«Они не вспомнят мои лучшие операции». Как травматолог из Екатеринбурга успевает растить четверых детей и летать на параплане

Игорь Матвеев посмотрел на себя в зеркало после очередного рабочего дня и ужаснулся: «Я увидел серое лицо, халат висит, будто мумия какая-то, и понял: я так жить не хочу. Не хочу, чтобы была работа ради работы».

Молодой травматолог насчитал 20 рабочих суток из 28 дней февраля. Тогда у него еще не было детей, он мог почти жить в больнице, брать дежурства, работать в нескольких местах одновременно и всё свободное время отдавать профессии.

С тех пор Игорь Анатольевич научился иначе расставлять приоритеты, хотя работы и учебы в его жизни по-прежнему много. Сегодня он — травматолог-ортопед высшей категории с почти двадцатилетним стажем, заведующий отделением и наставник для молодых медиков. За эти годы врач работал в нескольких учреждениях, в том числе больше десяти лет — в Свердловской областной клинической больнице № 1, а в последние годы перешел в частную медицину.

Он продолжает развиваться с того самого момента, как в одиннадцатом классе попал на самую первую операцию. Игорь Анатольевич до сих пор может несколько дней обдумывать сложный случай, искать разные варианты и советоваться с коллегами, но, если спросить, что в его жизни действительно важно, одной медициной разговор не ограничится. У него есть жена Аниса и четверо детей — Арина, Артем, Агата и Афина. А еще путешествия, параплан, охота, спорт, дача и семейные традиции.

В чём же секрет, где волшебная таблетка? Ну как возможно успевать заведовать отделением, постоянно учиться, воспитывать четырех детей, путешествовать, строить дачу и еще летать на параплане? Игорь Анатольевич на полном серьезе отвечает, что успевать всё невозможно, поэтому нужно понимать, что для тебя действительно важно.

«Глобальных приоритетов не может быть много. Один, два, максимум три. Для меня глобально — семья. И глобально — работа. Вообще надо понять: ты для чего живешь-то? Что тебе нужно от этой жизни?» — объясняет врач.

Игорь Матвеев вырос в небольшом челябинском городе Юрюзань. Мама работала терапевтом, поэтому окружающие, кажется, раньше него самого решили, что сын тоже станет врачом — а вот со специальностью помог определиться случай, когда старшекласснику самому понадобилась операция.

Проводил ее травматолог Фарид Хайрутдинов. Узнав, что Игорь собирается поступать в медицинский, врач пригласил его в операционную. Потом школьник стал приходить снова, ассистировал, учился шить, вязать хирургические узлы и постепенно осваивал отдельные этапы операций.

«Как в фильме „ДМБ“: не ты выбираешь присягу, а присяга выбирает тебя. Когда рождаешься в семье медиков, все со школы знают: Игорь Матвеев — сын доктора, тоже будет врачом. А травматологию я выбрал, потому что здесь понятен результат: вот перелом, вот рентген, вот проблема, которую нужно исправить. Я попал на операции школьником и загорелся травматологией», — вспоминал медик.

Будущее место работы Игорь Анатольевич нашел еще на шестом курсе. После окончания Челябинского мединститута он уехал в Магнитогорск и начал работать в медсанчасти, связанной с местным металлургическим комбинатом. Жилья у молодого врача не было: некоторое время он даже ночевал в отделении, потом через отдел кадров ему помогли получить комнату в общежитии при заводе.

Комната оказалась бывшим «красным уголком» площадью около 12 квадратных метров, где стояло пианино. Игорь Матвеев привез туда книги и продолжал учиться даже по вечерам. После операций снова открывал пособие, разбирал этапы вмешательства и варианты, которые могли пригодиться в следующий раз.

«Это был 2007 год, интернета практически не было. Я три года сидел за книжками, после каждой операции читал всю анатомию, прогонял варианты, что и как делается. Мне нравилось именно это обучение», — объяснял врач.

Через несколько лет мест работы стало пять: поликлиника, травмпункт, стационар, скорая помощь и лекции для фельдшеров. В один из месяцев Игорь Анатольевич насчитал 20 рабочих суток из 28 и понял, что нужно перестать распыляться, потому что с такой нагрузкой жить невозможно. К тому моменту он уже встретил свою жену Анису. Следующим шагом стала учеба по нейрохирургии — ради нее они переехали с женой в Екатеринбург. Затем было обучение в Германии и постоянные поездки к специалистам, у которых можно было перенять новые навыки.

Эта привычка сохранилась и сейчас. В феврале прошлого года Игорь Анатольевич на месяц уехал в Москву к своему наставнику Денису Колмакову: каждый день ходил с ним в операционные, наблюдал, задавал вопросы и знакомился с подходами коллег.

«Если человек умеет то, чего не умею я, почему я не могу приехать и сказать: „Можно я у тебя поучусь?“ Мне очень везет на людей, которые делятся знаниями. У меня есть учителя, которых я боготворю, они делились со мной всем, что умели. И я считаю, что в профессии важно не только то, какую операцию ты сделал, а то, кого после себя оставил. Теперь и я передаю знания молодым коллегам», — делится врач.

Одну сложную операцию на коленном суставе он обдумывал около недели: разбирал проблему с точки зрения анатомии, биомеханики и физических процессов. Позже выяснилось, что к очень похожему решению независимо от него пришел зарубежный хирург. Для Игоря Анатольевича это стало подтверждением того, что профессиональный рост не заканчивается после получения диплома, категории или должности.

«У тебя нет конкурентов, потому что твой конкурент — ты сам. Ты можешь конкурировать с собой вчерашним. Не надо равняться на кого-то, надо равняться на себя будущего», — считает Игорь Матвеев.

В сложных случаях Игорь Анатольевич советуется с коллегами из разных городов. Он может отправить снимки нескольким специалистам, собрать мнения, а потом обсудить с пациентом разные варианты и объяснить, к какому решению склоняется сам. Одним из своих основных принципов врач называет правило: лечить человека так, как лечил бы родственника.

Еще одно правило — честно говорить, что происходит и почему предлагается именно такой вариант лечения. После операции травматолог подробно объясняет пациенту, что было сделано и что будет дальше, записывает рекомендации на диктофон и оставляет свой номер для вопросов.

«Страховка от ошибки — никогда не врать. Если сложный случай, всегда советуешься. Не надо принимать единоличное решение только потому, что „я так решил“. Самое важное — отношения, которые мы создаем. Нет такого, что я противопоставляю себя пациенту. Мы вместе боремся за одну цель», — объясняет медик.

О большой семье Игорь Матвеев мечтал задолго до брака. Сам он рос единственным ребенком и еще в юности решил, что детей у него будет несколько. Причем к будущему отцовству врач начал готовиться вполне в своем стиле — заранее и основательно.

Еще во время учебы в медицинском институте Игорь Анатольевич пошел работать в отделение новорожденных. Он учился на лечебном факультете и с детьми практически не работал, а понимать, что делать с младенцем, хотел еще до появления собственного. За ночь мог перепеленать, покормить и уложить около двадцати новорожденных, поэтому был уверен, что теперь-то к своим детям точно готов.

После рождения старшей дочери довольно быстро выяснилось, что технические навыки — самая простая часть родительства.

«Я думал: ну что там? Взял, помыл, накормил, перепеленал. А потом появляется Арина — и к ней почему-то инструкции нет. Ухаживать за ребенком я умею, а как его воспитывать?» — вспоминает врач.

По его словам, невозможно выстроить с детьми совершенно одинаковые отношения: у каждого свой характер, возраст, интересы и свои темы, которыми отец готов делиться. Поэтому он старается находить время для каждого ребенка в отдельности.

Иногда Игорь Анатольевич специально куда-нибудь едет только с одним из детей. Особенно он ценит долгие поездки на машине: несколько часов рядом дают возможность поговорить о том, на что обычно не хватает времени среди домашних дел. Сам врач тоже рассказывает детям о своем детстве, школе, отношениях с друзьями и собственных сложностях — и замечает, что после этого они начинают больше рассказывать о себе.

В воспитании отец выделяет несколько вещей, которые считает важными для развития: интеллект, творчество, спорт и постоянное саморазвитие. Учеба отвечает за первую часть, но одними школьными знаниями всё не заканчивается. Детям важно попробовать что-то творческое и найти физическую активность, которая им подходит.

И здесь снова сработал тот же принцип: невозможно требовать от ребенка того, чего не делаешь сам. Игорь Матвеев пошел учиться игре на гитаре, хотя до этого никогда не играл. Постепенно дома появилась почти что музыкальная группа: Арина играет на гитаре, Артем — на барабанах, Агата — на укулеле. Младшая Афина пока с интересом пробует всё подряд.

«Первое — интеллект. Второе — творческое начало. Хочешь — пой, хочешь — танцуй, хочешь — играй на инструменте», — объясняет врач.

Чтение тоже стало общей привычкой. Иногда все убирают телефоны и каждый берет свою книгу, иногда одну читают вслух по очереди. Отец семейства любит книги про Остапа Бендера и, когда очередь доходит до него, читает особенно увлеченно — с интонациями и голосами героев.

Со спортом история похожая. До сорока лет Игорь Анатольевич не ходил в спортзал, а потом понял, что ему нужна физическая нагрузка, нашел тренера и начал заниматься.

«Нельзя научить ребенка словами: „Иди читай книжку“. Он посмотрит: „А ты сам-то чего сидишь в компьютере или телевизор смотришь?“ Твои слова не сходятся с действиями. Я им показываю: папа ездит учиться, читает, занимается спортом», — говорит наш герой.

Еще один большой кусок семейной жизни — путешествия. Матвеевы ездили с детьми на Байконур, смотрели северное сияние в Мурманске, бывали в Москве и Санкт-Петербурге, ездили на Алтай с автодомом. Даже совсем маленькую Афину берут с собой в поездки.

Игорь Анатольевич старается обращать внимание детей не только на достопримечательности. По дороге они обсуждают, почему здесь удобно сделан тротуар, как построено здание, откуда появляется бетон или почему в доме не нужны пороги. По мнению отца, чем больше ребенок видит собственными глазами, тем шире становятся представления о жизни.

«Я им говорю: смотрите, как мир устроен, как люди живут. Я всё это увидел и начал понимать гораздо позже. Когда были на Байконуре, Арина загорелась идеей заниматься наукой — теперь учит язык, проводит химические опыты дома. Я пытаюсь показать детям, что можно создать и сделать всё, что задумаешь, ведь все хотели стать космонавтами в детстве, пока взрослые не сказали, что это невозможно», — рассказывает врач.

Дача для семьи стала еще одним местом, где дети учатся жизни. Папа показывает, как устроены электричество и водопровод, как пользоваться инструментами, вместе с детьми делает нужные в хозяйстве вещи — например, всей семьей сварили стол из старого металла, зачистили, покрасили и сделали столешницу.

Когда появляется новая идея, отец старается не делать всё за детей. Для него это способ показать, что желание само по себе ничего не меняет — дальше нужно разобраться, как получить результат.

«Артём говорит: „Давай здесь домик на дереве сделаем“. Хочешь — надо делать. Что нам для этого нужно, с чего начнем?» — приводит пример врач.

При этом дача нужна семье не только ради стройки и ремонта. В квартире дети могут разойтись по комнатам, у каждого свои дела — а за городом совсем по-другому.

«Почему я всё время говорю: дача, дача? Там места гораздо меньше, чем в квартире. Мы все находимся в одном помещении, учимся друг с другом общаться», — объясняет медик.

В семейной жизни тоже не существовало готовой инструкции. При этом для супругов есть вещи более ценные, чем общая профессия или одинаковые интересы.

«Гораздо важнее то, что вас объединяет: семья, дети, родители, ваши ценности. Мы заранее обговариваем роли каждого, чтобы потом не возникало вопросов, почему кто-то должен делать именно это. Конечно, не было всё идеально, к этому тоже приходишь постепенно», — делится врач.

Одно из главных увлечений травматолога — параплан. Это уже не просто хобби: он регулярно летает, ездит на соревнования, но рисковать не любит.

«Параплан — уже часть жизни, при этом я очень безопасный пилот. Если вижу, что условия сомнительные, думаю: „А дома дети и жена. У меня вообще-то семья“. И если дальше небезопасно, говорю: „Нет, ребята, я не лечу. Я на посадку“, — объясняет Игорь Матвеев.

В его жизни есть и ходовая охота: это десятки километров по лесу, лыжи, серьезная физическая нагрузка, причем поездка вполне может закончиться без добычи.

Иногда с Игорем Анатольевичем ездит Артём. Однажды они вместе застряли на снегоходе далеко в лесу и долго выбирались — отец давал сыну конкретные задачи, а тот помогал справляться с ситуацией.

«Там нет такого, что за тебя кто-то всё сделает. Машина не едет — надо решить вопрос. Застряли — надо выбраться. Решение принимается здесь и сейчас», — рассказал Игорь Матвеев.

Все эти занятия и увлечения связываются одной мыслью, которая прозвучала несколько раз во время нашей беседы. Многое в своей жизни можно устроить самому: найти человека, у которого хочешь учиться, разобраться в новой задаче, изменить то, что не устраивает, и постепенно собрать вокруг себя ту жизнь, которая тебе подходит.

«Ты сам организуешь свою реальность. Твой маленький мир, то, что вокруг тебя, — ты сделал это сам», — уверен врач.

Когда-то почти всё пространство в жизни Игоря Матвеева занимала работа. Сейчас она по-прежнему остается одним из двух главных приоритетов, но рядом есть семья, поездки, книги, дача, друзья и полеты. И есть фраза, которая напоминает о том, что важно.

«Дети не вспомнят мои лучшие операции. Но они совершенно точно запомнят, если я не приду к ним на какое-то мероприятие», — подытожил врач.

Прочитайте также откровенное интервью с онкологом из Екатеринбурга.

Другие интервью с врачами о их жизни и работе читайте в сериале «Больница в лицах», там много душевных материалов о медиках.