30 ноября вторник
СЕЙЧАС -2°С

Врач, покупавший лекарства больным за свой счет: «Не хочу думать, что проблемы решаются из-за выборов»

Реаниматолог из уральской глубинки — о проблемах медицины и о чуде исцеления

Поделиться

Алексея поддержали в соцсетях, назвав его «человеком с большим сердцем»

Алексея поддержали в соцсетях, назвав его «человеком с большим сердцем»

Поделиться

Врачи — это, безусловно, герои. Герои не только нашего времени, как их все резко стали величать в связи с коронавирусом. Желание спасать людей безвременно и прекрасно. Подтверждение тому — доктор Алексей Паршуков из Североуральска. Хотя он не планировал становиться врачом, во врачебном деле он человек неслучайный.

Покупал лекарства за свой счет


Алексей — врач, который прославился на всю страну тем, что покупал медикаменты для больных за свой счет. В городской больнице Североуральска попросту не оказалось препаратов для внутривенного питания пациентов, которые иначе не могут принимать пищу.

— Не получая белка и энергии, шансов выжить с каждым днем всё меньше и меньше. Не из чего строить ткани, клетки для борьбы с микробами. В такой ситуации не спасет ни один антибиотик, — так объяснил критичность ситуации сам Алексей.

Руководство игнорировало проблему, и тогда наш герой написал пост в соцсетях, создав этим самым необходимую огласку. В итоге губернатор Свердловской области откликнулся на заявление врача, пообещав провести нужные проверки. И — о чудо! — жизненно важные медикаменты в больнице все-таки появились.

Ситуация взволновала многих, кто хоть как-то соприкоснулся с медициной в последнее время. Алексей стал символом человечности и настоящего врачебного подвига. Забота о пациентах оказалась выше бюрократических заморочек. И кто знает, возможно, те больные, которые нуждались во внутривенном питании, сейчас живы только благодаря этой помощи.

«Хотел просто спасать людей»


— Я и не думал о медицине, и в семье медиков нет. Я хотел работать спасателем. ДТП, завалы, поисковые работы в горах — в таком ключе, — рассказывает Алексей. — С детства занимаюсь подводным плаванием, в юности участвовал в водолазных поисках. Собственно, я и собирался идти в МЧС, но из-за зрения в армию меня не взяли. Я решил, что буду работать на скорой. Это похоже на работу спасателя.

После окончания медицинского колледжа желание работать не отпало, и тогда молодому человеку посоветовали продолжить обучение в вузе. В мединституте было сложнее в том плане, что из-за большого потока преподаватели уделяли меньше внимания каждому студенту в отдельности. Но это время было прекрасно другим.

— Я попал на лучшую подстанцию скорой помощи. Коллеги, старшие врачи — всё было круто. Это, наверное, лучший коллектив, в котором я работал, — вспоминает медик. — Утром я учился, получал знания в институте, а ночами и в выходные работал на скорой помощи, нарабатывая опыт, учась принимать решения. Не жалею о том, что я получил среднее специальное образование и, уже будучи фельдшером, работал в институте. Вообще, много знакомых, кого именно скорая помощь воспитала отличными докторами.

В свободное время Алексей увлекается водным экстримом и дайвингом

В свободное время Алексей увлекается водным экстримом и дайвингом

Поделиться

Алексей — анестезиолог-реаниматолог (кстати, неженатый: достойнейшая кандидатура для молодых особ). Это специалист, который обеспечивает безопасность пациента, отслеживая его жизненные показатели во время операционного вмешательства, и, конечно, реанимирует больного во время экстренных ситуаций. Эта специальность требует реакции, навыков и уверенности. Впрочем, как и любая другая, когда речь заходит об операционном столе.

«К счастью, наши прогнозы не сбываются»


— Мы всегда готовимся к худшим сценариям. Банальная плановая операция, не предвещавшая проблем, может заставить попотеть, — объясняет Алексей. — В этом плане наша специальность высокотехнологична. Наркоз часто сравнивают с пилотированием самолета, где взлет и посадка — самые опасные. Обилие аппаратуры позволяет вовремя определить возможные проблемы, но информацию еще важно правильно интерпретировать.

— А оборудование и аппаратуру вам самому покупать не приходится?

— Денег и качественного оборудования в больнице не хватает. Хочется и нужно большего.

— Но вы ведь и с ее нехваткой как-то умудряетесь спасать людей. Много таких случаев?

— Про случаи... Их немало. Так, например, после серьезного ДТП или аварии на производстве кажется, что всё, человек не выживет. К счастью, неоднократно наши прогнозы не сбывались. Люди неплохо восстанавливаются. Это можно назвать чудом. Но чудо возможно при том условии, что человек не собирался и не собирается умирать. Внезапная травма, удар током, утопление. То есть когда в человеке есть потенциал и он не перешел точку невозврата. В этом и проблема: мы не знаем, где эта точка невозврата. Наша задача как реаниматологов — создать условия для организма, чтобы он поправился. Искусственно замещать функции органов, корректировать изменения и ждать. В этом плане то самое внутривенное питание — как раз залог успеха. Организму нужны белки и энергия, чтобы исправить повреждения.

— Ковидным больным тоже нужно такое питание?

— При ковиде таких проблем меньше. Больные, попавшие на ИВЛ, в большинстве своем неплохо усваивают зондовое питание. Внутривенное нужно тем, кто не способен усваивать еду через желудочно-кишечный тракт. Это уже тяжелые хирургические проблемы. Но нужно также понимать, что подобный способ питания — не панацея.

Нехватка лекарств — не самое страшное


— По итогу в больнице многие проблемы решились, но нужно понимать, что деньги в дефиците, — говорит Алексей Паршуков. — Сейчас купили питание, а через месяц или полгода не будет хватать на что-то другое. Увы, проблем много, и не хочется думать, что они решаются сейчас только из-за предстоящих выборов.

— Были проблемы с руководством после вашего поста в соцсети?

— Проблем с руководством у меня не было. Ругань и взаимные недопонимания в работе — это нормально. Главное — всё выговорить, услышать друг друга и решить проблему. На данный момент руководство у больницы только-только поменялось. Увы, но часто нас не слышат, и часть вопросов решалась не без ругани и даже с личными обидами. Я надеюсь, что вся эта история останется внутри коллектива. Но предвыборные настроения, очередные красочные обещания мешают на это рассчитывать. Да и вообще история с питанием — это капля в море.

— Вы имеете в виду, что проблем в здравоохранении гораздо больше, чем просто нехватка лекарств?

— Хуже, что в некоторых городах нет врачей. Ургентных врачей (работающих с неотложными состояниями. — Прим. ред.). Где-то не будет реаниматолога, хирурга, травматолога, а это будет пострашнее того, что в больнице нет каких-то препаратов.

— Большая нехватка медиков?

— О-о-о… Я не готов ответить на этот вопрос. Не хватает реаниматолога, терапевтов… Много кого не хватает. Сегодня есть, а завтра нет. Кто на пенсию, кто в декрет, кто из города уезжает. Слышал об идеальном возрастном наборе, когда в отделениях все три поколения работают…

О ситуации в больнице Североуральска, где врачу пришлось на свои деньги покупать препараты для больных, стало известно в августе этого года. На это отреагировал губернатор Евгений Куйвашев, отправив с проверкой заместителя министра здравоохранения. По итогам инспекции областной Минздрав заявил, что в горбольнице нет пациентов, которые нуждались бы в парентеральной поддержке.

А другой сотрудник североуральской больницы на условиях анонимности рассказал, как медики вынуждены бороться с ковидом чуть ли не подручными средствами.

Автор

оцените материал

  • ЛАЙК30
  • СМЕХ2
  • УДИВЛЕНИЕ0
  • ГНЕВ1
  • ПЕЧАЛЬ1

Поделиться

Поделиться

Увидели опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter
Хочешь быть в курсе событий, которые происходят в Екатеринбурге? Подпишись на нашу почтовую рассылку