Онкологический ликбез: кому грозит рак груди и почему женщины-водители попадают в группу риска

Мы продолжаем публиковать интервью с врачами, которые специализируются на лечении онкологических заболеваний в Екатеринбурге. Они рассказывают, как вовремя распознать признаки рака, какие методы лечения существуют и применяются в больницах нашего города и — главное — как это страшное заболевание предотвратить. Сегодня поговорим о самом распространенном и самом страшном «женском» онкологическом заболевании — раке груди. Наш собеседник — доктор медицинских наук, профессор, заведующий кафедрой онкологии и медицинской радиологии Уральского государственного медицинского университета, заведующий отделением онкомаммологии ГКБ № 40, заслуженный врач РФ Сергей Демидов. — Сергей Михайлович, рака груди, наверное, боится любая женщина. Но грозит он далеко не всем. Кто находится в основной группе риска? — Чаще рак молочной железы возникает у женщин старше 40 лет. Он, конечно, может быть и раньше, но возраст 25–30 лет для этой локализации рака — это, скорее, досадное исключение. Пик заболеваемости раком молочной железы приходится на 58 лет. К сожалению, это уже пенсионный возраст, когда женщины начинают меньше обращать внимание на своё здоровье. А совершенно зря! Как мы видим по итогам прошедших субботников против рака, на приём для обследования молочных желез в основном обращались женщины 25–30 лет. А мы всё-таки ждали более старшее поколение, которое пока идёт к врачам не так активно — то есть 40–50–60 лет. После 70 лет рак молочной железы также может быть, но у пожилых пациенток развивается он крайне медленно и угрозы для жизни обычно не представляет. — Что может повлиять на степень риска, кроме возраста? — Самое главное — это наследственность. То есть, если по прямой женской линии в семье — у матери, бабушки, тёти по линии матери или у сестры был или есть рак молочной железы, то женщине явно стоит обратить на этот факт своё пристальное внимание. Следующий фактор — это ожирение или сахарный диабет. Оба эти заболевания ведут к изменению гормонального фона в организме, который создаёт базу для патологического деления клеток в молочной железе. Ещё одним фактором риска является любая гинекологическая патология с эндокринным компонентом, то есть не воспалительные заболевания, а, например, эндометриоз, нарушения цикла, миомы, кисты яичников, а также заболевания щитовидной железы. Потому что рак молочной железы — это яркий пример гормонально-зависимого онкологического заболевания. Он возникает при нарушении гормонального баланса в организме женщины и в ряде случаев успешно лечится именно гормонами, а не химиопрепаратами. — Могут ли пластические операции, направленные на улучшение формы груди, со временем вызвать рак? — Любые травмы молочных желез могут стать толчком для развития опухоли, ведь любая операция, даже если она была сделана «из лучших побуждений» — это всё равно травма. Но травму, которая приведёт к раку груди, можно получить не только при операции, а при любом ударе по молочной железе, в том числе и во время вождения автомобиля. Среди наших пациенток есть те, кто серьёзно увлекался катанием на горных лыжах и регулярно получал травмы. — Онкологи, у которых мы уже брали интервью, среди причин развития рака называли вредные привычки — здесь это тоже актуально или нет? — Курение и злоупотребление алкоголем — да, актуальны как факторы риска. В случае с облучением как фактором риска развития рака молочной железы есть свои особенности. Мы видим, что чаще мы находим рак у тех женщин, которые в детстве или в более старшем возрасте часто болели бронхолёгочными заболеваниями, туберкулёзом, пневмониями. Дело в том, что рентгенография лёгких, которую им в течение жизни делали очень часто, даёт значительно более жёсткое облучение по сравнению с той же маммографией, которую мы используем в качестве метода диагностики рака молочной железы. — И что нужно делать женщинам во всех перечисленных вами случаях? — Всем женщинам старше 40 лет при наличии факторов риска или выявленной у них мастопатии нужно как минимум раз в год посещать врача-маммолога или гинеколога, который проведёт осмотр и молочных желез. Тем, у кого нет факторов риска и нет жалоб, достаточно это делать раз в 2–3 года. До 40 лет в качестве метода диагностики мы используем УЗИ молочных желез, после 40 лет — маммографию. Последнюю лучше делать цифровую и сразу в двух проекциях. — Сергей Михайлович, а насколько часто сейчас встречается мастопатия и как часто она приводит к раку молочных желез? — Примерно 80% взрослых жительниц Екатеринбурга сегодня имеют те или иные варианты мастопатий. Причём часть женщин при появлении у них каких-то неприятных ощущений — болей, уплотнений — обращаются к специалистам. Другие же, к сожалению, откладывают это, иногда на годы. Главная причина — это страх. А ведь сегодня только очень малая часть мастопатий лечится с помощью хирургических методов. Мастопатия — это не рак, при ней в молочной железе происходит разрастание соединительной и железистой ткани. Чаще всего она встречается в возрасте 30–50 лет. При узловой мастопатии в молочной железе образуются отдельные узлы, при диффузной — уплотнения без чётких границ. Клеточный состав диффузных и узловых мастопатий различен. Это важно для дальнейшего прогноза по переходу мастопатии в рак молочной железы. Говорить о том, в скольких процентах мастопатия приводит к раку, сегодня, на мой взгляд, всё-таки некорректно — потому что при адекватной терапии и регулярном наблюдении этот риск сегодня снижен в разы по сравнению с исходным. Поэтому прятаться дома и бояться врачей — это очень неразумный шаг. Самый неразумный из тех, которые можно сделать. И каждая женщина раз в месяц дома может провести самообследование молочных желез. Его нужно проводить в середине цикла — на 14–15-й день. Женщине нужно лечь на не слишком мягкую горизонтальную поверхность и, не очень сильно надавливая, тщательно прощупать каждую молочную железу. При появлении любых вопросов после этого — сразу же обратиться в женскую консультацию или к врачу-маммологу. — Но женщин отчасти можно понять — они в любых случаях боятся даже не диагноза, а болезненного и травмирующего лечения. Как с этим быть? — Здесь не нужно бояться ни диагноза, ни лечения. Ещё 10 лет назад смертность в течение первых 5 лет после постановки диагноза «рак молочной железы» в Екатеринбурге была 50%. То есть половина женщин умирала в течение 5 лет. Сейчас у нас в городе эта цифра сократилась до 30%, а в России же она осталась на том же уровне — 50%. Для сравнения — в США в течение первых 5 лет умирает 22–25% женщин с раком молочной железы. Так что мы достаточно быстро приближаемся к этому уровню. Современное лечение рака не делает женщину инвалидом. Как я уже говорил, при некоторых видах рака, гормональночувствительных, лечение мы начинаем с применения гормонов. А вообще, в лечении рака молочной железы используются все методы: химиотерапия, лучевая терапия, оперативное лечение, если это возможно — органосохраняющее. Выбор метода происходит по результатам иммуногистохимического исследования клеток опухоли, которые забираются во время биопсии. И сегодня удаление груди при раке молочной железы — это далеко уже не стандарт лечения, 80% наших пациенток после лечения сохраняют железы. Поэтому бояться тут нужно только одного — что женщина попадёт к врачу слишком поздно. Напомним, летом 2015-го в Екатеринбурге запустили акцию «Субботник против рака»: раз в месяц врачи проводят бесплатную диагностику, которая позволяет выявить первые симптомы онкологических заболеваний или предрасположенность к ним. На один из первых субботников записались почти 3000 человек — больше, чем на все предыдущие. Записывались с боем, жаловались, что невозможно дозвониться до единой регистратуры — но в итоге каждый третий записавшийся на приём не пришёл. — Вместо них врачи приняли тех, кто обратился в поликлинику без записи, — рассказали E1.RU в Горздраве. — Среди участников «Субботника» больше всего оказалось молодёжи в возрасте от 25 до 34 лет. При этом мужчин было в 4 раза меньше, чем женщин: они традиционно стесняются рассказывать о своих проблемах со здоровьем и вообще не обращаются к врачам, эту ситуацию надо исправлять. Ранее мы беседовали об одном из самых распространённых онкозаболеваний — раке кожи — с профессором кафедры онкологии и медицинской радиологии Уральского государственного медицинского университета Сергеем Берзиным и об онкологических заболеваниях крови — лейкозах — с главным гематологом Свердловской области Татьяной Константиновой, а главный хирург Екатеринбурга Алексей Столин рассказал о том, почему сейчас не нужно бояться онкологических операций.