Уралочка решила родить от мужа, погибшего на СВО. Почему ей могут запретить это делать

Пока Россия пытается выбраться из демографической ямы, женам военных приходится просить разрешения у государства, чтобы родить ребенка. Так произошло и с 39-летней жительницей Алапаевска. Меньше месяца назад Тамара Лежнева похоронила гражданского мужа Романа, погибшего на СВО.

На протяжении нескольких лет пара пытались зачать ребенка. Бесконечные попытки привели супругов к процедуре ЭКО, но буквально перед самой подсадкой эмбриона Романа мобилизовали.

Во время его отпусков пара также пробовала зачать, но Тамара так и не забеременела. Роман оставил в клинике свой биоматериал — замороженную сперму. Остался и целый криоконсервированный эмбрион, казалось бы, проводи подсадку и пробуй снова — но нет. Воспользоваться всем этим теперь нельзя без разрешения суда. Рассказываем подробности истории.

Все началось в феврале 2012 года со знакомства по интернет-переписке, оба жили в Алапаевске. И без штампа в паспорте гражданские супруги жили душа в душу — Роман воспитывал маленькую дочь Тамары от первого брака, работал.

С 2015 года пара задумывалась о том, чтобы родить ребенка, но подвело здоровье — у Тамары произошел выкидыш, ей пришлось перенести две операции. Супруги поняли, что забеременеть не получается, и сошлись во мнении, что стоит попробовать ЭКО.

Тамара и Роман стали собирать необходимые документы и проходить обследования. Выяснилось, что у уралочки женское бесплодие трубного происхождения. Летом 2022 года супруги обратились в Клинический институт репродуктивной медицины (КИРМ) в Екатеринбурге.

А вскоре Роману пришла повестка по мобилизации. Еще 27 сентября он был у врача и сдавал анализы, а спустя два дня его забрали на спецоперацию.

«Рома вернулся домой в конце декабря 2022 года, получив ранение. Ему дали отпуск на 30 дней, — рассказала E1.RU Тамара Лежнева. — За этот месяц он успел сдать биоматериал, подписал все согласия для проведения ЭКО и снова уехал на 11 месяцев».

Пока Роман находился на СВО, Тамаре подсадили первый эмбрион, но попытка оказалась неудачной. Пара не расстраивалась, во время следующего отпуска в феврале 2024-го военный снова сдал биоматериал и подписал все согласия.

Поскольку после процедуры нужен перерыв, вторую попытку ЭКО Тамара сделала через несколько месяцев. Вскоре после этого Роман ушел на задание — это произошло 16 июня 2024 года.

«О его смерти нам сообщили сразу, Роман погиб 22 июня на территории ДНР во время взрыва. Все документы мы получили уже потом, — вспоминает Тамара Лежнева. — Вскоре я узнала, что второе ЭКО не получилось. С той попытки у нас было два эмбриона. Попытка с одним из них не удалась, а второй остался в заморозке».

Больше года уралец числился без вести пропавшим. Тамара обращалась в клинику, где ей проводили ЭКО, но ей не разрешили использовать материалы без разрешения суда, а подать иск без свидетельства о смерти она не могла.

Только в сентябре 2025 года тело Романа привезли на родину, 25-го числа его похоронили.

В начале октября Тамара снова приехала в Екатеринбург, но даже после того как она похоронила супруга и получила все документы, использовать готовый криоконсервированный эмбрион и сперму Романа она не может без разрешения суда. По закону, для каждой процедуры репродуктивных технологий требуется согласие от мужчины — владельца спермы.

«Мы были семьей и без штампа в паспорте. У Романа не было детей, у меня — дочь от первого брака, которую он воспитывал с 3,5 лет. Мы всегда хотели ребенка, но не получалось. Его родители — самые близкие люди, которые у меня есть, они не против, и его сестра не против. Все поддержали меня», — говорит Тамара Лежнева.

Тамара будет просить суд разрешить ей использовать эмбрион и замороженную сперму. В день рождения супруга Тамара вместе со своим юристом, активисткой Народного фронта Юлией Липинской подали гражданский иск в Верх-Исетский районный суд Екатеринбурга.

«Все документы указывают на согласие погибшего иметь общих детей с Тамарой, ее право мы безусловно реализуем, — прокомментировала иск Юлия Липинская. —  При этом необходимость наличия судебного решения нам понятна, мы все сделаем в установленном законом порядке».

E1.RU недавно рассказывал про первый подобный иск в Свердловской области — другая екатеринбурженка просила разрешения суда, чтобы использовать замороженную сперму покойного мужа, погибшего на СВО. Тогда в клинике согласились помочь пациентке, объяснив, что перед основными этапами ЭКО и при переносе эмбрионов после криоконсервации необходимо подписывать информированное согласие на эти процедуры обоими супругами — таково требование закона.

Суд встал на сторону женщины и разрешил использовать биоматериал, несмотря на то, что пара не состояла в официальном браке.