«В центре города ценнее общественные пространства, а не газон»: архитектор — о новом зале филармонии (видео)

Строительство нового зала Свердловской филармонии по проекту бюро британского архитектора Захи Хадид, предусматривает застройку сада Вайнера и снос жилого дома на улице Карла Либкнехта. Жильцы дома, естественно, выступают против, но в мэрии, кажется, настроены решительно. Недавно тему строительства нового зала обсуждали в самой филармонии, но пустили туда только «друзей». Правда, позже директор учреждения Александр Колотурский объяснил E1.RU, почему так произошло. Горожане тем временем делятся на тех, кто «за» и «против» строительства нового зала филармонии. Своим мнением о проекте-победителе конкурса, о застройке сада, о сносе дома и о том, как можно решить ситуацию мирным путём, поделился екатеринбургский архитектор Евгений Волков, опубликовав довольно объёмный пост на своей странице в Facebook. Публикуем его колонку целиком. Сейчас все обсуждают филармонию, ну и как же мне тоже не вставить свои пять копеек. Пост будет длинный, поэтому вначале дам краткое оглавление: 1. Почему я за то, чтобы строить филармонию на этом месте по проекту бюро Захи Хадид. 2. Почему я против принудительного изъятия частной собственности. 3. Что надо сделать, чтобы все-таки построить филармонию здесь. 1. Почему я за то, чтобы строить филармонию на этом месте по проекту бюро Захи Хадид Я рад и, если честно, приятно удивлен решению строить новую филармонию на улице Карла Либкнехта. Как ни странно, это решение идет поперек тренда, который складывался последние годы, когда мы постоянно слышали об инициативах вынести что-нибудь центральное куда-нибудь на край света (мединститут в Академический, УрФУ — на Шарташ и так далее). Я убежден, что образование и культура — это те функции, которые делают город городом, и, если мы хотим, чтобы город жил и развивался, то театры, музеи, университеты, библиотеки должны оставаться в центре. Вспомним, что великолепный фестиваль «Безумные дни», который уже несколько лет проводит филармония, открыл нам, что улица Либкнехта/Свердлова — это уральский Бродвей, настоящая театральная улица. Здесь, на отрезке длиной меньше полутора километров (начиная Музкомедией и заканчивая Домом музыки), уже сейчас расположен десяток театров и зрительных залов, и такое соседство, как мы видим в дни фестиваля, идет на пользу всем. Это уникальная особенность города, которую нужно усиливать, а не размывать. Надо понимать, что освоение новых территорий для девелоперов, строителей и властей — вообще-то куда более простой и понятный путь, чем кропотливая «настройка» сложившейся городской среды в условиях массы строительных ограничений. Поэтому я еще более приветствую решение идти по правильному, но сложному, а не по легкому, но ошибочному пути. Я не менее рад, что впервые на моей памяти в Екатеринбурге был грамотно организован архитектурный конкурс, который привлек компании со всего мира и в котором — закономерно — победил проект одного из ведущих мировых бюро. Для меня важность победы Захи Хадид заключается скорее не в том, что громкое имя привлекает внимание к проекту, а в том, что мировые бюро очень дорожат своей репутацией, а это, в свою очередь, дает надежду на качественную реализацию. Мне доводилось видеть проектные материалы по одному из зданий бюро Захи Хадид, и я должен сказать, что это недосягаемый пока что для России уровень качества проработки проекта. Как правило, в случае реализации крупного проекта международные бюро ищут локальных партнеров или даже открывают фронт-офис, и это прекрасная возможность для локализации передового опыта в Екатеринбурге. Мы видим на примере строительства здания Фостера для РМК, как работа с международным бюро вынуждает подрядчиков поднимать планку — к примеру, для строительства этого здания был необходим белый архитектурный бетон, и пришлось специально налаживать его производство. Подобного рода проекты в случае их качественной реализации двигают вперед всю строительную отрасль. Меня, если честно, совершенно не смущает перспектива строительства на территории части сада Вайнера. Мне кажется, что для центра города представляют ценность активно используемые и разнообразные общественные пространства, а не газоны, кусты и даже деревья сами по себе. Та часть сада, которая примыкает к зданию филармонии, на данный момент является чем угодно, только не общественным пространством. Этот угол был обречен оставаться «мертвым», потому что он тупиковый, ведь сейчас люди могут пересекать сад Вайнера только по одному диагональному маршруту между Тургенева и Первомайской. Проект филармонии, очень грамотно работающий на обе стороны, позволяет связать пространство сада с улицей Карла Либкнехта, открыв доступ ко всей территории сада, который становится своеобразным уличным фойе филармонии. Как парадоксально это ни звучит, в случае строительства новой филармонии сад Вайнера по-настоящему станет общественным пространством. 2. Почему я против принудительного изъятия частной собственности Теперь о неприятном. Размещение нового здания филармонии предполагает снос соседнего пятиэтажного жилого дома. Ни областные власти, ни сама филармония, как мы, к сожалению, видим, оказались не готовы к адекватному диалогу с жильцами — и в результате мы читаем, что жители узнают о планах сноса их дома из прессы после публикации победившего проекта (я, например, узнал об этом еще весной, когда было опубликовано техзадание на конкурс). Легко представить себе недоумение и возмущение этих людей, которые в один момент осознали, что с ними и с их собственностью никто не хочет считаться. Дальше начинаются совсем странные вещи, когда министр строительства Волков в интервью говорит, что якобы дом все равно подлежал сносу, потому что под ним должен пройти какой-то магистральный коллектор, что звучит несуразно: сети прокладывают вообще-то под улицами, а не под домами, и уж никак не под филармониями! Сама филармония вообще не дает сколько-нибудь разумных комментариев. На сайте города публикуется проект планировки территории, который вскоре проходит «общественное обсуждение» по новой процедуре через интернет. Ситуация стремительно разогревается, приводя общество к дилемме «общественное благо vs права частной собственности», где все большая топорность в отстаивании общественного блага приводит ко все большей симпатии (и моей в том числе) к частным интересам. И здесь я хотел бы отметить один очень важный, на мой взгляд, нюанс, который я сам не понимал до того, как благодаря программе «Архитекторы.рф» получил возможность пообщаться с умными ребятами, которые работают в администрациях разных городов России. Дело в том, что Земельный кодекс (ст. 49, ст. 56) вообще-то не предусматривает возможности изъятия находящегося в частной собственности земельного участка в целях строительства филармонии. Основанием для изъятия может быть строительство объектов, связанных с атомной энергетикой, космосом, обороной, магистральных сетей и дорог; другим возможным основанием является признание здания, находящегося на этом участке, аварийным. Конкретно на сегодня никаких законных поводов для принудительного изъятия земли нет, и власти, можно сказать, блефуют, говоря, что будут сносить этот дом. В этой связи приобретает совсем другой смысл пассаж министра Волкова про коллектор: это возможная «двухходовочка», когда участок первоначально изымается не под строительство здания, а якобы для прокладки сети — такая практика, как мне рассказали, существует, и власти могут на это пойти. Можно также ожидать, что будет предпринята попытка признать здание аварийным (при том, что оно со всей очевидностью таковым не является). И тот, и другой сценарий очень плох, потому что это, по существу, обман, а никакое большое и благое дело не может быть построено на маленькой лжи. К сожалению, на мой взгляд, как бы прекрасен ни был проект филармонии, история его реализации будет навсегда омрачена, если она будет завязана на попрании права частной собственности. Кроме того, надо понимать, что все процедуры, связанные с принудительным изъятием, могут быть оспорены в суде, и эти тяжбы отодвинут реализацию проекта на столь долгий срок, что по завершении судов всем, как водится, будет уже «не до филармонии» — я вижу здесь очень большой риск для проекта. 3. Что надо сделать, чтобы все-таки построить филармонию здесь Ну а теперь обещанные тезисы на тему того, что надо сделать, чтобы все-таки построить филармонию на этом месте. Как я уже написал в п. 1, мне этого очень хочется, поэтому позволю себе дать бесплатный совет всем, кому он может пригодиться, — а именно администрации области, города, филармонии и тем, кто отвечает за их связи с общественностью. Конечно же, квартиры надо выкупать у людей на добровольной основе, причем не угрожая в ином случае изъять участок принудительно. Надо сразу предлагать жильцам цену существенно выше рыночной. Если есть проблемы в том, чтобы тратить на выкуп по завышенной цене бюджетные средства, то здесь будет очень уместна помощь спонсоров. В конце концов, у филармонии тот же Козицын и много кто еще в попечителях. Они могут организовать фонд, скинуться деньгами, а уже этот фонд будет выкупать квартиры для последующей передачи их филармонии. Главным средством воздействия на жильцов как раз должна быть публичность, которой сейчас так избегают власти и филармония. Разумеется, надо вести активную пиар-кампанию, чтобы убедить всех в важности проекта: у каждого приезжающего с концертом музыканта брать интервью на тему того, какие возможности даст новый зал и т. п. Конечно, найдутся жильцы, которые будут упираться или пытаться установить заоблачную цену. Но представьте себе публичную презентацию проекта с участием авторов проекта, музыкантов и известных людей города, где пресса будет спрашивать жильцов: «Иван Иванович, скажите, пожалуйста, это правда, что вы попросили за вашу «двушку» 30 миллионов, и поэтому наш город вынужден будет отказаться от строительства уникального культурного объекта?» Или представьте себе телесюжет, в котором к условной Мариванне приходит в квартиру условный Владимир Спиваков и говорит: «Да, я вижу, вы много сил потратили на обустройство вашей квартиры. Я понимаю, что вам тяжело решиться на переезд. Но наш фонд обязуется купить вам более просторную квартиру в центре и отремонтировать ее по вашему вкусу. Дизайн, ремонт и переезд — все за наш счет». Направленность общественного мнения в отношении жильцов дома в этом случае будет совсем другой. А как следствие — и поведение самих жильцов. Само собой, переговоры с жильцами и выкуп квартир надо было начинать минимум годом раньше, тогда к моменту публикации результатов конкурса этот вопрос уже мог бы быть решен. Но, как говорится, лучше поздно, чем никогда. Мне очень хочется надеяться на то, что в итоге ситуация разрешится цивилизованным способом и город получит не только объект мирового класса, но и опыт нормального городского диалога. Пока еще не поздно.