«Километры по брусчатке, котики у кафе»: журналист E1.RU — о мире путешествий, который мы потеряли

Для россиян вроде бы начали открывать возможности поехать в другие страны, но множество ограничений, связанных с пандемией, сложности с визами и доступными перелетами делают зарубежный туризм практически недоступным для простых смертных. И если прошлым летом была доступна хотя бы Турция, то в этом году приходится выбирать между Анапой, Самарой и собственной дачей.

Журналист E1.RU и большой любитель путешествий Анастасия Ровнушкина рассуждает о том, что мы потеряли, есть ли надежда на то, что большой дружелюбный мир снова станет доступным.

Вы заметили, что больше никто не дает ответа на вопрос: «Доколе?»

Последние датированы началом 2021-го и всё. Нет прогнозов, нет никакого завтра. Всем понятно, что насовсем, но непонятно, что именно — и схлопывается одно за другим.

Этот период, когда мы были свободны в выборе маршрутов, на самом деле, вышел очень коротким — в рамках вечности. У меня он начался в 2004-м — до этого денег не хватало. Сначала робко, с турпакетов, у меня был автобусный тур через Белоруссию, Польшу и Чехию. Потом пошли радиальные вылазки из отелей. Постепенно мы смелели, осваивали бронь билетов, самолеты, паромы, поезда, апарты, ренткар. Внезапно выяснилось, что мир большой, доступный и достаточно средненького английского, чтобы во всем этом разобраться. Ну и деньги, конечно — а для чего еще они?

Казалось, мир можно пробовать взахлеб — о, эти мягкие вафли с клубникой в Брюгге, мидии в чесночном соусе на Адриатике, пряные креветки в Тае. Ледяное белое вино, утренние булочки с корицей, лаваш на снежной вершине. Взобраться выше, сделать глоток хрустящего горного воздуха или погрузиться в бесконечную, теплую, соленую воду. Смотреть, какие следы оставляет на песке младенец, медленно недоумевать, что это вроде бы даже твой младенец. Наблюдать, как дети гладят лохматого пса, а его хозяин говорит что-то ласковое на незнакомом языке, но совершенно понятно — он объясняет, как пса зовут и что он добрый. Вглядываться в благородный профиль пожилого грека, который с ноткой грусти комментирует дождь, называя его катастрофой. Намотать километры по кривой брусчатке, заглядывать в окна, гладить котиков, ошивающихся между столиками кафе.

Все плохое потом быстро забывалось — утомительное сидение в порту, джетлаг, сломанный кондиционер, морской еж в пятке, как дети орали в самолете, как промахнулись с поворотом на кольце и в итоге проехали полсотни километров по платной дороге. То есть помнишь все, но не осталось и следа негодования. Только ощущение бескрайнего счастья. Собственно, будто стало ясно, для чего вообще нужно вставать и ходить на работу, терпеть трамвай, родительские чатики, школьную домашку, выхлопы, весеннюю грязь, осенний кашель, ругательные письма. Это все тлен, будет отпуск, путешествия и жизнь. Это всему придавало смысл.

Стало странно думать — а будет ли?

Одно хорошо — мягкие вафли, и мидии, и булки с корицей, и горячий лаваш — всё к нам уже подвезли, даже столики и котиков местами.

Прочитайте колонку Анастасии о том, какую музыку приходится слушать тем, кто путешествует по России.

О том, куда все-таки можно уехать из России, читайте в нашей подборке «Отпуск в пандемию».