«Прикрыты все уважаемые задницы». Почему защитники детей не спасли Далера от гибели

Как только стало известно, что пропавший мальчик Далер найден мертвым, начались поиски виноватых. Уже арестована опекунша мальчика, под следствием соцработники и заведующая детским садом, но остается вопрос: как профессионалы на зарплате проглядели семейную трагедию?

Главный редактор E1.RU Александр Ашбель убежден: всё дело в том, что эти профессионалы работают строго по правилам. Почитайте его авторскую колонку.

Знаете, есть такая изощренная пытка для работодателей — итальянская забастовка (ее еще называют японской). Суть в том, чтобы максимально точно выполнять свои обязанности, строго в рамках трудового договора, и ничего больше. Ни личной инициативы, ни отступления от правил, ни даже минутной переработки. Это только кажется чем-то забавным: при должном упорстве персонала работа встает наглухо — и понятно почему.

Любой рабочий коллектив — это одновременно и машина, и организм. Машине нужны правила и инструкции, без которых неизбежны поломки и вообще крах, а организму нужно человеческое внимание. Без него и выходит итальянская забастовка.

К чему это я? Комментируя трагедию с гибелью несчастного мальчика Далера, наш детский омбудсмен Игорь Мороков сказал буквально следующее:

— Разбираясь в причинах и предпосылках этой трагической истории, удалось установить, что формально органы опеки и попечительства действовали строго в рамках действующего законодательства, проверяя качество жизни и благополучие детей, переданных в приемные семьи и опекунам, один раз в полгода.

Понимаете, да? Формально всё по закону. Вина только на опекунше, которая то ли убила ребенка, то ли довела его до смерти, а потом спрятала тело в гараже — до следующей формальной проверки.

Не знаю, как вас, а меня такая картина мира не устраивает. Чего мы хотим: красивых отчетов, в которых прикрыты все уважаемые задницы, или спасения беззащитных детей? Любой, кто хоть немного имел дело с чиновниками, знает, что они мастерски умеют снимать с себя ответственность — и именно так я воспринимаю слова детского омбудсмена. Это, конечно, не астаховское «Ну чего, как вы поплавали?», но где-то рядом.

В истории с Далером повсюду царит формализм. Одни проверяют опекунов раз в полгода и (видимо) не задают вопросов не по протоколу, другие делают вид, что ходить с синяками в садик, а потом и вовсе пропасть на несколько месяцев, нормально. В этом нет ни сочувствия, ни заботы, ни желания выйти за рамки правил. Я не сужу конкретных людей — пусть этим занимается суд. Я лишь хочу подчеркнуть:

Представьте: если, не дай бог, вашему ребенку будет угрожать смертельная опасность, пока вы на работе — что вы будете делать? Скажете: «Формально я выполняю служебные обязанности и не могу уйти» или нарушите свой график, всё бросите и поедете спасать родного человека?

Возможно, это идеализм, но я уверен: защищать детей должен тот, кто готов пойти дальше должностных инструкций. Кто вцепится в ответственных и не отстанет от них, пока они не сделают свою работу как следует. Кто будет задавать неудобные вопросы, а не говорить, что формально всё в порядке.

Потому что далеко не всё в порядке.

Ранее мы делали большой разбор, как устроена опека и кто проверяет профессиональных родителей — к сожалению, установить их истинные мотивы практически нереально.

О всеобщем безразличии в истории с Далером рассказала в авторской колонке и педагог из Екатеринбурга. По ее словам, воспитатель в садике не мог не заметить следы побоев, которые регулярно появлялись на теле ребенка.

Все публикации по теме гибели Далера мы собираем в специальном разделе.