коллекционер уверен, что лучше природников дома не заводить, а выбирать холоднокровных, которые уже были разведены в питомниках. «Они гораздо лучше переносят домашние условия, – говорит Максим. – Очень сложно для некоторых видов подобрать условия. Самое главное – создать климатические условия, которые у этого вида есть на родине. А держать лучше «тропиков» – рептилий, которые разведены в домашних условиях». Подходим к ядовитой куфии (лат. Trimeresurus vogeli). Ярко-зеленая лента обвивает массивную ветку. Максим поправляет опасную красавицу длинным шестом. «Бросок у нее дальний, – говорит он. – Но она очень красивая. Это бамбуковая куфия из Юго-Восточной Азии. Живет именно в джунглях, среди зелени, где хорошая влажность. Это древесный вид, то есть на землю почти не спускается. Питается птенцами, мышами, ящерицами. Яд у куфии сильный. Для человека не смертельный, но зачем вам получать гематому и лечиться месяц. Вот у меня пацан сидит, но он не такой красивый. Мелкий, худой, в пять раз меньше самки». Крыса чуть не съела удава В центре комнаты в самых больших витринах под лампами замерли императорские удавы. «Они у меня весят 7-8 килограммов, но это не предел, – рассказывает Максим. –Девчонка больше самца и массивнее. Она и все 10 килограммов весит. Природа все хитро решила. Если условия неважные, самки гораздо больше, для того чтобы иметь возможность сохранить потомство. А если условия благоприятные, крупнее самцы, чтобы искать новые места обитания. Моим удавам уже девять лет. Есть рекордсмены, живут и по 40 лет». Насколько жестоким бывает мир рептилий, напоминают шрамы на теле удава. Его поела крыса. «Это у меня знакомый есть, у которого этот удав жил, – вспоминает Максим. – Как-то ему надо было в командировку уехать, вот он и оставил своему питомцу трех крыс, если проголодается – покушает. Удав с двумя сразу справился и лег отдохнуть. А у крысы корма не было, вот она удавом и закусила. Это у удавов такое бывает, когда они защититься не могут. Лечил я его около двух месяцев. Сейчас, живой, здоровый, только шрамы остались». Удавы, которые долго живут в неволе, привыкают практически ко всему. Но при этом они знают только своего хозяина. «Вот удав, с которым я на выставки езжу, обожает фотографироваться. Он замирает, – показывает Максим. – Но, если я руку протягиваю, он тут же переползает. У меня более безопасно. Это работает на уровне инстинктов». Имена своим питомцам Максим не дает. «Нет конечно. Они не откликаются ни на «цып-цып», ни на «кис-кис». Это звери не для тисканья, – говорит Максим. – Рептилиями я еще до армии начал заниматься. Вот уже лет 20 прошло. В свое время занимался рыбами. Старался кормить их живым кормом. Занес инфекцию с рынка вместе с едой. У меня было семь аквариумов. Пропали шесть. Причем там были роскошные виды. В течение двух дней остался один аквариум. Я тогда общим сачком и общим пинцетом не пользовался, поэтому он у меня остался». Крокодил сменил прописку В террариуме, где раньше жил кубинский крокодил, уже поселились другие обитатели. Причина в том, что содержать в квартире двухметрового хищника стало трудно. Он попросту перерос свой стеклянный дом. «У меня был кубинский крокодил. В чистом виде их осталось тысяча особей. Это очень редкий крокодил, исчезающий вид, – вспоминает Максим. – В террариуме вдоль он еще помещался, а поперек уже никак. Ему уже там явно стало места не хватать. И чтобы ему здесь не прозябать, я его отдал в Екатеринбург в питомник своему другу Евгению Чащину». Кубинская невеста отправилась на крокодиловую ферму «Крокодилвиль». К жениху. На сегодня в питомнике «Крокодилвиль» содержится 168 крокодилов, включая «новорожденных». Там созданы все условия: бассейны, пространство. Тем более, стоит учитывать, что в длину кубинские крокодилы достигают пяти метров. Как вымирающий вид кубинский крокодил занесен в Международную Красную книгу. В неволе такого питомца кормить приходится только живым кормом. В основном это морские свинки и кролики. «Крокодилвиль» привлекает внимание многих. На эту крокодиловую ферму ходят целые экскурсии. Пощекотать нервы. СМИ рассказывают о лав-стори каймановых крокодилов Анальгина и Глюкозы. На первом этаже питомника обитают крокодиловые кайманы – аллигаторы, тут же ясли. На втором этаже – кубинские крокодилы, а в подсобном помещении – сиамские крокодилы и часть нильских. В день питомцы такой фермы съедают 30-50 кг мяса. Сам Максим также мечтает создать свой питомник. «Сейчас у меня порядка 30 видов, пока квартира позволяет. Но планирую разрастаться, – говорит наш собеседник. – Пока здесь больше полусотни рептилий. Хочу питомник. Я к этому стремлюсь». – Пока они живут в одной комнате? – Да. Я тут сплю. – Не мешает? Сон спокойный? – Я к этому привычный. Но жена с ними спать не может. – Кошмары не снятся? – Нет. (Смеется.) Паук на ладони Этот прозрачный короб привлекает внимание не сразу, но как только разглядишь, кто там внутри, невольно попятишься. Огромный паук-птицеед выглядывает из нутра пустого кокосового ореха. «Их очень много видов, – рассказывает Максим. – Это не самый большой вид. Есть крупнее моей ладони. Когда они линяют, то становятся вялыми, безвольными. Они сбрасывают верхнюю шкурку и становятся яркими и блестящими». За неделю-две до линьки животное полностью отказывается от еды. Как правило, за свою жизнь домашние пауки-птицееды линяют около 12 раз. У птицееда два основных и шесть дополнительных глаз. А также восемь лап плюс педипальпы (ногощупальцы), которые он использует для ощупывания. Свой яд птицееды пускают через хелицеры (челюстные усики), они у них острые и полые, а яд впрыскивается как будто из шприца. Кстати, яд птицеедов применяют в медицине как противосвертывающее средство. Но опасаться стоит не яда, а волосков птицееда. «У пауков-птицеедов, когда наступает опасность, есть серьезное оружие, – говорит наш собеседник. – Они задними ногами начинают эти волоски счесывать, чтобы они попали в глаза хищнику. Это доставляет невероятную боль. Они словно мелкие колючки». Облачко волосков, попадая на слизистую оболочку, например небольшого млекопитающего, вызывает отечность, затруднение дыхания и может привести к летальному исходу. Пауки-птицееды, не имеющие защитных волосков, более агрессивные, более подвижные и более токсичные, чем все остальные виды. Защитные волоски абсолютно отсутствуют у азиатских и африканских видов птицеедов. Кстати, рекорд, занесенный в Книгу рекордов Гиннеса, принадлежит птицееду-голиафу Theraphosa blondi, пойманному в Венесуэле (28 см в размахе ног). Птицееды – долгожители, но только самки, они живут по 15-20 лет, самец всего 1-2 года, погибая после спаривания. Рекорд по продолжительности жизни принадлежит самке паука-птицееда, пойманной в Мексике. Ее возраст датируют 28 годами. Название «птицеед» появилось благодаря женщине. Случилось это в начале 18 века после путешествия швейцарской аристократки Марии Сибиллы Мериан к новым, плохо изученным берегам Южной Америки и тихоокеанских островов. На гравюре, привезенной из поездки, она изобразила крупного паука, поедающего колибри. От кашля и расстройства можно прописать... геккона Максим знакомит со своей коллекцией ящериц. На ветках сидит хамелеон. Он повторяет не просто цвет, но и узор ветки. «Когда мы его достанем, он тут же поменяет окраску», – наш гид делает попытку извлечь питомца. Но не тут-то было. Ящерица угрожающе шипит, а потом и вовсе кусает своего хозяина. За секунды наш хамелеон стал ядовито-зеленого цвета, явно намекая, что он опасен. «Сейчас дам действительно приятного зверя. На руки я не беру их или как можно реже, – говорит Максим. – Выходи, девочка. Я ее купил в Москве. Это пятнистый эублефар (в народе его называют леопардовый гекон). Это самый примитивный геккон. Самая примитивная ящерица в мире, то есть в ее в скелете сохранились даже рыбьи черты. Это пустынный зверь. Если у верблюда есть горб, то у эублефара все питательные вещества накапливаются в хвосте. Сейчас девочка жутко беременна. Ей больше 20 лет. Она еще с десяток лет проживет, а то и больше. У рептилий вообще с этим делом просто. Практически до конца своей жизни они могут участвовать в размножении». Под потолком по отвесной стенке свободно ползает геккон токи. Ящерица-магнит. «Токи – это звукоподражательное название. Он по ночам имеет обыкновение кричать «то-ки-то-ки». А кричит он громко», – кивает на нарушителя ночного спокойствия Максим. На своей родине, в тропической Азии, этим отчаянным воплем токи оповещает собратьев, что место уже занято и сюда лучше не соваться. «Вообще, он держится на любой поверхности, кроме пластика и полированного стекла, – рассказывает Максим. – У него очень мелкие щетинки, они практически на уровне молекул». Как оказалось, гекконов любят в народной медицине. По свои целебным качествам они приравниваются к знаменитому корню женьшеня. В аптеках городов Юго-Восточной Азии гекконов можно увидеть в сушеном и живом виде, из них изготавливают порошки, настойки, мази. Особенно ценится хвост ящерицы. Препараты из гекконов применяют в качестве тоника при переутомлениях, расстройствах нервной системы, прописывают от кашля и для понижения кровяного давления. А вот перед нами террариум-загадка. Внутри просто песок. Никого там нет. «Сколько здесь ящериц?» – спрашивает Максим. Оказалось, там целый выводок глазчатых хальцидов. Они любители зарываться в песок и мастера первоклассной маскировки. Хальцид обитает в пустынях Северной Африки и на Ближнем Востоке: в Саудовской Аравии, Иране и Ираке. Местное население прозвало ее «песчаной рыбой» за умение «плавать» в песке, где она чувствует себя, как рыба в воде. В неволе эта ящерица не очень часто размножается. А еще она обладает удивительно гладкой кожей. Коэффициент трения шкурки меньше, чем у полированной стали, стекла и нейлона. Как Рыжика исключили из меню Чтобы накормить полусотню ртов, хозяину этой квартиры требуется время. «Тут все зависит от вида. Некоторых зверей надо кормить каждый день, особенно молодых, – говорит Максим. – Допустим, тех же хамелеонов кормлю каждый день. А взять того же императорского удава – его кормят раз в месяц. Одна морская свинка. Ему хватает на месяц. Маленького их дененыша надо кормить 2-3 раза в неделю. Ящериц я кормлю раз в четыре дня порядка двух часов. Тараканов надо отловить. Отсортировать. Каждому в чашку положить». Позже нам показали картину не для слабонервных. Огромные тазики, кишащие кубинскими и мадагаскарскими тараканами. Гигантские насекомые живут тут же в квартире. В тазиках над террариумами. «Я их все время путаю. Одни кубинцы. Другие – мадагаскарцы, – рассказывает Максим. – Вот эти шипящие тараканы родом с Мадагаскара. Это одни из немногих тараканов, у которых нет крыльев. Их называют блаберусы, или гигантские, мраморные тараканы. Они дикари и кусаются очень сильно». Живая масса страшно шипит. «А это «кубинцы», – Максим показывает огромных крылатых тараканов. – Хотя у них и крылья есть, но летать они не могут, могут только планировать». В углу комнаты стоит ухоженная клетка, внутри умывается упитанный хомяк. Рыжик. «Я его в руках подержал. Глупость сделал, – «сокрушается» наш собеседник. – Я его когда первый раз взял покормить змею... Он у меня орет. Изо всех сил пищит. Но не укусил ни разу. Он очень добрый. Ласковый. А, главное, рыжий». Живет Рыжик в квартире с полусотней гадов вот уже полгода...