Диана Арбенина перед концертом в столице Урала: "Екатеринбург пошёл против серости и страха"

Группа "Ночные Снайперы" и Диана Арбенина в октябре громко зашли в медиаповестку и публичное обсуждение в связи с отменой концертов в большинстве российских городов запланированного осеннего тура. В этом списке оказался и Екатеринбург. Точно так же, как и в случае со снятием выступления Андрея Макаревича в столице Урала, чётких пояснений о причинах добиться ни от кого не удалось. В поддержку Арбениной и Макаревича коллеги по цеху выступали неохотно, хотя, казалось бы, именно здесь, в городе легендарных "Наутилус Помпилиус" и "Чайфов", этого бы стоило ожидать. В числе тех, кто всё-таки решил вступиться за музыкантов, оказался мэр Екатеринбурга Евгений Ройзман, который отметил, что "такие вещи не достойны Екатеринбурга", а также экс-участница группы "Ночные Снайперы" Светлана Сурганова, которая в интервью E1.RU сказала, что "просто нашли козлов отпущения и устроили показательную порку, чтобы другим артистам неповадно было". Кампанию по травле музыкантов осудил и певец Александр Розенбаум, который в студии E1.RU говорил о Макаревиче, что "разве можно человека, который столько сделал для вас всех, на песнях которого выросли поколения, казнить и говорить – давайте отнимем у него ордена, медали и звания и вообще закопаем его, потому что он предатель! Кто предатель? Макаревич? Что вы говорите ерунду!" Концерт Арбениной в Екатеринбурге в итоге всё-таки удалось отвоевать, и сегодня, 18 декабря, группа "Ночные Снайперы" выступит в "Телеклубе". Накануне выступления в столице Урала корреспондент E1.RU побеседовал с Дианой Арбениной по телефону, пока она собиралась на тренировку по боксу, о том, кто отменял концерты по всей России, чем отличается политика от гражданской позиции и как в беде проверялись друзья. – Вы сегодня выступаете в екатеринбургском "Телеклубе". Как вам всё-таки удалось отстоять концерт? – Действительно, удалось отстоять. Только это не нам удалось, а фанатам и вообще жителям Екатеринбурга. Это их заслуга целиком и полностью. – Но получается, что раньше было какое-то внешнее противодействие, а теперь оно исчезло? – Я считаю, что противодействие было мнимое. И это всё были перестраховки людей в пиджаках на местах, которые придумали себе некий кейс, которого на самом деле нет, и публика всё это послушно ела, за исключением фанатов, которые живут в Екатеринбурге и за исключением организаторов концерта из Воронежа. Концерт в Воронеже состоялся в сентябре. Это единственный из 30 городов. И вот Екатеринбург. Эти города пошли против серости и страхов. Я безумно этим дорожу и очень горжусь. – Вы сказали про людей в пиджаках. Вы знаете, кто они? Вы когда-нибудь с ними встречались? Они вам говорили, почему вы запрещены? – Знаете, никогда. Более того, у нас, у группы "Ночные Снайперы" и у меня лично, никогда не было проблем с властью. Нас никто никогда не запрещал, никто никогда не цензурил, поэтому я думаю, что вся эта инициатива и художественная самодеятельность идёт исключительно от местных людей. И то, что происходит в Екатеринбурге, это доказывает. Стоило людям не согласиться с отменой… Фанаты сказали: "Почему мы в столице рок-н-ролла должны это терпеть?" И они пошли, стали задавать вопросы, и, когда на эти вопросы не было нормальных ответов, они просто стали брать разрешение и добились того, что концерт состоится. – Эти люди в пиджаках, которые запрещают концерты, помогли вам стать более популярной? О вас ведь вдруг узнали те, кто никогда о вас не слышал, например… и с удивлением для себя узнал, что вы – запрещённый артист. – Если задать вопрос любому человеку о том, что если его попытались извалять в грязи и очернить и растоптать, понравится ли ему, что он после этого стал известным Васе Пирожкову из какого-то условного города? Конечно, нет. Мне не нужна такая популярность. Я уже 21 год играю в группе "Ночные Снайперы", я её придумала со Светой Сургановой в 1993 году, и мне вообще-то чихать на всю эту политику и на все эти пиджаки. На самом деле всё это происходит из-за генетического русского страха, который кто-то когда-то придумал, задолго до нашего с вами рождения, и он до сих пор есть. – Страх перед чем или перед кем? – Я не понимаю, не знаю. Вот чего боялась администрация города Владимир, когда запрещала мой концерт? Того, что я приеду и спою песню "31 весна"? И что в этой песне такого? Более того, 3 июля в Киеве я сказала, что я против братоубийственной войны, и я сейчас это повторяю. Интересно, кто из нормальных людей поддерживает войну в принципе? Кто из адекватных людей поддерживает убийства? – Вас без вашего спроса вплели в политику, а ещё осталось творчество и концертный бизнес. Каким образом вы лавируете между этими тремя стезями? – Вы знаете, я как писала песни о любви, так и собираюсь писать, сколько бог даст. Политикой я никогда не занимаюсь и в ней мало чего понимаю. Что касается гражданской позиции, то она должна быть у каждого человека, которому не наплевать, в какой стране он живёт. Что касается запретов: меня не поддержал никто из рок-н-ролльного цеха за исключением Веры Полозковой, которая на всю страну сказала, что она отменяет своё выступление, и это был единственный акт творческой поддержки. Этого я не забуду. И вообще, я абсолютно счастливый человек, потому что эта осень мне очень многое доказала. Кто есть кто. И могу сказать, что теперь фанаты в Екатеринбурге в моём сердце навсегда. То, что я пережила этой осенью, я никому такого не желаю. – Я могу сказать, что это были не только фанаты, но и люди, которые были совершенно не знакомы с вашим творчеством. Их возмутил сам факт отмены концертов, и они включились в публичное обсуждение. – Это классно! Это абсолютно нормальная для демократического общества реакция, которая была спровоцирована конкретными людьми, фанатами, а люди, не знакомые с нашим творчеством, их поддержали. Это правильно. Так и должно быть. В чём вообще была моя вина? В том, что я не делю своих фанатов на национальности? Это абсолютно нормальный подход к людям. Есть подлецы, и есть нормальные люди. И подлецы могут быть любой национальности. – Опыт взаимодействия с компаниями организаторов в тех городах, где концерты запрещали, показал вам, с кем вообще теперь можно работать, а с кем не стоит даже пробовать? – 90% организаторов, которые делали концерты (это были разные люди, не одно агентство), недоумевали, почему так происходит и боролись до конца. Организаторы вообще здесь ни при чём. Мы страдали вместе: они теряли на афишах и рекламе, несли убытки, а мы не зарабатывали, потому что у нас просто не было концертов, а нам всем нужно кормить свои семьи. – Волна запретов концертов и творческих персоналий сегодня закончилась, сходит на нет или продолжается? – Мне сложно судить. У нас прошёл концерт в Воронеже, в Москве, в Питере и вот – в Екатеринбурге сегодня. И это будет всего лишь четвёртый. Что будет дальше со мной, я пока не знаю. Но мы планируем весну. Мы не сдаёмся и планируем вернуться в те города, куда нам не дали приехать. Поэтому если вы увидите, что Диана Арбенина даёт концерт во всех этих городах, то можно думать, что это уже такая первая ласточка и хорошая новость.