Уралец провел семь месяцев за решеткой по обвинению в жестоком убийстве, а потом его оправдали

62-летнего Александра Хохлова присяжные единогласно признали невиновным в жестоком убийстве, произошедшем 25 лет назад. Тогда в Богдановиче предпринимателя Анатолия Пшекина застрелили из обреза прямо на глазах у его маленькой дочери. Но доказать причастность Хохлова к этому обвинению не удалось.

Александр с самого начала категорически отрицал свою вину, но в итоге был вынужден почти семь месяцев просидеть в СИЗО. Публикуем его рассказ от первого лица.

Началось всё очень просто. В феврале этого года в шесть утра стук в дверь. Я открываю: залетают парни в одинаковых ботинках. Меня забрали, ничего не объяснили. Обыск. Мне говорят: ты человека убил в 2001 году в Богдановиче, статья такая-то. Я в шоке. Думаю, может, квартирой ошиблись?

Я говорю им: «Это какая-то ошибка, я первый раз слышу про это дело. Я в 2001 году был дома в Верхней Пышме, а в Богданович приехал в 2002-м на несколько месяцев». Но это всё бесполезно было. На аресте в качестве доказательства ссылались на результаты ОРМ (оперативно-розыскных мероприятий. — Прим. ред.). Но их в итоге ни мне, ни суду не показали. Я ознакомился с обвинительным заключением, там про меня ни слова. Единственное доказательство — якобы дочка убитого меня опознала.

Они, видимо, возобновили дело, вызвали эту дочку и показали ей фотографии: вот, мы нашли человека, который убил вашего отца, узнаете? И всё. Это же психология человека. Семь месяцев меня держали в СИЗО, и потом был суд. А я даже не знал убитого!

На суде никаких доказательств, кроме слов этой девушки, и не было. Она тоже ничего нового не сказала, просто: «Да, я его узнаю, это он». Она уверена, потому что ей сказали, что вот этот человек убил вашего отца.

Но дело-то серьезное. Должно быть что-то еще: отпечатки пальцев, отпечатки ног, следы какие-то, видеосъемка, свидетельства. Ну хоть что-то. А тут вообще ничего.

Были свидетели, которых на суд не вызвали. Они говорили, что возле дома стояла машина, в ней сидели два человека кавказской национальности (внешности. — Прим. ред.). Поджидали кого-то, но этих свидетелей никто не позвал. Те свидетели, которые пришли, они про меня вообще ни слова, ни полслова не сказали.

В 80-е у меня был переломан нос. Это бросалось в глаза и об этом говорили все свидетели. Это у меня было как визитная карточка — но девочка этого не упоминает в своих показаниях. Она описала свитер, куртку, цвет глаз и много чего, но почему-то не такую яркую примету.

Фоторобот подозреваемого был везде, его раздали всем таксистам, участковым, всему населению — а я продолжал жить своей жизнью в том районе и никогда не скрывался. Никаких вопросов ко мне не было. Никто меня не вызывал, не приходил, ни разу я не проходил по этому делу ни в каком статусе. Я даже не походил на фоторобот, а тут вдруг задержали непонятно на каком основании.

Я не понимаю, как выжила моя жена, инвалид первой группы. У нее пенсия около 20 тысяч по инвалидности, ее в больницу два раза возили. Мне тоже несколько раз вызывали скорую, чуть не помер в тюрьме после инфаркта. Спасали уколами.

Пока я был на свободе, я вставал в шесть утра и таксовал до десяти, пока жена спит. Вообще я фотограф, всю жизнь занимаюсь фотографией как любитель. В 50 лет пошел в техникум ради корочек. Первые дни приходил, все думали, что я преподаватель. Фотографирую для клиентов, автосалонов, агентств недвижимости. Освоил «фотошоп» и другие программы для обработки фотографий, но не могу работать официально, находиться восемь часов на рабочем месте, так как жена больная, ей нужен уход.

В те годы у меня был небольшой бизнес. Был партнер, его тоже задержали. Якобы он был заказчиком убийства Пшекина. Нас держали отдельно. Ему говорили, будто я его сдал, а мне — что он меня. Но он вину категорически не признал, хотя его тоже жестко принимали. В итоге не получилось у них ничего.

Самое главное: когда это убийство случилось, я только-только вышел по условно-досрочному и был под надзором. Вышел я 27 сентября 2001 года, а убийство случилось 30 ноября. Я ходил отмечаться в органы, никуда не лез, выполнял все требования, у меня ни одного нарушения не было! Мне абсолютно не было смысла опять терять свободу. На меня жути нагнали — одно нарушение, и обратно на зону поедешь. После освобождения я полностью завязал с криминалом. Я работал, платил налоги, занимался своей жизнью и семьей. А тут по версии следствия я только вышел и тут же кого-то убил.

Существует справедливость или нет? За что я должен усесться в тюрьму? У меня вообще мозги кипели все это время. Присяжные посмотрели на все на это и очень быстро вынесли единогласный вердикт: невиновен. Не колебались. Ну потому что вообще ничего не было у обвинения против меня. Как они решили, что это я, почему мои фотографии показывали дочери убитого? Это так и осталось загадкой для всех. На суде никак это не объяснили.

«Мы написали заявление в прокуратуру по поводу пропажи вещдоков — исчезли части пуль от ружья, из которого убили бизнесмена (пыжи). Мы полагаем, что там могли быть отпечатки или ДНК настоящего убийцы. Никакой реакции на наше заявление мы не получили».

Не проверялось алиби Хохлова. Оружие убийства не изъяли (не нашли). Не проверялась версия про кавказский след. И хотя опрошено очень много людей, никто, кроме дочери убитого, Хохлова больше не называет. Мы готовы пройти полиграф, но нам не предлагают», — рассказал E1.RU Сергей Тепышев, адвокат Александра Хохлова.

Сейчас прокуратура требует отменить оправдательный приговор, ссылаясь на нарушение в отборе присяжных: один из них имел судимого родственника. Окончательно судьбу Александра Хохлова должна решить апелляция, суд состоится через неделю.

Ранее дочь Анатолия Пшекина подробно рассказала, как убили ее отца. Девочка сама открыла дверь преступнику и впустила его в квартиру. Жена Александра Хохлова не верит в его вину и утверждает, что ее супруг даже мухи не обидит. Также защита говорила о нестыковках в деле.