«Мир не должен крутиться вокруг меня». Журналист-колясочник — о своем первом шаге на протезе

Колумнист Е1.RU Александр Беляев с 2019 года живет без ноги. Оказавшись в инвалидной коляске, он столкнулся с проблемами, о существовании которых даже не догадывался. Александр пишет колонки о том, как в Екатеринбурге живется человеку с ограниченными возможностями здоровья. В прошлый раз он рассказывал, как избавился от синдрома беспомощности, а в этот раз объяснил, как изменилась его жизнь, когда он снова встал на ноги. Правда, одна из них - искуственная. Можете меня поздравить: я сделал шаг к новой жизни. Не к потусторонней, как вы подумали, а к реальной, человеческой. Мне изготовили протез ноги. Правда, шажок пока получается кривоватый, хиловатый и не вполне убедительный, поскольку ворочать агрегат из стали и силикона с помощью пятисантиметровой культи не очень получается. Но я стараюсь изо всех сил, занимаясь утренней гимнастикой и фальшиво напевая: «Петухи кричат — проснулись, чуваки идут — согнулись». Пока мобильность увеличивается не так быстро, как у киногероев, зато семимильными шагами (извините за каламбур) растет уверенность в себе. Я бы даже назвал это самоуверенностью или, если хотите, наглостью. Раньше взгляд курьеров, привозивших продукты, заказанные через интернет, на пороге квартиры устремлялся поверх моей головы и упирался в стенной шкаф. Потом они опускали голову, обнаруживали мужичка в инвалидной коляске и, застеснявшись, улыбались. Зато теперь жизнь пошла веселая. Постоянные гости в дверях ведут себя совсем иначе. Особенно интересно наблюдать за женщинами, привыкшими видеть меня сидячим. Сначала они смотрят куда-то в мой живот, где по привычке ищут физиономию. После вопроса «Что ты там не видела?» гостья поднимает глазки, быстро увеличивающиеся в размерах. Теперь уже я смотрю на нее немного сверху, слегка придерживаясь за стенку (для пущего эффекта я уже надел ботинки на каблуке и толстой подошве). В прихожей я делаю вид, что трудно удерживать равновесие, и обхватываю женщину, поскольку руки не ампутировали и они не разучились выполнять привычную работу. Вот так — весело, с шутками-прибаутками — и живем. У каждого человека есть свои победы и поражения. Когда мне в комментариях ставят в пример инвалидов, достигших вершин в творчестве и спорте, так и хочется спросить: «А что же вы, двуногие-двурукие, не играете на скрипке, как Паганини, или не ставите олимпийские рекорды?» Поэтому оставьте мне мои маленькие радости, а себе — свои. Знаю инвалидов, которые любят и умеют качать права везде и всюду. Но и в поликлинике, и в госучреждениях не полезу без очереди (никогда, правда, и не предлагали). Во-первых, могу тихо позлорадствовать, что они все стоят, а я сижу в кресле, как барин. А во-вторых, испытываю какое-то странное удовольствие, когда на вопрос «Кто последний?» могу гордо сказать: «Я!» — и на секунду снова почувствовать себя молодым отцом, стоящим морозным зимним утром в очереди у молочного магазина в ожидании его открытия. Приятно, когда перед прогулкой кто-нибудь скажет: «Ну что, пошли!» Правда, кое-кто тут же смущается, поправляется: «То есть поехали!» Смущается от этого еще больше, мы оба краснеем, и вообще всё становится как-то глупо. Хотя допускаю, что иному колясочнику это «пошли» покажется бестактным. Мне повезло проскочить без последствий довольно долгую стадию реальной, а не выдуманной полной беспомощности, когда мог возникнуть соблазн решить, что отныне и навеки мир должен крутиться вокруг меня и все мне чем-то обязаны. Если вы не понаслышке знакомы с жизнью инвалидов, то знаете, что очень многие поддаются этому соблазну. Еще одна опасность для человека, внезапно ставшего инвалидом, — постоянное проигрывание ситуации, которая усадила в инвалидное кресло или поставила на костыли. Даже если сам виноват в инвалидности (к примеру, нарушил правила дорожного движения), лучше принять сегодняшнее положение таким, какое оно есть, и не рвать на себе волосы. Надо привыкнуть и к тому, что близкие люди из лучших побуждений обращают внимание на то, чего они не замечают у себя и других людей. Если расчихаешься или закашляешься, тут же окажешься под прицелом подозрительных глаз. Вот почему «нормальному» человеку можно чихнуть, а мне — нет? Обидно как-то. Еще одна напасть — медицинские советы посторонних, особенно родственников: «А вот мне лучше всего помогает…» Чего я только от них не наслушался! Для женщин главное — правильное, а в их понимании — обильное («откуда же силы возьмутся?») питание. Советовали мне и баню, и иглоукалывание, и какие-то модные БАДы… Я слушаю, киваю и делаю всё по-своему, то есть по рекомендациям врачей. Правда, их советы бывают диаметрально противоположными, но это совсем другая история. Александр Беляев ранее рассказывал, что ему приходится постоянно подтверждать свою инвалидность. Когда он остался без ноги, то столкнулся со множеством непрошеных советов. Также Александр писал о том, как уберечь психику после ампутации и сохранить душевное равновесие. Еще он поделился своими размышлениями о правах инвалидов на удобное жилье.