«Девушка, не выносите мне мозг». Уральский пожарный два дня умирал от инсульта, пока к нему ехал реанимобиль

Сотрудник МЧС из Качканара Павел Потапов приехал в приемный покой местной больницы вместе с женой. Павлу Владимировичу было очень плохо, он бредил, не понимал, что с ним, где он находится. Пожарного отправили в наркологическое отделение, хотя ранее фельдшер скорой определила у него инсульт, а жена уверяла, что ее муж вообще не пьет алкоголь. Через две недели Павел Владимирович умер, посмертный диагноз: ишемический инсульт и отек мозга. Родные уверены, что главу семейства можно было спасти, если бы не были упущены первые несколько суток.

Трагическую историю потери отца нам рассказала Ксения, дочь Павла Потапова. Девушка живет в соседнем регионе, в эти тяжелые дни она была на связи с мамой, обзванивала врачей.

Первый раз Павлу стало плохо 11 октября. Подскочило давление, тошнило, ничего не мог есть, болела голова. В тот день он приехал в гости к сыну, младшему брату Ксении, в Невьянск. Там и вызвали скорую. Проблемы с головной болью и высоким давлением у Павла были и раньше, он обследовался в госпитале МЧС. Но в этот раз медики, по словам Ксении, предположили, что у пациента пищевое отравление.

Павел вернулся домой в Качканар, ему стало лучше. На следующий день он вышел на работу, на дежурство. А еще через день стало совсем плохо. Помимо головной боли, поднялась температура, почти до 39.

«Мама тогда написала, что папа бредит, не понимает, где он находится, что происходит», — рассказывает Ксения.

Снова вызвали скорую. На этот раз фельдшер поставила предварительный диагноз «инсульт» и нашла признаки ОРВИ из-за температуры. Павла Владимировича отвезли в больницу. Вместе с ним поехала жена.

«В приемном отделении они с мамой провели три часа. Я постоянно была на связи. Помню, как просила маму включить видеосвязь. Увидела папу, глаза у него были как будто стеклянные. Но он в этот момент, видимо, узнал меня, нашел силы, сказал: „Давай попозже позвонимся, Ксюша, мне плоховато“. Потом он уже ничего не понимал: как его зовут, где он. Ему казалось, что он на работе. Говорил тихо, спутанно, постоянно трогал одну ногу, как будто проверял», — вспоминает Ксения.

У Павла тогда взяли основные анализы, сделали КТ. Спрашивали у жены, пьет ли пациент алкоголь. Супруга объяснила, что муж вообще не употребляет с 2015 года. Видимо, на компьютерной томографии не нашли признаков инсульта. Такое, кстати, бывает в первые часы и даже сутки после ишемического инсульта, когда сосуд закупоривается тромбом: изменения в мозговой ткани еще слишком незначительны или не проявляются явно на снимке. Павла Владимировича решили положить в наркологическое отделение, поставив диагноз «психическое расстройство».

«Я стала звонить в отделение, выяснять, что с папой, как лечат, что вообще с ним происходит. В какой-то момент мне ответили: „Девушка, не выносите мне мозг, у меня 21 пациент в отделении“. Еще сказали, что „вкололи вашему папе седативное, поспит, ничего страшного, никто не умирал за три часа“».

А на следующий день родным сообщили, что Павла ночью перевели в реанимацию, он в коме, под ИВЛ. Дочери сказали, что у отца всё-таки инсульт и еще пневмония.

«Откуда появилась пневмония, нам неизвестно. Возможно, в палате наркологического отделения, где он лежал, обколотый препаратами, папу стало тошнить, содержимое желудочного сока попало в легкие, — говорит Ксения, — Но это пока лишь предположение. Флюорографии, КТ легких при поступлении не делали, то есть никаких подозрений на пневмонию не было. Что случилось, при каких обстоятельствах его перевели в реанимацию, нам никто не рассказал».

С таким диагнозом и в таком тяжелом состоянии Павла Владимировича должны были отправить в Екатеринбург или Нижний Тагил — в профильное отделение, где могли оказать квалифицированную помощь. Об этом сообщили родственникам. Реанимобиля для перевозки тяжелого пациента ждали почти двое суток.

«Мы позвонили папиному руководству в МЧС, чтобы помогли, вызвали вертолет. Но погода была нелетная, в эти дни был туман. Доставить можно было только на реанимобиле. Эти двое суток, что папа был в реанимации качканарской больницы, я каждые два-три часа звонила в больницу с вопросом, когда приедет реанимобиль. Во время очередного звонка мне ответили: „Время уже не имеет значения. Перестаньте звонить, есть другие, более тяжелые пациенты“», — продолжает дочь пожарного.

Наконец, 15 октября поздно вечером Павла Владимировича доставили в реанимацию Демидовской больницы в Нижнем Тагиле.

«Врачи были не особо разговорчивы, хотя на вопросы отвечали, но прогнозов не давали. Рассказали, что консультировались с сосудистым центром Екатеринбурга. На тот момент перевезти папу туда было невозможно, он был нетранспортабельным. Не сомневаюсь, что в Нижнем Тагиле врачи делали для спасения всё, что могли. Но привезли папу туда слишком поздно», — делится Ксения.

26 октября Павел Владимирович умер. В справке о смерти указаны причины: ишемический инсульт, сдавление и отек мозга, гипертензия (высокое давление).

Павлу Потапову было 50 лет. Вместе с женой они воспитали троих детей. Младшему сыну, брату Ксении, 17 лет.

Больше половины своей жизни Павел сам спасал жизни, был пожарным.

«Помню, в прошлом году рассказывал, как они спасли собаку, которую унесло на льдине. Вытаскивал людей из огня. Тушил лесные пожары в области. Но вот его не спасли», — говорит Ксения.

Родные уверены, что трагедии можно было избежать, если бы Павла сразу перевезли в Нижний Тагил или Екатеринбург, ведь фельдшер скорой поставила правильный диагноз. При инсульте критически важны первые часы, потому что каждая минута промедления приводит к гибели клеток мозга, а пожарный лежал в наркологии, ему кололи препараты, как пациентам в алкогольном психозе.

Родные Павла направили жалобу в страховую компанию, чтобы эксперты провели проверку качества оказания медицинской помощи в качканарской больнице. Также обратились в прокуратуру и Следственный комитет. Ксения также записала и разместила у себя в соцсетях видео, где рассказала про то, что случилось.

Администрация качканарской больницы увидела эту запись. В ответ на странице во «ВКонтакте» больница принесла соболезнования семье и сообщила, что в медучреждении проводят внутреннюю проверку.

Редакция E1.RU обратилась за комментариями в Минздрав региона. Как только ответ будет получен, мы добавим его в публикацию.

Недавно мы рассказывали очень тяжелую историю уральской семьи: мать потеряла от врачебной ошибки сначала сына, а потом по этой же причине умер и ее муж.

Думать, что инсульт — диагноз возрастных людей, — заблуждение. Недавно мы рассказывали историю новорожденной, которая получила его еще в роддоме. Соня справилась с самым тяжелым последствием, но ей все равно требуется реабилитация.

Посмотрите видео с объяснениями врача о том, как распознать инсульт. Некоторые признаки возникают за неделю или за сутки до полномасштабной ишемической атаки.